С 1 января вступает в действие одна их норм принятого еще в конце сентября госбюджета Незалежной на следующий год. После того, как часы пробьют двенадцать, превратятся в тыкву деньги на пенсионных счетах довольно многочисленной категории украинцев.
Речь идет о пенсионерах со статусом временных переселенцев. По разным оценкам это от нескольких десятков до нескольких сотен тысяч человек. Все они – жители ЛДНР и Крыма, тут необходим короткий экскурс в недавнюю историю.
После того, как на Донбассе вспыхнуло восстание, и часть региона де-факто отделилась от Украины, украинская система пенсионного обеспечения там сколлапсировала, а российская еще не установилась. Вопросы выживания местные решали по- разному. Кто-то выехал на территорию, подконтрольную Киеву и получил там статус временно перемещенных лиц, а с ним – и украинские пенсии. Но много людей остались на месте.
И первые годы правления Порошенко получила широкое распространение следующая лазейка – люди, фактически жившие в ЛДНР, пересекали линию разграничения через КПП, оформляли на украинской стороне статус переселенца, открывали пенсионные счета и получали на них украинские пенсии, продолжая по факту жить в ЛДНР. Были такие и в Крыму.
Попутно отмечу, что с этой схемой был связан и феномен двойной раздутой украинской статистики по переселенцам: на бумаге в реестрах таких были миллионы, а на практике всего лишь сотни тысяч, причем, большая часть – отнюдь не пенсионеры.
Но время шло, ситуация менялась. Сначала Украина устроила блокаду Донбассу, затем ковид, а затем и СВО. Ездить на Украину физически стало малореальным квестом, но на открытые счета фальшивых переселенцев деньги продолжали исправно капать все эти годы. Пока на это обстоятельство не обратили внимание в украинском правительстве, рыскающем голодным взглядом в условиях трещавшего по швам бюджета.
Так костлявая рука бюджетной оптимизации добралась до пенсионных счетов переселенцев, получивших этот статус до 24.02. 2022 года. То есть, к переселенцам второй волны – уже в ходе СВО, этот грабеж пока не имеет никакого отношения.
Конфискации подлежат деньги на тех счетах, на которых последние 12 месяцев не было никакого движения. То есть, не снимались деньги. Для тех, кто все же сумел обмануть украинское государство, предусмотрели второй уровень сложности – если владелец такого счета не прошел физическую идентификацию в Ощадбанке в течение последних полугода.
Тут уже контрольный выстрел – подавляющее большинство таких фальшивых украинских пенсионеров за эти годы успели получить российские паспорта и стать на учет в органах российского Пенсионного фонда. И в текущих условиях совсем никак не могут явиться пред светлы очи клерков Ощадбанка для своей идентификации.
Так что, принимая такую норму, Киев убил двух зайцев. С одной стороны, залез в карманы хитрецов, сидящих на двух стульях, а, с другой, – получил в свои руки непрямой механизм переписи наличного населения на этих территориях.
В этом месте можно было бы порассуждать о лицемерии киевской власти, наглядно демонстрирующей цену своим многолетним заверениям в том, что «там» (то бишь на неподконтрольных ей территориях) «тоже наши люди». Однако, морали не будет. Думаю, тут и так все ясно.
Парадоксально, но от этой очередной украинской обдираловки есть плюс и для России. Состоит он в том, что людям, до сих пор сидевшим на двух стульях, придется определиться. И желание сохранить украинскую пенсию вынудит деанонимизировать себя и свое фактическое местопребывание для украинских фискалов. Со всеми вытекающими последствиями, включая негативные. Сосать двух маток до бесконечности не выйдет.
Автор: Роман Рейнекин