Олег Коневский
Из просторов интернета: «Утром 4 июля 1989 года 19-летний сын бельгийского фермера Вим де Лар мирно сидел на веранде дома своего отца в деревеньке Кооихем, пока ему на голову не упал советский истребитель МиГ-23М»
---------
Ну, друзья, вспоминайте, из рассказов старших товарищей. Какой год не помню.
Одно время на самолёте МиГ-23 проявилась болезнь в виде самопроизвольного выпуска тормозного парашюта на этапе разбег-набор высоты. Не часто, но бывало. Представляете, во время взлёта вдруг резкий рывок назад, как кто за зад крепко схватил. И единственным способом побороть эту беду можно было, включив полный форсаж. Пламя получалось длинным, и парашют моментально сгорал, в результате всего лишь на посадке увеличивалась длина пробега. Так вот опытные армавирские лётчики-инструктора знали об этом и были готовы к подобной ситуации. А вот те, кто перевёлся с Юга (Аджикабул, Сальяны) и переучивались на МиГ-23 не совсем знали и не совсем были готовы.
И вот в одну из ночных смен экипаж в составе опытного инструктора в задней кабине и переучивающегося лётчика в передней, выполняют взлёт с курсом 104° на восток. Автопилот в режиме «Стабилизация». Всё идёт хорошо, но сразу после отрыва самопроизвольно выпускается тормозной парашют. Резкий рывок, представляете себе, да? Ощущения не из приятных. Сплошной адреналин.
Обучаемый принял этот факт за отказ двигателя (резкое падение тяги), а инструктор мгновенно оценив обстановку, двинув РУД вперёд, включил полный форсаж! Но было уже поздно. Лётчик в передней кабине уже сжал и потянул на себя ручки катапультирования. И всё, процесс пошёл. Улетел фонарь передней кабины потом задней, потом инструктор и наконец, лётчик передней кабины.
Приземлились они аккурат в торце полосы и, собрав парашюты, быстро сели в парашютную машину (собирала отстрелянные парашюты, поэтому была возле третьей рулёжки) и поехали на СКП, чтобы доложить о случившемся. Представ перед очами руководителя полётами, не успев сказать и слова, услышали от РП:
- Какого … вы тут делаете? Вы уже 10 минут как должны были взлететь?
- Да мы уже взлетали.
У РП глаза на лоб.
- Да мы только что катапультировались.
Обстановка на СКП сложилась сложная и никто не стеснялся в выражениях, поэтому непечатные слова я писать не могу. Представьте состояние РП и ответственного за училищные полёты полковника Чунова.
Тут же Чунов нервно говорит РП:
- Что смотришь? Звони в МинВоды. Скажи, самолёт неуправляемый летит в их зону, …...пусть внимательно смотрят за своими бортами…
РП звонит в Минераловодский РЦ ЕС УВД:
- От нас к вам летит самолёт-истребитель, только в нём лётчиков нету. Будьте внимательны….Ну вот так , нету….Да в вашу сторону… А кто его знает какая у него высота…Да я вам серьёзно говорю…. Да вы что в самом деле мне не верите?..
Чунов вырывает трубку у РП:
- Вы что, …......, русского языка не понимаете? Да! ….........!
Да! (мат, мат, мат)…. Я вам что, …......, Андерсен, сказки рассказывать?
На другом конце провода видимо поняли смысл сказанного, Чунов бросил трубку.
- А самолёт где?
Групповое пожимание плечами…
Действительно, а куда делся беспилотный МиГ-23УБ? Строго выдерживая режим, который запомнил автопилот в момент катапультирования, спарка на полном форсаже неслась на восток, преодолев скорость звука и щедро расходуя авиационный керосин. Короче, топливо кончилось и самолёт, пролетев около 330 км за 15 минут, благополучно упал в чистом поле в районе Будённовска.
Самое главное обошлось без жертв.
Предыдущая часть: