Духоподъемные посты Александра Ходаковского с мест боевых действий вселяют уверенность в нашей победе. Даже, несмотря на ту пропасть, которая, порой, зияет между генштабом и рядовым пехотинцем, финал предсказуем.
Ходаковский пишет: «Когда по пехотинцу бьют, а арта молчит в ответ, когда он слепой, голый и босый – тогда никакие слова с высоких трибун не поднимут его боевой дух. Так что хотим иметь этот дух в поднятом состоянии – давайте учиться воевать».
Действительно, солдату нужно прикрытие артиллерией, обеспечение разведкой и надежной связью – это будет самая лучшая для него мотивация! Здесь Ходаковский прав, а вот управленческая структура боевого подразделения, представленная им в виде перевернутой пирамиды, критики не выдерживает. Правильно организованная управленческая система вооруженных сил (или государства), должна быть устроена по принципу правильной пирамиды, острием вверх.
- Ее основание – это армия, состоящая из различных подразделений и групп войск, а на вершине – военное руководство. Солдат не может, и не должен нести на своих плечах всю управленческую надстройку, как о том пишет Александр, даже если она будет «отбалансирована».
В то же время, боевой дух солдата зависит от «руководящей руки» частично – это лишь внешний фактор. Самая сильная мотивация солдата у него внутри – в сердце. Либо там – честь, долг, достоинство, либо – ненависть, трусость, доносительство.
Сейчас, на войне, в сердце каждого солдата и командира происходит духовный выбор, – какому духу служить. Пример именно такого выбора привел нам сам Александр Ходаковский с места боевых действий своего отряда.
Пересказываю своими словами.
Разговаривал недавно с одним будущим генералом, которого в ходе боев назначили командовать бригадой. На себе он испытал положение солдат в армии, но начальство требовало от него каждодневного результата в условиях, когда силы таяли на глазах. Он понимал, что ещё чуть-чуть - и будет некем давать этот результат. Что делать и как донести наверх эту простую мысль комбриг не знал. Он находился между армией и ведомством, как между молотом и наковальней. Спас его из создавшегося положения собственный телохранитель! - Во время обстрела он прыгнул на комбрига, прикрывая его собой, и сломал ему голеностоп. Мужика отправили в госпиталь…
Только я сейчас говорю не о командире, который должен стать генералом, а о его телохранителе. Скажете, – это его обязанность, он же телохранитель! Но – нет, отдавать свою жизнь (он мог быть убит) на войне за жизнь другого – это не обязанность, а любовь к ближнему, которая проявляется в минуту опасности в сердце настоящего христианина. И дай Бог, чтобы в сердцах наших воинов жил именно такой Дух, который защитит не только их самих, но и весь свой народ в минуту смертельной опасности.
С нами Бог, разумейте языцы!