Запертый в клетке, словно дикий зверь, белый волхв раз за разом прокручивал в голове слова крылатой бестии. Катя жива? В душе клокотала ярость, но осталось немного места и для радости. Значит, еще есть, за кого сражаться, не всех он потерял. Но клетка была проблемой. К нему два раза приходил с допросом этот Быстров, по какой-то причине заявляясь прямо в камеру.
Алекс чувствовал, что следователь не представляет угрозы, но его злило то, что славянского волхва заперли здесь, задавали глупые и ничего не значащие вопросы. В клетке Александр сидел совершенно один, и соседями ему были лишь обшарпанные стены, грязная койка и крошечное окошко, с трудом пропускающее лишь жалкие крупицы света. Ему хотелось вдохнуть свежий лесной воздух, почувствовать прикосновение яростного ветра к уставшей, изнуренной коже.
Он гнал мысли о предательстве сестры, которой так наивно поверил. Все то время, что они провели вместе, было множество шансов рассказать о ведьме. Она могла хотя бы намекнуть, чтобы Александр не сжирал себя заживо. Хотя Яра вела себя странно, можно было и самому догадаться. Каин Вуд — кукловод и манипулятор, во время встречи лишь насмехался, ведь все то время Катя была у него. Сломанные ребра волхва все еще ныли, но внутри полыхало желание отомстить.
Какой смысл сдерживать себя, если никто вокруг этого не делает? Грязная кровать с облезлой краской, стоящая напротив сидящего на полу волхва, была его единственной слушательницей. Как же люди любят клетки. Они готовы сажать туда кого угодно лишь из жалкого подозрения, а свои души уже давно заковали в железные ржавые цепи. Но этот Быстров отличался. Он яростно хотел узнать правду, старался сбросить оковы и шоры, но не мог. Александр улыбнулся, затем взглянул на правую руку. Знак на запястье слегка покалывал, словно предвещая неприятные события. Следователь снова придет и будет пытаться выведать, не белый ли волхв сбросил никчемного старика с крыши?
Алекс угадал. Быстров навещал его уже в третий раз. Но зачем?
— Удобно тебе на полу? — спросил Никита.
Александр лишь бросил на него пустой взгляд и снова уставился в стену.
— Слушай, — сказал Быстров, — сегодня поступил запрос якобы от твоей сестры. Но при тебе ни документов, ничего. Ее не пустят, хотя очевидно, что вы очень похожи внешне. Я могу провести ее, если будешь сотрудничать.
И снова взятки. Люди погрязли во взяточничестве и шантаже. Прими веру или умрешь, сиди смирно или поплатишься, отвечай на вопросы или сгниешь в одиночестве за ржавой решеткой. Александр не мог сдержать усмешки.
— Она очень хочет тебя видеть, — сказал Никита устало, — пара слов и я пропущу ее.
— Думаешь, мои слова чем-то тебе помогут? — спросил волхв тихо, еле шевеля пересохшими губами.
— Что случилось там, на крыше? Зачем ты толкнул патриарха вниз? Он был лишь стариком. Если не ты виновен, скажи, кто это сделал. И как с этим связан Каин Вуд?
Глаза волхва расширились, он удивлено приподнял бровь. Под тяжелым взглядом Быстров съежился. От этого мужчины исходила странная энергетика, теплая и мягкая, несмотря на внешнюю суровость. Никите не хотелось держать его здесь, ведь очевидно, что этот белобрысый — не уголовник.
— Вы и его приплели? — улыбнулся Алекс, — здесь я вам не помощник. С Вудом у меня свои счеты.
— Ну так помоги его прижать! — воскликнул следователь, — если он как-то связан с убийством патриарха...
— Да оставьте вы этого патриарха. Он сам спрыгнул, — вздохнул волхв, — а Вуд вам не по зубам, лучше не лезьте.
Продолжение следует...