Арина стояла у кассы, сжимая в руках банковскую карту. Экран терминала мигнул красным, и кассирша сухо бросила:
— Платёж не прошел.
— Давайте попробуем ещё раз, — Арина пыталась сохранять спокойствие.
— Прикладывайте, — буркнула кассирша, явно теряя терпение.
Арина снова поднесла карту к терминалу. Снова писк аппарата, короткий и резкий.
— Опять не проходит, — кассирша посмотрела на неё с раздражением. — Отменяю покупку?
— Нет, подождите, — Арина нахмурилась. — Я сегодня зарплату получила. Должно быть достаточно для оплаты.
— Ну, поздравляю, — голос кассирши сочился сарказмом, — только очередь не задерживайте. Люди ждут.
Арина почувствовала, как жар приливает к лицу. Она пробормотала что-то вроде «уже ухожу» и, не глядя по сторонам, рванула к выходу из супермаркета. Сумки с продуктами остались на ленте, а в голове крутился один вопрос: куда делись деньги? Она тут же подумала про мошенников. Утром звонили из банка — предлагали кредит. Голос в трубке звучал уверенно, номер вроде официальный. Арина ничего им не сказала, никаких данных не дала, только отшутилась, что своих долгов хватает. Но вдруг они как-то узнали? Взломали карту? Или телефон? Нет, это невозможно — пароль она никому не называла, да и мобильник всегда при ней. А может, банк сам что-то напутал? Они же присылают эти уведомления о подозрительных операциях… Арина замерла у стеклянных дверей, пытаясь вспомнить, приходило ли что-то такое сегодня. Нет, ничего. Но факт оставался фактом: зарплаты на карте не было.
Она вышла на улицу и побрела к ближайшей скамейке. Надо проверить выписку. Арина открыла приложение банка и начала листать список операций. Утром она, как обычно в день зарплаты, оплатила мобильный тариф — 500 рублей. Потом продлила подписку на сериалы — еще 300. И подтвердила запись в салон красоты — 2000. Итог: меньше трёх тысяч. А зарплата — сорок пять. Где остальное? Она прокрутила список до конца и замерла. Последняя строка: перевод на карту Олега. её мужа. Вся сумма.
Арина попыталась осмыслить увиденное. Олег перевёл себе все её деньги. Зачем? Они всегда делились доступом к картам — она могла взять его, он её, если нужно. Но крупные траты обсуждали заранее. А тут он просто обнулил её счёт, оставив без копейки. Это было не просто странно. Это пугало.
Домой она вошла тихо, будто боялась кого – то спугнуть. Олег был в гостиной. Он стоял у шкафа и раскладывал вещи — футболки, носки, старые журналы. Не просто складывал, а заполнял полки, как будто играл в какую-то игру типа тетриса: ни миллиметра свободного места. Все выглядело слишком аккуратно, слишком одержимо.
— Олег, — Арина остановилась в дверях, — мне пришло уведомление. Ты перевел себе все мои деньги. Зачем?
Он даже не обернулся. Продолжал двигать руками, укладывая очередную стопку.
— Так безопаснее, — наконец сказал он. Голос был ровный, но в нём чувствовалась какая-то отстранённость.
— Безопаснее? — Арина шагнула ближе. — От чего?
— От них, — он кивнул куда-то в сторону, не отрываясь от своего занятия. — От них.
— Олег, кто это «они»? — её сердце заколотилось быстрее. — Если это мошенники, надо звонить в банк, блокировать карты…
— Нет, — он резко повернулся, глаза блестели, — это не мошенники. Это они. Они все контролируют.
— Кто, чёрт возьми, «они»? — Арина повысила голос, но тут же осеклась.
— Я не знаю, кто именно, — Олег смотрел на неё, но будто сквозь. — Но они есть. Внеземные, и они следят за нами. Постоянно следят. Деньги надо спрятать.
Арина не могла сказать ни слова от шока. Она смотрела на мужа и не узнавала его. Олег, который еще недавно мог после смены на работе пробежать десять километров, а потом сидеть с друзьями до полуночи, теперь стоял перед ней и говорил про пришельцев. Её затрясло.
— Олег, ты… ты себя нормально чувствуешь? — она подошла ближе, осторожно, как к незнакомцу. — Может, у тебя температура? Или ты устал? Ляг, я чай заварю с травами, успокаивающий.
