Продолжение.
Ольга появилась лишь ближе к вечеру. За это время Марина не смогла проглотить ни кусочка, только заливала в себя кофе кружку за кружкой, надеясь тем самым уменьшить тревогу. Открыв дверь, уставилась на подругу с немым вопросом прямо с порога.
— Не сверли меня взглядом, — буркнула Ольга, скинув обувь и проходя мимо хозяйки прямиком на кухню. — Есть что перекусить? С утра маковой росинки во рту не было.
Заглянув в пустые кастрюли, достала из холодильника колбасу и батон, сделала бутерброд и откусила приличный шмат.
— Ну? — устав от ожидания, спросила Марина.
— Дом загорелся ночью, — ответила подруга с набитым ртом. — Надя то давно к сыну перебралась, да ты в курсе. Так что он один был. Не знаю, почему не проснулся, может напился снова.
Конечно она знала. Она всё о нем знала. О событиях, произошедших в жизни — от Ольги. О чувствах и переживаниях — из своих снов.
Откусить от бутерброда ещё раз Марина подруге не позволила, ухватив за руку.
— Живой?
— Да, но... Большая ожоговая площадь. И лёгкие тоже. Четвертая степень.
Комок страха, сдавливающий грудь, вдруг потяжелел и упал в низ живота, Марина побледнела, осела на пол.
— Мне нужно его увидеть, — прошептала почти беззвучно, но подруга смогла услышать.
— Для чего? К тому же он без сознания. Да и Надя, и сын постоянно там, как ты себе это представляешь?
— Мне нужно, — Марина повторила громче и уверенней. — И ему нужно, я знаю. Он долго не протянет, это будет последняя встреча.
— Ладно, — сдалась Ольга. — Постараюсь что-то придумать, позвоню завтра.
Когда Ольга позвонила, она уже была наготове, находилась этажом ниже. Помчалась вверх по лестнице, чуть не столкнувшись с идущей в обратном направлении женщиной примерно её возраста. И вдруг резко остановилась, замерла, почувствовав спиной взгляд. Обернулась, женщина смотрела на неё, чуть сдвинув к переносице брови, будто напрягая память.
"Узнала, — пронеслось в голове. — Двадцать лет прошло, а она узнала."
А через секунду Марина уже неслась дальше, потому что нужно было успеть. Зачем? Она и сама не знала, наверное, чтобы увидеть. Последний в этой жизни раз, прежде, чем разорвётся связывающая их невидимая нить.
Чуда не случилось, в сознание Гоша не пришёл. Но ладонь Марины, вложенную в его, слегка сжал. Совсем слегка, едва едва ощутимо. Хотя возможно это был непроизвольный мышечный спазм, или как там оно правильно называется. Но ей этого было достаточно. Словно попрощалась. Или попросила прощения. За то, что всё сложилось не так, как могло бы сложиться. За упущенное счастье, за поломанные судьбы. За всё. И неважно, что не одна она в этом виновата.
Уже выходя на лестницу, Марина снова столкнулась лицом к лицу с Надеждой и одновременно услышала суету и беготню за спиной. Понимание случившегося отозвалось острой болью в груди – это был конец.
* * *
Марина заметила её у своего подъезда и замедлила шаг. "Зачем она пришла? Для чего? Раны и так очень медленно затягиваются, и бередить их совсем не хочется."
Подошла, села рядом на лавочку, глядя перед собой, молча.
— Ты не пришла проводить, — сказала Надя, не поворачивая головы. — Зря, нужно было. Я бы спокойно к этому отнеслась, поверь. Мне ведь с самого начала говорили, что у вас любовь. Насколько всё серьёзно, я поняла позже. Годы шли, а он так и не смог тебя забыть, даже во сне имя повторял. Потом к стакану прикладываться стал. — помолчала немного, протянула запечатанный пожелтевший конверт. — Вот, неотправленное, у Гоши в бумагах нашла. Обратный адрес – воинская часть.
Положила конверт рядом с собой, поднялась и ушла быстрым, размашистым шагом.
Строчки расплывались перед глазами, Марина вытирала глаза и продолжала читать, потом снова вытирала. Ну вот почему всё так? Почему тогда им не хватило мудрости понять, что это судьба? Слишком дорого обошлось это непонимание, и не только им двоим. Марина столько лет ждала, когда порвётся связывающая их нить, но она оказалась слишком крепкой. Теперь нити нет, только легче от этого почему-то не стало.
* * *
Начало здесь 👇