О снах надо сказать отдельно. Конечно, когда общаешься со священниками надо делать вид, что снов не бывает. По крайней мере не говорить с ними о снах, не искушать их. Можно почитать, что говорят о снах наши святые, например, св. Игнатий Брянчанинов, св. Феофан Затворник. Существуют и отдельные тематические сборники, которые раскрывают «православное отношение к снам». Схема везде одна: сны – это игра с бесами, бесовские наваждения, ни в коем случае не ходить вслед снам и т. д. А в заключение почему-то почти всегда говорится о сонных видениях святым, которым доверять конечно можно. А так как все мы – не святые, то…
Но не все так однозначно. Иной позиции придерживается Святитель Лука (Войно-Ясенецкий). В двух словах она такова: окно в неведомое Бог порой открывает и обычным людям, не только святым. Неоднократно эту мысль озвучивал наш известный богослов, профессор А. И. Осипов.
Обе эти позиции можно примирить загадочным: «Не принимай, и не хули». Но все это «в общем», «в принципе». Психология каждого человека дает свои преломления, которые не укладываются в какие-то рамки.
Например, когда я вижу интересные, красивые сны, сны-сюжеты, я не могу просто так тупо их давить… Сейчас я хочу рассказать о двух снах, которые меня спасли. Физически. События же развивались так, что я просто не успевала ни осмыслить, ни отвергнуть эту «информацию».
Приятный француз
Это было в 1993 или 1994 году. В «Московских новостях» вышло уже несколько моих статей о сектах. Еду ночным поездом из Москвы в Питер на международную встречу по сектам и вижу совершенно необычный, неожиданный сон. Передо мной, что называется «крупным планом», лицо немолодого мужчины. Брюнет с шапкой курчавых волос. Я долго рассматриваю его. Интеллигентный, приятный… но совершенно незнакомый мне человек. Фоном, вроде как пояснение, слышу: «Он представляет не только эту организацию». Больше уже уснуть я не могла.
Через несколько часов я вхожу в университетскую аудиторию, где проходил этот двухдневный семинар, и встречаю человека, которого видела накануне во сне. Поразительно: точная копия. Он приехал из Франции, где возглавляет родительский комитет, организованный родственниками тех, кто попал в секты. Да, такие организации есть и у нас.
На следующий день он подходит ко мне со своим переводчиком и после общих, традициозных любезностей, говорит:
-У меня к вам будет такая просьба… Одна французская семья потеряла связь со своим сыном, попавшим в секту «Дети бога». По некоторым сведениям, он находится в московском отделении секты. Помогите родителям найти этого юношу… - он передал мне листок, на котором были московские телефоны секты, телефоны родителей во Франции, имя молодого человека и что-то еще.
Очень приятный человек… У меня была возможность еще раз, «крупным планом» рассмотреть его. Я уже догадалась, какую организацию он представляет. Да-да, ту самую, которая устраивает провокации против журналистов, пишущих о сектах. Если бы я даже в этом еще сомневалась, то эта просьба… Как можно получить такую информацию, не войдя в секту? Но журналисты – народ заводной… Разумеется, я пообещала помочь.
По возвращении в Москву, я проконсультировалась с соответствующими специалистами… Они подтвердили мою догадку: расчет был на то, что я войду в секту.
История вторая
Как выглядит «опасность»
Прошло какое-то время, и я снова собралась в Питер. Это произошло в 1994 г., когда я уже работала в «лужковской» газете. После академического института заниматься журналистской мелочевкой мне было не интересно. Помнится, в голову пришла идея сравнить зарождавшиеся социальные институты помощи детям, людям, попавшим в сложные обстоятельства, и др. – в Москве и Питере. Причем, в Питере процесс этот проходил и интенсивнее и интереснее в плане творческих находок его устроителей. Шефу идея понравилась, я взяла билет в Питер. И тут вспомнила, что несколько ночей подряд мне снится вроде как результат этой поездки: с одной стороны, меня ждет творческая удача, с другой – смертельная опасность. Символы мне были понятны. Я конечно поехала: несерьезно ведь подчиниться какой-то мистической угрозе. Но, как я ни настраивалась, прогнать это наваждение не получалось. Всю неделю, что я была в Питере, равно как и несколько дней накануне, каждую ночь, я видела какой-то символ опасности: то красное зарево, то яркие алые ткани, которые я вдохновенно перебирала…
Командировка между тем проходила прекрасно. Все встречи состоялись, я познакомилась с очень интересными, творческими людьми, можно сказать зарядилась ими. Стоял мягкий, теплый сентябрь. И в бытом плане все было хорошо. Жила я у своего дядюшки, который, выйдя в отставку в чине полковника, продолжал преподавать в военной академии. Дети их разъехались, они с женой жили вдвоем, и были мне очень рады. Все, все – хорошо. Но сны – каждую ночь! Сухой остаток сна под утро: опасность, опасность, опасность! Да в чем же дело… Я «бодрствовала», сколько могла. Была внимательна во всем. Транспорт, переход улицы, деньги, внимание к людям… Каждую свободную минуту я молилась Иисусовой молитвой. Иногда «проверялась» даже во время встреч: ну и где же это «оно», которое – опасность?
