Какой тупой Дзен...

Эта история началась в девяносто восьмом. 17 августа 1998 года. Чёрный понедельник. Как сказали бы сейчас, в тот день ко всем нам прилетел чёрный лебедь.

Я очень хорошо помню предшествующие выходные. Родители собирали меня в школу, и я два дня скакал на картонках, примеряя очередной костюм для своего второго класса. На Черкизовском рынке мне купили новые туфли, школьную форму, белые рубашки и даже зачем-то галстук. Отец тогда сказал, что мы будем носить его по очереди. Помню свою довольную улыбку в тот момент. Папа хоть и работал на нескольких работах, но всегда был при костюме, что мне очень нравилось. Костюм предстояло носить и мне, и всё бы ничего, но я переживал, как буду ходить в этих неудобных, только что купленных, туфлях. А других не было.

Вообще-то я мечтал о кроссовках, но никогда ничего не выпрашивал. Ну почти.

- Мам, а можно кассету? Ты обещала.

- Какую кассету? - посмотрел папа на нас двоих.

- Продиджи...

- Сегодня без кассет, нам ещё тетради покупать. Садись в машину.

Он отодвинул переднее сиденье нашей Таврии, я перескочил назад, и мы поехали. Я смотрел в окно и особенно чутко провожал взглядом палатку с аудиокассетами.

Следующий день я провёл в гостях в компании друзей. Пока родители были на работе, мы пересматривали фильмы с железным Арни. У одного из товарищей уже тогда был видеомагнитофон, и целая коллекция боевиков. А ещё целая кладовая, набитая газировкой. Родители знали, где меня искать, а потому забрали меня домой после работы. Они были очень встревожены, но пытались сделать вид, что всё хорошо.

Только зайдя домой, отец начал сразу звонить. Отчётливо помню его разговор.

- Здорово, батя! Видел, что творится? Да я боюсь, как бы опять стрелять не начали. Кто-кто? Танки! Да тут всего можно ожидать! В общем, прилетай, забирай Артёма. Сможешь? На пару недель, а дальше посмотрим. Спасибо!

Потом было что-то про дефолт, про возможные беспорядки. Я перестал понимать, но начал мотать головой и махать руками, на что папа недвусмысленно показал указательный палец, направленный вверх. В ответ я только вздохнул.

Мы с родителями переехали в Москву летом 93-го. Буквально через два месяца случился путч, по Москве ездили танки, и папа очень переживал, что всё это может повториться. Что новый экономический кризис может перерасти в политический.

До переезда в Москву мы жили в городе Ангарске. После переезда я бывал там пару раз, но воспоминаний оттуда практически не было. Там жил мой дед, которого я помнил только по фотографиям. Созванивались мы редко. Раньше для того чтобы позвонить, дедушке нужно было идти в почтовое отделение и ждать очередь, а после того, как ему поставили телефон, который он ждал несколько лет, он не звонил, потому что межгород был очень дорогой.

Буквально через пару дней дед стоял у нас на пороге. Крепкий семидесятилетний старик в сером деловом костюме, что меня совершенно не удивило. На груди у него красовалась медаль с серой лентой, а на лице добрая улыбка. Я был рад его видеть, но мысли об отъезде, а также тот факт, что он расположился в моей комнате, меня совершенно не радовали.

Однако уже через два дня мы были в Ангарске, проделав шестичасовой перелёт, после которого ещё два часа тряслись в автобусе. Когда мы с чемоданом добрались до дома, в котором жил дедушка, я поймал на себе не один десяток взглядов. Это были местные. Кто-то смотрел с интересом, кто-то заранее угрожающе. Впрочем, меня это не волновало. Я планировал задержаться здесь не более, чем на две недели, а это время я вполне мог провести в компании с телевизором. К счастью, у деда он был. Поэтому заходя в подъезд, я так же неодобрительно на всех посмотрел и был таков.

Оказавшись в квартире, я с трудом добрался до дивана и рухнул без сил. Дед попытался позвонить, но оказалось, что телефон не работает. Он с досадой сказал что-то про "японского городового" и отправился на почту, чтобы отзвониться родителям.

Не помню, как я заснул, но проснулся часа через два, когда дед вернулся домой. Я освободил диван, подумав, что он захочет отдохнуть, но дед к тому времени уже кашеварил на кухне. Есть и правда хотелось. Спустя несколько минут, первая тарелка пельменей залетела в меня моментально.

- Выспался? Наелся? Можешь пойти в футбол поиграть с ребятами. Твоя мать сказала, что ты хорошо играешь.

Я обожал футбол, искренне считал себя лучшим футболистом мира в своей возрастной категории, но играть в футбол, да и вообще знакомиться здесь с кем-либо я не собирался.

- Во-первых, не мать, а мама. Во-вторых, я никуда не хочу. Покажи, где у тебя телевизор.

Дед немного ухмыльнулся.

- Ну пошли.

Мы встали из-за стола, прошли через гостиную в спальную комнату. Там был старый телевизор на ножках, с аналоговыми переключателями, бережно прикрытый какой-то белой скатертью. Дед включил телевизор, он начал разогреваться, и через полминуты наконец выдал изображение. Чёрно-белое. От разочарования я отвернул голову и увидел стоящую на трюмо рамку с моей фотографией.

- Чёрно-белый так чёрно-белый. - улыбнувшись, подумал я.