В 1982 году я пробыла в поле, то есть на территории Капланкырского заповедника с конца марта и по конец июня. Три непростых месяца и по климатическим условиям, и по бытовым. Для чего всё это было нужно...
Наш небольшой научный коллектив закладывал основы слежения за природой заповедника. Собранные в полевой сезон данные по разнообразию и численности растений и животных стали отправной точкой для этого. До нас тут никто не исследовал природу в динамике. Разве что редкие экспедиции натуралистов, которые были проездом в конце 19-го и в середине 20-го веков, собирали отрывочные сведения о живом мире в переходной зоне Каракумов и Южного Устюрта.
Уезжая в пустыню, мы чётко представляли, что итогом работы должна стать Летопись природы-1982. Это основной отчёт научного отдела всех заповедников СССР с чёткой структурой и требованиями. Но на месте я поняла, что материала настолько много, и он настолько интересен, что в рамки отчёта точно не влезет. Уже в пустыне я набросала тезисы двух статей которые планировала опубликовать в журналах АН Туркмении.
Та же ситуация была и у ребят с птицами. Сергей развивал математические методы, а Володя начал сбор материала по экологии видов птиц, переменно гнездящихся в условиях пустыни.
В июле мы поехали в Ашхабад в Академию наук на консультации со специалистами. Я же ещё повезла большой чемодан с гербарием на определение. В Ботаническом институте был хороший Гербарий, в котором не возбранялось трудиться. Это целое подразделение института с немаленьким персоналом и, главное, с большим хранилищем. Пока я работала там, мне попадались гербарные листы, собранные в начале 20-го столетия. И свои гербарные листы я оставила там на хранение. Всё же район мало посещаемый, а уж свежих сборов и подавно нет. И меня считали там героем, даже приходили посмотреть на девушку, которая у черта на куличках три месяца провела.
Уже не помню, но две или три недели июля мы провели в Ашхабаде. И это хорошо. Так как в учреждениях этой южной столицы работали исправно кондиционеры. А в Ташаузе в нашем доме в этот самый жаркий месяц было душно и невыносимо.
Поселились мы тогда у знакомых на усадьбе Копетдагского заповедника в посёлке Берзенги недалеко от Ашхабада. Каждое утро приезжали в город на рейсовом автобусе. Иногда ходили на русский базар за продуктами. Был такой в Ашхабаде в те времена. Был и русский драматический театр имени Пушкина., были и русские школы. А в кинотеатрах крутили такие же фильмы, что и по всей стране.
Один раз мы с Володей даже съездили на Кара-Кумский канал. Туда ходил рейсовый автобус до зоны отдыха. В этом месте был обустроенный песчаный пляж, зонтики, люди загорали и купались. И мы искупнулись в водах знаменитого среднеазиатского канала. Хотя приятного было мало. Вода был мутная и почти горячая, точно выше 30 градусов.
Тогда-то мы и поняли, почему горные ущелья с речками пользуются большой популярностью у местного населения в выходные дни. Именно в районе Берзенгов и было такое местечко, и автобусы туда в выходные были переполнены.
Вернувшись в Ташауз, в душный частный дом, где мы проживали, стали побыстрее собираться на Урал в отпуск. Впереди были встречи с однокурсниками, обмен впечатлениями после первого года самостоятельной жизни и работы. А ещё мы ждали пополнения нашего научного отдела новыми сотрудниками, выпускниками нашего биологического факультета. Теми, кто был младше нас на курс. И их было пятеро! А продолжение следует.
Спасибо, друзья, что читаете мои воспоминания. Рада буду вашим комментариям.
С уважением, Елена
Для моих новых подписчиков дам на всякий случай ссылку на подборки моих историй про Туркмению. Это две рубрики: "Туркмения" и "Письма другу". Кому интересно: там всё с начала...
#туркмения #работа в туркмении #жизнь в ссср #туркменские заповедники