Командировка подходила к концу. Пятница. В ночь поезд на Москву. Свои дела я закончила часа в три пополудни. Замечательно. Наконец-то посидим в семейном кругу, чего так хотели мои родственники, ибо в течение недели я возвращалась поздно. Ехала в метро и злорадствовала по отношению к себе: вот они, твои сны, яйца выеденного не стоят! А враг, между тем, стремительно ко мне приближался, и я конечно его не угадала…
Кстати, первая часть сна сбылась – поездка оказалась в высшей степени удачной. По приезде в Москву я сделала авторский газетный выпуск в виде вкладыша. Позже, по заявке Минсоцзащиты мы выпустили дополнительный тираж. Министерство устраивало по этой теме даже какой-то семинар. Можно сказать, это был мой дебют в социальной журналистике. Итак, что касается этой части сна – стопроцентное попадание.
Но, вернемся к сюжету… Итак, я выхожу на нужной мне станции. Ба! У метро продают (ведрами) изумительно красивые белые грибы. Цены по сравнению с Москвой – смешные. Я просто в восторге. Покупаю ведро грибов и мечтаю, как мы сейчас с тетушкой ими займемся.
Тетушка тоже в восторге от грибов. Но… Увела меня в гостиную и начала до умопомрачения перебирать всех родственников, листать фотоальбомы… А у меня в голове – только грибы. Наконец – по истечение часа заинтересованного (!) терпения – я нашла-таки паузу в ее разговорах: «Пойдем, займемся грибами!».
В этот момент, то есть именно в тот момент, когда мы еще не дошли до кухни, раздался звонок в дверь: ПРИШЕЛ БОГ. В лице соседки Мариванны.
-Ах, Мариванна, - говорит моя тетушка, - ты только посмотри, какие красивые грибы купила Светлана.
Мариванна оказалась знатоком. Посмотрела на грибы и сказала: «Это очень ядовитый, ложный белый гриб. Такой чистый и красивый он потому, что черви знают это и его не трогают».
Если бы Мариванна пришла на полчаса позже… Но Бог не опаздывает. Отравление у меня разыгралось бы ночью в поезде. Грибы мы конечно выбросили, хотя знаток-Мариванна выдала некий рецепт их обезвреживания.
Таких грибов у метро было еще два ведра. Ко всем ли успела Мариванна?
Ночью в поезде был такой сон. Мясник, разрубивший огромную кровавую тушу, все время забирал, забирал к себе окровавленное мясо… То самое, которое предназначалось мне.
Сентябрь 2022О снах надо сказать отдельно. Конечно, когда общаешься со священниками надо делать вид, что снов не бывает. По крайней мере не говорить с ними о снах, не искушать их. Можно почитать, что говорят о снах наши святые, например, св. Игнатий Брянчанинов, св. Феофан Затворник. Существуют и отдельные тематические сборники, которые раскрывают «православное отношение к снам». Схема везде одна: сны – это игра с бесами, бесовские наваждения, ни в коем случае не ходить вслед снам и т. д. А в заключение почему-то почти всегда говорится о сонных видениях святым, которым доверять конечно можно. А так как все мы – не святые, то…
Но не все так однозначно. Иной позиции придерживается Святитель Лука (Войно-Ясенецкий). В двух словах она такова: окно в неведомое Бог порой открывает и обычным людям, не только святым. Неоднократно эту мысль озвучивал наш известный богослов, профессор А. И. Осипов.
Обе эти позиции можно примирить загадочным: «Не принимай, и не хули». Но все это «в общем», «в принципе». Психология каждого человека дает свои преломления, которые не укладываются в какие-то рамки.
Например, когда я вижу интересные, красивые сны, сны-сюжеты, я не могу просто так тупо их давить… Сейчас я хочу рассказать о двух снах, которые меня спасли. Физически. События же развивались так, что я просто не успевала ни осмыслить, ни отвергнуть эту «информацию».