Он вдруг замер. Посмотрел на неё так, будто только что заметил. А потом продолжил раскладывать вещи, словно ничего до этого и не говорил. Арина отступила назад. Что-то было не так. Совсем не так.
Она вспомнила, как в последние недели он изменился. Олег стал быстрее уставать — приходил с работы и молча садился перед телевизором. Раньше он был душой компании, а теперь почти не общался даже с друзьями. Остался только Андрей, его дальний родственник, да и то виделись они редко. Олег стал отстранённым, рассеянным. Арина списывала это на перегрузку на работе. Ну, подумаешь, принёс как-то столик с мусорки — в хорошем состоянии, между прочим. Сказал, что можно покрасить и продать. Странно, но не критично. А теперь вот это. Деньги. Пришельцы. Тетрис из вещей.
Олег не лег, как советовала жена. Он увлекся шкафом ещё сильнее, перекладывая одежду снова и снова. Арина отошла на кухню и схватилась за телефон, чтобы позвонить, но не в скорую. Сначала — его маме. Олег всегда звонил Татьяне Ивановне, если что-то шло не так.
— Татьяна Ивановна, — Арина старалась говорить тихо, — Олег ходит по дому, говорит про каких-то «иных». Не с Земли. Мою зарплату себе забрал, говорит надо её надёжно спрятать. Мне кажется, он вообще не понимает, где он и что делает. Куда звонить?
— Не звони никуда, — голос свекрови был резким, почти приказным. — Слышишь? Я сейчас приеду.
***
Свекровь влетела в квартиру через пол часа, снимая на ходу бигуди. На ней был обычный домашний халат, подпоясанный кое-как, а в руках маленькая сумка. Она сразу направилась к Олегу, который уже в очередной раз перекладывал одежду в шкафу. Полки выглядели так, будто он пытался уложить каждую вещь идеально, но что-то всё время его не устраивало. Татьяна Ивановна оттащила сына от мебели и заглянула ему в лицо. Олег не сопротивлялся, но и не смотрел на неё — его взгляд скользил по комнате, цепляясь за углы и стены. Она приложила ладонь к его лбу, нахмурилась и, оставив его у шкафа, подошла к Арине.
— Я так надеялась, что это его минует, — сказала она тихо, почти шепотом, чтобы Олег не услышал. Её голос дрожал, но в нём было что-то тяжёлое, как будто она давно ждала этого дня.
Арина стояла у стола, сжимая телефон. Слова свекрови дошли до неё не сразу — она прокручивала их в голове, пытаясь понять.
— Вы хотите сказать, что это уже было в вашей семье? — спросила она наконец, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё сжималось.
Татьяна Ивановна кивнула, бросив быстрый взгляд на Олега. Он уже вернулся к своему занятию, будто их разговор его не касался.
— Не у меня, — пояснила она, понизив голос. — У моего мужа, отца Олега. Царствие ему небесное. У него это началось позже, где-то в сорок лет. Был нормальный, весёлый человек, а потом вдруг замкнулся, стал угрюмым, чужим. Я каждый день молилась, чтобы Олега это обошло стороной. Или хотя бы проявилось как можно позже.
Арина почувствовала, как в глазах начинает рябить. Это случалось с ней, когда нервы сдавали — давление подскакивало, и всё вокруг становилось мутным. Она не знала, от чего сейчас хуже: от слов свекрови или от того, что она сама не замечала, как Олег менялся.
— То есть вы знали, что это может быть наследственным? — Арина шагнула к ней, стараясь не сорваться на крик. — И что Олег, скорее всего, тоже это получит?
— Знала, — Татьяна Ивановна отвела взгляд. — Но не была уверена. У деда Олега, например, ничего такого не замечали. Может, просто какая – то лёгкая форма была, а может, и правда обошлось. Про прадеда вообще мало что известно — он умер молодым, до тридцати, и никто ему диагнозов не ставил. А дальше и вовсе не разберёшь, что там было с предками. Врачи меня предупреждали, что это может передаться, но я не хотела верить. Думала, пронесёт.
Арина прижала ладони к вискам. Рябь в глазах усилилась, и она уже не могла сказать, от чего — от давления или от слёз, которые подступали к горлу. Она вспомнила, как Олег в последние месяцы стал другим: уставал быстрее, молчал больше, друзей избегал. А она всё списывала на работу.
