Чем интересна политика Путина, так это тем, что некоторые его ходы, сделанные много-много лет назад, становятся по-настоящему ясны лишь потом, через годы, когда ты вдруг выясняешь, что наш президент со своей внешнеполитической командой уже тогда начал вести игру, результаты которой ты видишь сегодня, а для противника уже слишком поздно начинать контригру и что-то менять.
Особенно интересен всегда белорусский кейс. Хотя, честно говоря, там всё было так долго покрыто абсолютным мраком, и так долго никто не мог понять, в чём долгосрочные цели России в этом вопросе, что лишь сейчас всё начинает проясняться — когда вдруг становится ясно, что «Орешник» не просто будет стоять в Белоруссии, но ещё и Батька сможет выбирать цели для его применения! А Владимир Владимирович продолжает ещё нагнетать вокруг этого оружия:
«Мощный кинетический удар, как метеорит падает, после которого целые озера образуются. Поражение серьезное, все, что находится в центре, превращается в пепел. Сила удара колоссальная… Температура поражающих элементов достигает 4 тысяч градусов. Если мне память не изменяет, на поверхности солнца температура 5,5-6 тысяч градусов. Поэтому все, что находится в эпицентре взрыва, разделяется на фракции, на элементарные частицы, превращается, по сути говоря, в пыль», - заявил Путин.
Собственно, для того, чтобы понять, как именно может Лукашенко распорядиться этими системами, следует точно установить, на что они способны. Тут есть один аспект.
Будучи применёнными в безъядерном исполнении, «Орешники» с точки зрения международного права и законом ничем не отличаются от тех «Искандеров» или даже «Кинжалов». К чему мы это говорим?
Лукашенко не спрашивает же у нас, как ему использовать, скажем автоматы Калашникова. Или даже самолёты... Обсуждать и согласовывать надо лишь применение ядерного оружия. Но вот же какой сюрприз: «Орешник» — как минимум пока — это не ядерное оружие. И применять его Лукашенко сможет сам, без согласования с Россией. А что же могут эти системы?
Уже известно, что ракета состоит из нескольких разделяющихся блоков, начиненных кассетными суббоеприпасами, которые позволяют поражать сразу множество целей. Их поражение осуществлялось за счет колоссальной кинетической энергии, которая способна сложить несколько этажей военного бункера. Самое главное было точно попасть в цель, научив маневрировать и корректировать движение гиперзвуковой блок, что являлось наиболее технически сложной задачей для российских разработчиков. В остальном же практический эффект от прилета «Орешника» не столь впечатляющ.
По некоторым данным, максимальные разрушения в месте прилета боевой части будут достигнуты в радиусе 250 метров. Много это или мало? Если использовать гиперзвуковую ракету как противобункерную, то вполне достаточно. Если начинить кассеты боевых блоков вольфрамовой шрапнелью и бить ею по военным аэродромам, военным базам и складам противника, то достаточно.
И что же после этого начнут думать наши дорогие западные «коллеги и партнёры»?
Штука в том, что в один прекрасный момент наш уважаемый Запад может столкнуться с тем же, что пытается применить сейчас к нам. Речь идёт о том, что российское руководство вдруг может сказать: а это — не мы! Мы не сторона конфликта, мы просто поддерживаем союзника. А то, что вы ущемили нашего дорогого соседа — так стыд вам и позор, сами виноваты! Он теперь имеет полное право себя оборонять.
Особенно — где? Особенно — на Балтике. Куда Белоруссия очень близка. Давайте напомним, что недавно сказал Лавров:
«Что касается США, то мы ни с кем не хотим войны. Как я уже сказал, в январе 2022 г. пять ядерных государств заявили на высшем уровне, что мы не хотим конфронтации друг с другом и будем уважать интересы и озабоченности друг друга в области безопасности. Там также говорилось о том, что в ядерной войне не может быть победителей и она никогда не должна быть развязана... Профессионалы в области политики ядерного сдерживания хорошо знают, что это очень опасная игра. А разговоры об ограниченном обмене ядерными ударами – это приглашение к катастрофе, которой мы не хотим».
Но дело в том, что «Орешник», во-первых — это не ядерное оружие, а во-вторых, его ещё и не Россия может применить! Вот в таком случае будет вообще непонятно, что делать Западу! А если они попытаются заговорить о «совместном нападении», то сразу оправдают изменение российской ядерной доктрины, и тогда уже Россия сможет сказать, что мы тоже хотим вас наказать за помощь нашему врагу в нападении на нас.
И вот как раз в это момент появляется Путин который неожиданно говорит главное:
«По большому счету нам теперь нужно не ядерную доктрину совершенствовать, а «Орешник», потому что, если разобраться, достаточное количество этих современных систем оружия ставит практически на грань отсутствия необходимости применения ядерного оружия».
И получается, что эти два фактора коренным образом изменили правила игры: «Орешник» сам по себе и его передача Белоруссии. Причём, как мы говорили, кейс Белоруссии ещё только начинает разыгрываться.