«Ира, да не ходи ты к нему!» - ну и дальше переход на его личность. Но я уже знала, что пойду.
Началось всё в пятницу. Начала прибирать участок от ремонтного мусора. Набралась его целая тачка, что называется, с верхом. Везу к мусорным бакам. Осторожно, еле-еле, так как мешки норовят выскользнуть на землю. Навстречу он. Сосед по СНТ.
Появились они с женой в посёлке года два-три назад. Из Донецка. Этим много сказано. Люди встретили их по-доброму. С сочувствием. С вопросами не приставали, а помочь были готовы. Прозвали «Донецкие». Люди хозяйственные, участок быстро в порядок привели. Мужчина берёт подработку – где сено убирает, где участки расчищает.
И всё же для меня он загадка. Не словоохотливый. Совсем. У нас в посёлке есть ещё один мужчина с Донбасса. Полная противоположность - прямой и понятный. Свой. Открыто и эмоционально высказывается по ситуации на Донбассе, видно как переживает за свою Родину, рвётся в ополчение, хотя намного старше «донецкого», к тому же сердечник, то и дело попадает в больницу.
В отличие от него, «донецкий», особой приветливостью не отличается. Внешне здоров. Даже очень. Не пожилой ещё. На языке вертится вопрос, почему не со своими? Видно, предчувствуя его и предваряя расспросы, рассказывает всем, что после операции. Правда, когда летом он за деньги нанялся расчистить соседний участок, прямо за моим забором, то произвёл впечатление совершено здорового и очень сильного человека. Но кто знает… Выздоровел, и слава Богу.
Но был у меня ещё один неприятный инцидент с ним. Я в СНТ веду учёт выплат членских взносов. И, поначалу, никак не могла убедить товарища, что надо бы платить вовремя. Ответ бывал агрессивный. И, как мантра, всё время повторялось: «Мы же донецкие».
Я всё понимаю, но ведь другие - тоже беженцы, платят вовремя, и происхождением своим не прикрываются… Хотя материальное положение у всех может быть разное...
С выплатами мы разобрались, помирились. А осадочек остался.
И вот, в пятницу, тащу я свою тележку и вижу его. Остановилась, и радостно спрашиваю: «Ну как, проголосовали?». А в ответ получаю нехороший такой смешок: «Да ну его!».
Я чуть тележку из рук не выронила – «Да, вы что! Сходите! Ведь Ваш голос тоже важен!».
- «Да, ладно, прям важен! Да я и не знаю куда идти.»
Тут во мне включился холерик. Бывает такое со мной. Обычно потом жалею. Но слова уже вырвались: «Ребята за ваших жизни не жалеют, а Вам лень узнать, где проголосовать?» В ответ опять этот смешок…
Стою, чуть не плачу от обиды со своей тачкой. Я и догнать его не могу, тачку не бросить. Кричу ему вслед: «Можно же найти выход! Есть же интернет, давайте узнаем!». Не оглянулся…
Нашла я вечером нужные телефоны. Решила, что завтра после работы в Правлении, схожу к нему на участок, принесу эту информацию.
Утром, придя на работу в Правление СНТ не удержалась, рассказала об этой встрече. В ответ услышала не очень хорошие слова. Мол, он лошадка тёмная и ходить к нему не стоит, не пойдёт он голосовать. Тошно стало. Зря рассказала.
После работы всё-таки пошла к нему. Иду и думаю, ну вот почему мне всё время больше всех надо. Ну что вот я вечно куда-то суюсь. Вот получу от него сейчас по полной и только больше расстроюсь.
Калитку открыла жена. Но мне хотелось именно ему передать номер телефона. Вышел из дому, увидел меня, идёт навстречу. Лицо серьёзное, не смеётся уже.
Я из-за калитки, как провинившаяся: «Вы меня простите, пожалуйста, за назойливость, но я Вам телефон нашла. Давайте попытаемся…». А он мне: «Спасибо, я уже всё выяснил. Наш участок на Орджоникидзе. Завтра с утра мы едем.».
Вот так!!! Шла обратно и всю дорогу улыбалась! Не столько радовалась, что человек проголосует, сколько тому, что зря я о нём плохо думала! Ошиблась я! Уфф! Всё нормально.
О чём история? О том, наверное, что надо верить, что хороших людей больше, чем кажется. Во всяком случае, жить с этой верой легче.
На всякий случай публикую информацию по референдуму для жителей и гостей Крыма:
Спасибо, что со мной.