— Если это болезнь, — Арина старалась говорить чётко, — её надо было ловить раньше. Водить его по врачам, проверять. Это же логично.
— К каким врачам? — Татьяна Ивановна резко повернулась к ней. — К психиатрам? Я мужа своего к ним водила. Знаешь, что потом? Это метка на всю жизнь. Права не получишь, на работе шептаться начинают, смотрят, как на ненормального. Я Олегу такого не пожелаю. Никогда.
— Но ему нужно лечение, — Арина опустила руки и посмотрела на свекровь. — Без этого он не справится.
Ей вдруг стало ясно: она сама могла бы заметить признаки раньше. Олег ведь не просто уставал — он менялся. А она не придавала этому значения.
— Вылечить это нельзя, — голос Татьяны Ивановны стал жёстче. — Можно только притормозить. Чтобы он жил как все.
— И как это сделать без врачей? — Арина убрала руки от лица.
— Я знаю, что нужно делать, какие лекарства принимать. У меня есть знакомые в аптеке. Достану, что надо. По старой памяти помогут.
— Без врача нельзя ничего принимать, — Арина повысила голос. — Это не простуда, тут назначение нужно!
— У Олега то же, что было у его отца и я знаю как это лечить, — Татьяна Ивановна посмотрела ей в глаза. — Я уверена. Это семейное. Арина, послушай меня. — Она схватила стакан с водой, стоявший на столе, и выпила залпом, будто это было что-то покрепче. — Поклянись, что не побежишь в больницу. Никогда. Это клеймо. Олег водителем работает, его же уволят! Мы сами справимся.
Арина не успела ответить — свекровь уже направилась к лестнице, быстро, почти бегом. Арина потянулась к телефону, лежавшему рядом, но... Может, стоит попробовать так, как говорит Татьяна Ивановна? Хотя бы попробовать.
В соседней комнате Олег уже переключился на книги. Он снимал их с полки одну за другой и расставлял заново. Не по алфавиту, не по размеру — по какому-то своему порядку, который понимал только он.
— Олег, — Арина подошла ближе, — у тебя ничего не болит?
— Нет, — он ответил сразу, но даже не взглянул на неё. Его руки двигались механически, перекладывая тома.
— Ты меня узнаешь? — она стояла совсем рядом, глядя на его сосредоточенное лицо.
— Конечно, Арина, — он поднял голову. — Я же не сумасшедший.
Она выдохнула. Может, это просто временное явление? Может, ничего страшного он не унаследовал? Но тут Олег взял следующую книгу, повертел в руках и швырнул её на пол.
— Зачем ты это сделал? — Арина замерла, это была её книга.
— Она не подходит, — сказал он спокойно и вернулся к полке.
Арина смотрела на него и понимала: что-то в нём включалось и выключалось. Моменты, когда он казался самим собой, сменялись чем-то отстранённым.
Татьяна Ивановна вернулась через полчаса с пакетом лекарств. Она привезла всё, что, по её словам, должно было помочь. Лечение началось — таблетки, чёткий график, контроль. Олег даже стал спокойнее. Он взял отпуск на работе, без оплаты, и они решили, что это время пойдёт ему на пользу. Он сам говорил, что хочет прийти в себя. Арина видела, как он старается, и это давало надежду. Но по ночам она просыпалась от каждого звука, проверяла, спит ли он, и не могла избавиться от чувства, что это только начало.
***
Вечер, когда Олег сорвался, начинался абсолютно спокойно. Арина сидела на кухне, прокручивая ленту новостей в телефоне, когда до неё донёсся глухой стук из гостиной. Она отложила телефон, встала и пошла проверить. Звук повторился — тяжёлый, будто что-то волокли по полу. Дойдя до комнаты, она остановилась на пороге. Олег стоял у окна, рядом с ним лежала старая металлическая стремянка, вся в ржавчине и грязи. Он явно притащил ее с улицы — на полу остались следы мокрой земли. Олег смотрел на стремянку, потом перевёл взгляд на Арину, и в его глазах мелькнуло что-то напряжённое, настойчивое.
— Это для нас, — сказал он, кивнув на стремянку. — Надо уехать из этого города прямо сейчас.
Арина нахмурилась, шагнула ближе.
— Олег, что ты имеешь в виду? Зачем нам эта штука?