Приятный француз
Это было в 1993 или 1994 году. В «Московских новостях» вышло уже несколько моих статей о сектах. Еду ночным поездом из Москвы в Питер на международную встречу по сектам и вижу совершенно необычный, неожиданный сон. Передо мной, что называется «крупным планом», лицо немолодого мужчины. Брюнет с шапкой курчавых волос. Я долго рассматриваю его. Интеллигентный, приятный… но совершенно незнакомый мне человек. Фоном, вроде как пояснение, слышу: «Он представляет не только эту организацию». Больше уже уснуть я не могла.
Через несколько часов я вхожу в университетскую аудиторию, где проходил этот двухдневный семинар, и встречаю человека, которого видела накануне во сне. Поразительно: точная копия. Он приехал из Франции, где возглавляет родительский комитет, организованный родственниками тех, кто попал в секты. Да, такие организации есть и у нас.
На следующий день он подходит ко мне со своим переводчиком и после общих, традициозных любезностей, говорит:
-У меня к вам будет такая просьба… Одна французская семья потеряла связь со своим сыном, попавшим в секту «Дети бога». По некоторым сведениям, он находится в московском отделении секты. Помогите родителям найти этого юношу… - он передал мне листок, на котором были московские телефоны секты, телефоны родителей во Франции, имя молодого человека и что-то еще.
Очень приятный человек… У меня была возможность еще раз, «крупным планом» рассмотреть его. Я уже догадалась, какую организацию он представляет. Да-да, ту самую, которая устраивает провокации против журналистов, пишущих о сектах. Если бы я даже в этом еще сомневалась, то эта просьба… Как можно получить такую информацию, не войдя в секту? Но журналисты – народ заводной… Разумеется, я пообещала помочь.
По возвращении в Москву, я проконсультировалась с соответствующими специалистами… Они подтвердили мою догадку: расчет был на то, что я войду в секту.
История вторая
Как выглядит «опасность»
Прошло какое-то время, и я снова собралась в Питер. Это произошло в 1994 г., когда я уже работала в «лужковской» газете. После академического института заниматься журналистской мелочевкой мне было не интересно. Помнится, в голову пришла идея сравнить зарождавшиеся социальные институты помощи детям, людям, попавшим в сложные обстоятельства, и др. – в Москве и Питере. Причем, в Питере процесс этот проходил и интенсивнее и интереснее в плане творческих находок его устроителей. Шефу идея понравилась, я взяла билет в Питер. И тут вспомнила, что несколько ночей подряд мне снится вроде как результат этой поездки: с одной стороны, меня ждет творческая удача, с другой – смертельная опасность. Символы мне были понятны. Я конечно поехала: несерьезно ведь подчиниться какой-то мистической угрозе. Но, как я ни настраивалась, прогнать это наваждение не получалось. Всю неделю, что я была в Питере, равно как и несколько дней накануне, каждую ночь, я видела какой-то символ опасности: то красное зарево, то яркие алые ткани, которые я вдохновенно перебирала…
Командировка между тем проходила прекрасно. Все встречи состоялись, я познакомилась с очень интересными, творческими людьми, можно сказать зарядилась ими. Стоял мягкий, теплый сентябрь. И в бытом плане все было хорошо. Жила я у своего дядюшки, который, выйдя в отставку в чине полковника, продолжал преподавать в военной академии. Дети их разъехались, они с женой жили вдвоем, и были мне очень рады. Все, все – хорошо. Но сны – каждую ночь! Сухой остаток сна под утро: опасность, опасность, опасность! Да в чем же дело… Я «бодрствовала», сколько могла. Была внимательна во всем. Транспорт, переход улицы, деньги, внимание к людям… Каждую свободную минуту я молилась Иисусовой молитвой. Иногда «проверялась» даже во время встреч: ну и где же это «оно», которое – опасность?
Командировка подходила к концу. Пятница. В ночь поезд на Москву. Свои дела я закончила часа в три пополудни. Замечательно. Наконец-то посидим в семейном кругу, чего так хотели мои родственники, ибо в течение недели я возвращалась поздно. Ехала в метро и злорадствовала по отношению к себе: вот они, твои сны, яйца выеденного не стоят! А враг, между тем, стремительно ко мне приближался, и я конечно его не угадала…
Кстати, первая часть сна сбылась – поездка оказалась в высшей степени удачной. По приезде в Москву я сделала авторский газетный выпуск в виде вкладыша. Позже, по заявке Минсоцзащиты мы выпустили дополнительный тираж. Министерство устраивало по этой теме даже какой-то семинар. Можно сказать, это был мой дебют в социальной журналистике. Итак, что касается этой части сна – стопроцентное попадание.
