Маша сидела на подоконнике, подтянув колени к груди. Стекло, запотевшее от её дыхания, скрывало серый двор с облупленными фасадами старых домов. Дождь барабанил по металлическому карнизу, создавая монотонную мелодию, которая странно успокаивала. Её взгляд блуждал по каплям, стекающим по стеклу, пока пальцы машинально крутили кулон — тонкий металлический диск на изящной цепочке. Кулон был настолько гладким, что на нём даже не оставались царапины, хотя она таскала его на шее столько, сколько себя помнила.
А память её обрывалась резко и необъяснимо. Она знала, что в этом доме живёт давно, но не могла вспомнить ни одного момента до того дня, когда ей исполнилось тринадцать. Только размытые образы: яркий свет, крики, запах чего-то горелого. Они появлялись в её снах, заставляя просыпаться в холодном поту. Но даже эти сны становились всё реже, как будто её прошлое окончательно растворялось.
Её мама, Вика, всегда уводила разговоры о прошлом в сторону. "Не накручивай себя, Машенька, тебе нужно думать о будущем," — говорила она, а потом, часто с бутылкой в руках, добавляла: "Главное, что мы вместе".
Вика действительно любила её. В трезвые моменты она была тёплой, заботливой, готовой выслушать. Но такие моменты становились редкостью. Бутылки пустого пива, иногда что-то крепче, всегда заполняли их крошечную кухню. Маша научилась закрывать на это глаза. Она заботилась о Вике, как могла, готовила ужин из дешёвых продуктов и убиралась после очередной пьянки.
Единственное, что держало Машу в этой квартире, — ощущение, что где-то за её сознанием скрывается правда. О том, почему она ничего не помнит, почему её жизнь началась с пустоты.
Сегодня был обычный вечер. После смены в кофейне она вернулась домой, приняла душ и села на подоконник, наслаждаясь редкой тишиной. Вика ушла к соседке "на чай", и это означало, что до утра её можно не ждать.
Маша посмотрела на часы. Почти девять. Завтра нужно снова на работу. Ей нравилось в кофейне — там был порядок, клиенты не лезли в душу, а запах свежеобжаренного кофе успокаивал. И всё же, сидя в одиночестве, она чувствовала, что её жизнь — как это стекло перед глазами: тусклая, затуманенная, без ясности.
Она вздохнула, снова прикасаясь к кулону. Его прохлада была ей привычна, как собственное дыхание. Этот кулон казался чем-то большим, чем просто украшением. Как будто он был ключом к разгадке её прошлого.
Но ни Вика, ни кто-либо другой не могли ничего рассказать. Да и сама Маша, каждый раз собираясь с духом задать вопросы, сталкивалась с туманными ответами или переменой темы.
"Может, и не стоит знать правду," — подумала она. Но мысли были пустыми. Внутри где-то глубоко глухо билось чувство: стоит.
За окном стало темнее, дождь перешёл в морось. Маша соскользнула с подоконника, собираясь лечь спать. Она не знала, что эта ночь станет началом чего-то большего, чем просто воспоминания.
Антон появился в её жизни внезапно, как шторм, который не предсказывают метеорологи. В кофейне, где Маша работала, она не часто видела людей, которые могли бы выделяться на фоне серых будней. Но он был другим. Он словно не подходил сюда, и в этом было что-то странное и манящее.
Когда он вошёл в кофейню в тот вечер, сначала она не обратила на него внимания. Это была обычная осенняя ночь, холодная и дождливая, и кафешка была почти пустой. Пару постоянных клиентов за угловым столиком, несколько человек за ноутбуками. Всё как всегда. Но когда дверь открылась, воздух наполнился чем-то новым — запахом дорогого парфюма, кофе и, казалось, чем-то ещё. Антон был в длинном пальто, с чёрными кожаными перчатками в руках, его лицо, скрытое под небольшими очками, казалось немного холодным, но в этом было что-то привлекающее.
— Капучино и круассан, — сказал он с лёгким, почти неуловимым акцентом, поднимая взгляд и встречаясь с её глазами. Маша невольно почувствовала, как её сердце сделало небольшой прыжок. Странное чувство — словно она где-то уже встречала его.
Её руки чуть дрогнули, когда она приготовила заказ. Антон не торопился, и когда она подала ему кофе, он внимательно смотрел на неё. Маша не могла понять, что в его взгляде заставляло её нервничать и одновременно ощущать нечто другое — интерес? Это было не совсем обычное внимание, которое он уделял каждому клиенту.
— Вы здесь давно работаете? — спросил он, как будто это был не просто вопрос о её трудовой стаже, а какой-то ключ к пониманию.
— Несколько месяцев, — ответила она, немного смущаясь от его взгляда.
Он кивнул, но, похоже, этот ответ его не удовлетворил.
— Странно, я не встречал вас раньше. Вы же не из города? — его интонация была как у человека, который точно знал, что должен получить ответ. Это не был вопрос для любопытства, скорее, исследовательский интерес. Маша почувствовала себя слегка неловко.
— Нет, я… местная. Просто не часто бываю в таких местах.
Она собиралась уйти за стойку, но Антон продолжил.
— У вас интересный кулон, — сказал он, немного прищурив глаза, как будто искал в её словах какой-то скрытый смысл.
Её пальцы невольно сжались вокруг цепочки кулона, который она носила всегда. Это был единственный предмет, что ей оставила мать, и он был для неё чем-то большим, чем просто украшением.
— Семейная вещь, — коротко ответила Маша, стараясь сменить тему.
Но Антон не отступил. Он взял кофе, поблагодарил её, но его взгляд был каким-то слишком настойчивым. И, несмотря на всё это, Маша не могла отказаться от его приглашения на встречу. Что-то в его манере общения, в его загадочности притягивало её.
КОНЕЦ 1 ГЛАВЫ.
В СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ: Маша узнает об Антоне подробнее. Ей кажется, что словно уже была знакома с Антоном. Вскоре она узнаёт о том из какой семьи оказался Антон...
Если понравился рассказ и хотите продолжение, то дайте об этом знать в комментариях?