ГРУСТНЫЕ РАССКАЗЫ О КОШАЧЬИХ СУДЬБАХ, ЛЮБВИ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ УРОДСТВЕ(3/?)

КАТЕНЬКА – ЖИЗНЬ И ЛЮБОВЬ

Когда я услышала громкий, низкий, какой-то отчаянный кошачий вопль, донесшийся с лестничной клетки, я подумала, что это зовет на помощь мой кот Сеня, потому что он только что ушел на вечерний обход своих владений на лестнице. Выскочила за дверь, не помня себя от беспокойства, но Сеньки там не было. Зато через минуту вопль повторился. Нашла я обладателя столь громкого голоса под лестницей, под старым письменным столом, среди барахла, приготовленного на выкид. К столу был приставлен лист старой фанеры так, чтобы несчастный узник не выбрался. Уличная дверь тоже была закрыта, хотя летом мы ее не закрываем. Под лестницей темно и я сразу никого не увидела. Присмотрелась – в глубине под столом кто-то шевелится. Им оказался крошечный, с ладошку, котеночек, совершенно черный, даже носик, губы, внутренняя поверхность ушек, подушечки лапок – все было черным – черным. Лупоглазенький такой, крепенький. Он не сопротивлялся, когда я взяла его в руки, только доверчиво уставился на меня своими темными глазенками. Вот удивительно! Другой на его месте стал бы на всякий случай вырываться, кричать. Этот – нет. Никакого страха, только любопытство.

Ну, куда ж его денешь? – принесла в дом. Вернулся мой Сеня, облизал котеночка, признал. Назвали малышку Катя, Катенька. Мы посчитали, что это девочка.

Катюшка была такая ловкая, веселая и совершенно бесстрашная. Летела на каждый звук, только глазенки сверкали. Не успели оглянуться – она уже на шкафу! Сообразила ведь, как туда по ковру забраться!

Весь день Катенька при деле: то умыться, то игрушку погонять, то углы проверить, шкафы, полки. Нашла мячик где-то, вот радости было! Носилась с этим мячиком, только шум стоял! Но больше всего она любила игрушку мышку на проволоке, завитой спиралью, прикрепленной к тяжелому деревянному кругу. Внутри мышки что-то стучало, от прикосновений она отклонялась в разные стороны – это же так интересно! Катя прыгнет на мышку, та со стуком в сторону и назад, только нос успевай спасти. Весело! Бегает славный черный комочек по квартире, играет. Глазки – бусинки, хвостик торчком, лапки быстрые, ловкие – в доме как-будто светлее сделалось. Сеня у меня и на улицу ходит только по делам, все время с малышкой проводит.

Так и жила у нас Катенька, пока за ней не пришли. Жалко, грустно было с ней расставаться, так хотелось оставить ее жить у нас, но я точно знала, что идиллия будет только пока Катенька маленькая. Котеночек становится взрослым – и прощай, детские радости! Взрослые коты и кошки любят в своем доме чувствовать себя хозяевами. Оставишь двоих – почти наверняка начнутся обиды, ревность, а то и драки. Побежденный очень несчастен. Он может перестать пользоваться лотком, начать «метить» углы, может просто уйти из дома куда глаза глядят, не помня себя от горя и оказаться в зубах собаки, говорят, может даже броситься под машину.

Сенечка мой об этом не знал, думал, что малышка будет такой всегда. Долго ее забыть не мог – все искал, звал, ждал.

Ушла Катенька с хорошей доброй девочкой и ее папой, дай Бог, чтобы ей там жилось хорошо. Или ему – когда котейку отдавали, посмотрели повнимательнее, показалось, что это мальчик.

Вот такая история.

Так о чем же этот рассказ?

О любви, конечно. Мы ведь любили и Сеню, и Катеньку. Если я просто скажу, что любить кого-то – это не говорить, что любишь, а делать для него что-то хорошее, будет непонятно и скучно. Именно так учила меня когда-то мама. Потом уже, имея жизненный опыт, я поняла, что она была права, только не сумела выбрать нужные слова, чтобы затронуть детскую душу.

Есть разница между «любить» и «испытывать чувство любви». Это чувство очень приятное. Прислушайтесь к себе в момент ощущения любви к кому - или чему-либо. Как хорошо! И конечно, это чувство хочется испытывать вновь и вновь. Предмет любви необычайно приятно потрогать, погладить, если маленький – взять на руки. Говорить с ним и смотреть на него, слушать его звуки, вдыхать его запах, быть с ним рядом. Обладать им.

Только это не любовь. Любовь – больше, чем получение такого удовольствия. Когда кого-то любишь, весь как бы настроен на предмет любви. Радость его чувствуешь как свою собственную, а горе, боль – сильнее. Даже мысль о том, что любимое существо страдает, невыносима. О том, чтобы самому быть причиной этих страданий, даже речи нет. И, конечно, нет большего счастья, чем сделать что-то хорошее для любимого существа – человека, зверюшки, даже своей машины. Иначе – на «обожаемый» предмет человеку на самом деле наплевать,  он любит только самого себя.

Вот и с Катенькой так же. Очень, очень хотелось ее оставить, сердце сжималось от одной мысли, что ее не будет рядом. Но ведь мы любили ее, желали ей счастья, а для этого ей нужно было иметь свой дом, где бы она была хозяюшкой, где любовь людей принадлежала бы только ей одной: такова кошачья природа.

И мы отпустили ее. Или его.

НАО, п. Искателей, 31.03.2011