Но, вернемся к сюжету… Итак, я выхожу на нужной мне станции. Ба! У метро продают (ведрами) изумительно красивые белые грибы. Цены по сравнению с Москвой – смешные. Я просто в восторге. Покупаю ведро грибов и мечтаю, как мы сейчас с тетушкой ими займемся.
Тетушка тоже в восторге от грибов. Но… Увела меня в гостиную и начала до умопомрачения перебирать всех родственников, листать фотоальбомы… А у меня в голове – только грибы. Наконец – по истечение часа заинтересованного (!) терпения – я нашла-таки паузу в ее разговорах: «Пойдем, займемся грибами!».
В этот момент, то есть именно в тот момент, когда мы еще не дошли до кухни, раздался звонок в дверь: ПРИШЕЛ БОГ. В лице соседки Мариванны.
-Ах, Мариванна, - говорит моя тетушка, - ты только посмотри, какие красивые грибы купила Светлана.
Мариванна оказалась знатоком. Посмотрела на грибы и сказала: «Это очень ядовитый, ложный белый гриб. Такой чистый и красивый он потому, что черви знают это и его не трогают».
Если бы Мариванна пришла на полчаса позже… Но Бог не опаздывает. Отравление у меня разыгралось бы ночью в поезде. Грибы мы конечно выбросили, хотя знаток-Мариванна выдала некий рецепт их обезвреживания.
Таких грибов у метро было еще два ведра. Ко всем ли успела Мариванна?
Ночью в поезде был такой сон. Мясник, разрубивший огромную кровавую тушу, все время забирал, забирал к себе окровавленное мясо… То самое, которое предназначалось мне.
Сентябрь 2022О снах надо сказать отдельно. Конечно, когда общаешься со священниками надо делать вид, что снов не бывает. По крайней мере не говорить с ними о снах, не искушать их. Можно почитать, что говорят о снах наши святые, например, св. Игнатий Брянчанинов, св. Феофан Затворник. Существуют и отдельные тематические сборники, которые раскрывают «православное отношение к снам». Схема везде одна: сны – это игра с бесами, бесовские наваждения, ни в коем случае не ходить вслед снам и т. д. А в заключение почему-то почти всегда говорится о сонных видениях святым, которым доверять конечно можно. А так как все мы – не святые, то…
Но не все так однозначно. Иной позиции придерживается Святитель Лука (Войно-Ясенецкий). В двух словах она такова: окно в неведомое Бог порой открывает и обычным людям, не только святым. Неоднократно эту мысль озвучивал наш известный богослов, профессор А. И. Осипов.
Обе эти позиции можно примирить загадочным: «Не принимай, и не хули». Но все это «в общем», «в принципе». Психология каждого человека дает свои преломления, которые не укладываются в какие-то рамки.
Например, когда я вижу интересные, красивые сны, сны-сюжеты, я не могу просто так тупо их давить… Сейчас я хочу рассказать о двух снах, которые меня спасли. Физически. События же развивались так, что я просто не успевала ни осмыслить, ни отвергнуть эту «информацию».
Приятный француз
Это было в 1993 или 1994 году. В «Московских новостях» вышло уже несколько моих статей о сектах. Еду ночным поездом из Москвы в Питер на международную встречу по сектам и вижу совершенно необычный, неожиданный сон. Передо мной, что называется «крупным планом», лицо немолодого мужчины. Брюнет с шапкой курчавых волос. Я долго рассматриваю его. Интеллигентный, приятный… но совершенно незнакомый мне человек. Фоном, вроде как пояснение, слышу: «Он представляет не только эту организацию». Больше уже уснуть я не могла.
Через несколько часов я вхожу в университетскую аудиторию, где проходил этот двухдневный семинар, и встречаю человека, которого видела накануне во сне. Поразительно: точная копия. Он приехал из Франции, где возглавляет родительский комитет, организованный родственниками тех, кто попал в секты. Да, такие организации есть и у нас.
На следующий день он подходит ко мне со своим переводчиком и после общих, традициозных любезностей, говорит:
-У меня к вам будет такая просьба… Одна французская семья потеряла связь со своим сыном, попавшим в секту «Дети бога». По некоторым сведениям, он находится в московском отделении секты. Помогите родителям найти этого юношу… - он передал мне листок, на котором были московские телефоны секты, телефоны родителей во Франции, имя молодого человека и что-то еще.
