Не знаю, из какого контекста вырвали слова вице-президента Ассоциации туроператоров России (АТОР) Артура Мурадяна о «воспитательной работе» с абхазскими коллегами, из-за чего так переполошилась и на чем настаивает их пресс-служба. Но скажите мне, в чем он не прав?
«Пока абхазы сопротивляются утверждению тех норм, которые привели к отставке их президента, с абхазским бизнесом идет воспитательная работа — лишение турпотока из России, который был основной статьей дохода республики. Российским операторам запрещена на текущий момент реализация туров в Абхазию. Когда в Абхазии начались беспорядки, Минэкономразвития России выпустило запрет нашим туроператорам продавать туры в Абхазию. Запрет действует до его отмены», — сказал Мурадян.
Что так взволновало АТОР? Взывающая неполиткорректность высказывания? А в чем она, собственно, выражается? В том, что человек осмелился назвать вещи своими именами, а не стал, как у нас это, к сожалению, принято, прикрываться байками о братских отношениях Абхазии и России?
Нет, безусловно, отношение к абхазскому народу и республике в целом максимально дружественное, уважительное и, возможно, даже братское. Ну а как иначе назвать тот факт, что за период с 2020 года в Абхазию из России безвозмездно поступило электроэнергии на 10 миллиардов рублей? Подчеркиваю, безвозмездно.
И это не мои слова, а данные исполняющей обязанности вице-премьера — министра экономики Абхазии Кристины Озган.
«С 2020 года достаточно большой объем электроэнергии поставлялся Российской Федерацией в Абхазию на покрытие дефицита. Общий объем поставленной электроэнергии по состоянию на октябрь 2024 года составляет 2,9 миллиарда киловатт-часов общей стоимостью более 11 миллиардов рублей. Из них 10,1 миллиарда рублей было поставлено на безвозмездной основе», — сообщила она накануне.
Помимо этого, Россия участвовала в софинансировании абхазского государственного бюджета, остановка которого после известных событий стоила республике 1,8 миллиарда рублей.
И что мы за все это получили взамен? Очередную «цветную революцию» с отказом от ратификации инвестиционного соглашения, по которому российский бизнес в республике получал бы гарантии права собственности? То есть деньги давай, а со своими интересами к нам не лезь — такая логика?
Называть нечто подобное братскими отношениями все равно что путать любовь с эскорт-услугами. Да и «услуги» эти были, честно признаться, так себе. По данным все той же АТОР, россияне начали массово отменять туры в Абхазию на предстоящее лето. А я напомню, что индивидуальный туризм никто не запрещал.
«Аннуляции туров в Абхазию выросли 15–17 ноября в три раза по сравнению с аналогичным периодом неделей ранее, причем у отдельных компаний до 95% отмен приходится на летние поездки», — сообщила Ассоциация туроператоров России.
То есть это стало прямым следствием недавних событий, а также ростом числа жалоб российских туристов на максимально «ненавязчивый» абхазский сервис, который и сервисом-то назвать трудно.
В связи с вышесказанным возникает простой вопрос: особые отношения у нас с Абхазией были для чего? Какая от них польза России? Эта независимая де-юре республика — наш важный торговый партнер?
Или у нас в Абхазии военная база или еще какой интерес? Так ведь нет. Все держалось чисто на дружбе и симпатии — по крайней мере, с нашей стороны.
Ну а раз, как мы видим, все это было не по любви, раз Абхазия хочет быть независимой еще и де-факто, то продолжать тянуть на своей шее такую вот республику-содержанку мы вряд ли можем себе позволить. Не те нынче времена для подобной благотворительности.
Автор: Алексей Белов