— Мы должны подняться выше, — он подошёл к стремянке и провёл рукой по перекладинам. — Они найдут нас здесь. Надо уезжать. Нет, даже не уезжать, а взлететь вверх по лестнице.
— Кто найдет? — Арина почувствовала, как внутри всё сжимается. — Олег, о чём ты вообще?
Он резко повернулся к ней, глаза сузились.
— Ты не понимаешь? — его голос стал громче. — Они уже близко. Мы не можем остаться. Или ты с ними заодно?
— С кем, Олег? — Арина повысила голос, не выдержав. — Хватит нести чушь! Откуда ты это притащил? С помойки опять?
Он шагнул к ней, сжимая кулаки.
— Это не чушь! — крикнул он. — Ты слепая? Мы в опасности!
Арина отступила назад, но Олег двинулся следом. Она хотела сказать что-то ещё, но не успела — он схватил её за плечи и толкнул к стене. Она ударилась спиной о косяк и охнула от неожиданности. Олег навис над ней, его руки сжимали всё сильнее, а потом он начал трясти её так, что голова безвольно болталась из стороны в сторону и билась об стены.
— Ты должна слушаться меня! — его голос дрожал от злости. — Мы уедем, или они нас достанут!
Арина уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Сердце колотилось, в ушах звенело. Она видела его лицо — красное, напряжённое, с блестящими от гнева глазами, — и понимала, что это не просто ссора. Это было что-то большее, что-то страшное. Ноги подкосились, но она вывернулась, отбежала к дивану и схватила телефон со стола. Она набрала номер скорой, не раздумывая, и через двадцать минут бригада уже увозила Олега в психиатрическую клинику.
Татьяна Ивановна приехала, когда его только грузили в машину. Она выбежала из такси, снова в том же халате, только поверх накинула пальто. Увидев Олега — бледного, ссутулившегося, в наручниках, которые надели санитары для безопасности, — она остановилась как вкопанная. Арина стояла рядом, держа его куртку, которую он не успел надеть. Свекровь посмотрела на неё, потом на сына, и её лицо сморщилось.
— Его уволят, — сказала она, глядя в сторону. Голос был низким, почти безжизненным. — Водитель с таким диагнозом никому не нужен. Права отберут, работы не будет. Жить будет на мизерную пенсию по инвалидности. Вот что его ждёт.
Арина сжала куртку сильнее. Она уже успела пролистать пару форумов в интернете, пока ждала скорую. Там писали, что люди с такими диагнозами иногда возвращаются к нормальной жизни.
— Не надо сейчас все усложнять, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — После лечения он пройдет комиссию. Если всё будет нормально, права оставят. Работу найдет, даже если и в другой сфере. Не стоит сразу думать о худшем, Татьяна Ивановна.
— Ты не понимаешь, — свекровь покачала головой. — Его не возьмут никуда. С таким прошлым. С такой историей.
— Я не хочу больше это слушать, — Арина повернулась к ней. — Он Олег. Тот же, что и раньше. Просто сейчас ему нужна помощь.
Но Олег, вернувшись через три месяца, был другим. Клиника его подлатала — приступы ушли, голос стал ровнее, он даже начал отвечать на вопросы, не уходя в себя. Но что-то в нём сломалось. Он двигался медленно, говорил мало, а если улыбался, то как-то вымученно, будто через силу. Арина заметила это в первый же день, когда забрала его из больницы. Он сидел в машине молча, глядя в окно, и только раз спросил, где его старые кроссовки. Лекарства помогли, но сделали его тенью того, кем он был.
Через неделю после выписки Арина застала Татьяну Ивановну за странным разговором. Свекровь сидела на диване рядом с Олегом, который смотрел телевизор, и тихо уговаривала его пропустить вечернюю дозу таблеток.
— Они тебе не нужны, — шептала она, поглаживая его руку. — Видишь, как от них плохо? Ты сам не свой.
Арина вошла в комнату, держа в руках кружку чая, и замерла.
— Без них будет хуже, — сказала она резко, ставя кружку на стол. — Вы же знаете, что было до больницы.
Олег поднял голову, посмотрел на них обеих, но ничего не сказал.
Дальше он то принимал лекарства, то забывал — или намеренно пропускал. Иногда казалось, что он возвращается к нормальному состоянию: утром мог пошутить про погоду или спросить, что на ужин. А потом снова уходил в молчание, сидел часами у окна, глядя на улицу. Арина видела, как он борется с чем-то внутри, но не знала, как помочь.
Однажды она вернулась с работы раньше. В квартире было тихо, только из гостиной доносился легкий скрип. Олег сидел на полу перед диваном, сжимая ножницы. Подушки, которые она купила на прошлой неделе, валялись вокруг — разрезанные, с вывороченным наполнителем. Он поднял на неё глаза, и в них мелькнула злость.
— Тут что-то есть, — сказал он тихо, но твёрдо. — И я должен это найти.
Арина отступила назад. Сердце заколотилось, руки задрожали. Она не стала спорить, просто вышла в коридор, закрыла дверь и позвонила в клинику. Через час его снова забрали. Она поехала с ним, молча сидя в машине скорой, пока санитар проверял его пульс. Потом, оставив Олега в палате, Арина села в такси и поехала к Марине, своей подруге. Ей нужно было выговориться.
Марина открыла дверь, не успев снять фартук — она готовила ужин. Арина рухнула на стул.
— Я сегодня поняла, что боюсь его, — сказала она, не поднимая глаз. — Это не Олег. Я боюсь спать с ним в одной комнате, да и просто находится в одной квартире. Что с нами будет?
Марина выключила плиту и села напротив.
— Ничего хорошего вас не ждёт, — ответила она прямо. — Слушай, я не хочу лезть в твою жизнь, но скажу, как есть: уходи. Разводись.
— Бросить его? — Арина посмотрела на неё. — Он же болен.
— Да, и что? — Марина пожала плечами. — Ты готова жить в страхе? Ждать, пока он не подушки разрежет, а что-то похуже? Тебя, например. Ты вообще можешь рядом с ним расслабиться?
— Не знаю, — Арина опустила голову.
— А дети? — продолжила Марина. — Это же передаётся по наследству. Хочешь рискнуть?
— Не факт, что передаётся, — Арина говорила тихо, но в голосе появилась нотка упрямства.
— Не факт? — Марина фыркнула. — Давай проверим? Подбросим монетку? Ты сама сказала, что боишься его.
— Очень боюсь, — Арина сжала руки в кулаки.
— Тогда зачем ты это терпишь? — Марина посмотрела ей в глаза.
— Я отправила его в клинику, — сказала Арина. — Дважды. А теперь что, бросить?
— Ты сделала, что могла, — голос Марины стал мягче. — Он и без тебя туда попал бы, рано или поздно. Без врачей вы бы не справились. А теперь подумай о себе.
Арина молчала. Она смотрела на хлеб на столе и думала о том, как утром Олег спокойно пил чай, а вечером снова стал чужим. Ей было страшно, но ещё страшнее было признать, что Марина права.
***
Прошло почти три месяца с тех пор, как Олега забрали в клинику во второй раз. Его выписали неделю назад — тихого, медлительного, с пустым взглядом. Арина тогда же сказала ему и Татьяне Ивановне, что уходит. Олег промолчал, только кивнул, а свекровь отвела глаза и ушла в другую комнату. На следующий день она забрала его к себе, чтобы он не видел, как Арина собирает вещи. Теперь Арина стояла в спальне с чемоданом на кровати. Она бросила туда джинсы, пару футболок и зарядку — только самое нужное. Руки двигались медленно, будто она тянула время. Уйти от Олега было решено давно, но это не было простым решением. Она вспомнила, как он утром молча пил чай, глядя в окно, и как вчера спросил, где его школьный аттестат. Арина тогда ответила сухо, а он просто кивнул.
В дверь позвонили. Арина вздрогнула, а когда открыла дверь, увидела соседку Виту с пакетом.
— Это, наверное, ваше, лежало около входной двери. — сказала она и ушла.
В пакете лежала книга — детектив, который Арина читала прошлым летом. На первой странице почерком Олега было написано: «Арина, не уходи». Она сжала книгу, но тут же отложила. Это ничего не меняло.
Арина вернулась к чемодану, застегнула его и вышла в коридор. Ключ оставила в почтовом ящике, как договорились с Татьяной Ивановной. На улице ждала Марина. Арина села в машину.
— Ты правильно сделала, — сказала Марина, заводя мотор.
— Не знаю, — Арина посмотрела в окно.
Машина тронулась. Арина думала о том, как Олег будет жить один, справится ли он без неё и что с ним станет дальше. Но её решение было окончательным.