Очень приятный человек… У меня была возможность еще раз, «крупным планом» рассмотреть его. Я уже догадалась, какую организацию он представляет. Да-да, ту самую, которая устраивает провокации против журналистов, пишущих о сектах. Если бы я даже в этом еще сомневалась, то эта просьба… Как можно получить такую информацию, не войдя в секту? Но журналисты – народ заводной… Разумеется, я пообещала помочь.
По возвращении в Москву, я проконсультировалась с соответствующими специалистами… Они подтвердили мою догадку: расчет был на то, что я войду в секту.
История вторая
Как выглядит «опасность»
Прошло какое-то время, и я снова собралась в Питер. Это произошло в 1994 г., когда я уже работала в «лужковской» газете. После академического института заниматься журналистской мелочевкой мне было не интересно. Помнится, в голову пришла идея сравнить зарождавшиеся социальные институты помощи детям, людям, попавшим в сложные обстоятельства, и др. – в Москве и Питере. Причем, в Питере процесс этот проходил и интенсивнее и интереснее в плане творческих находок его устроителей. Шефу идея понравилась, я взяла билет в Питер. И тут вспомнила, что несколько ночей подряд мне снится вроде как результат этой поездки: с одной стороны, меня ждет творческая удача, с другой – смертельная опасность. Символы мне были понятны. Я конечно поехала: несерьезно ведь подчиниться какой-то мистической угрозе. Но, как я ни настраивалась, прогнать это наваждение не получалось. Всю неделю, что я была в Питере, равно как и несколько дней накануне, каждую ночь, я видела какой-то символ опасности: то красное зарево, то яркие алые ткани, которые я вдохновенно перебирала…
Командировка между тем проходила прекрасно. Все встречи состоялись, я познакомилась с очень интересными, творческими людьми, можно сказать зарядилась ими. Стоял мягкий, теплый сентябрь. И в бытом плане все было хорошо. Жила я у своего дядюшки, который, выйдя в отставку в чине полковника, продолжал преподавать в военной академии. Дети их разъехались, они с женой жили вдвоем, и были мне очень рады. Все, все – хорошо. Но сны – каждую ночь! Сухой остаток сна под утро: опасность, опасность, опасность! Да в чем же дело… Я «бодрствовала», сколько могла. Была внимательна во всем. Транспорт, переход улицы, деньги, внимание к людям… Каждую свободную минуту я молилась Иисусовой молитвой. Иногда «проверялась» даже во время встреч: ну и где же это «оно», которое – опасность?
Командировка подходила к концу. Пятница. В ночь поезд на Москву. Свои дела я закончила часа в три пополудни. Замечательно. Наконец-то посидим в семейном кругу, чего так хотели мои родственники, ибо в течение недели я возвращалась поздно. Ехала в метро и злорадствовала по отношению к себе: вот они, твои сны, яйца выеденного не стоят! А враг, между тем, стремительно ко мне приближался, и я конечно его не угадала…
Кстати, первая часть сна сбылась – поездка оказалась в высшей степени удачной. По приезде в Москву я сделала авторский газетный выпуск в виде вкладыша. Позже, по заявке Минсоцзащиты мы выпустили дополнительный тираж. Министерство устраивало по этой теме даже какой-то семинар. Можно сказать, это был мой дебют в социальной журналистике. Итак, что касается этой части сна – стопроцентное попадание.
Но, вернемся к сюжету… Итак, я выхожу на нужной мне станции. Ба! У метро продают (ведрами) изумительно красивые белые грибы. Цены по сравнению с Москвой – смешные. Я просто в восторге. Покупаю ведро грибов и мечтаю, как мы сейчас с тетушкой ими займемся.
Тетушка тоже в восторге от грибов. Но… Увела меня в гостиную и начала до умопомрачения перебирать всех родственников, листать фотоальбомы… А у меня в голове – только грибы. Наконец – по истечение часа заинтересованного (!) терпения – я нашла-таки паузу в ее разговорах: «Пойдем, займемся грибами!».
В этот момент, то есть именно в тот момент, когда мы еще не дошли до кухни, раздался звонок в дверь: ПРИШЕЛ БОГ. В лице соседки Мариванны.
-Ах, Мариванна, - говорит моя тетушка, - ты только посмотри, какие красивые грибы купила Светлана.
Мариванна оказалась знатоком. Посмотрела на грибы и сказала: «Это очень ядовитый, ложный белый гриб. Такой чистый и красивый он потому, что черви знают это и его не трогают».
Если бы Мариванна пришла на полчаса позже… Но Бог не опаздывает. Отравление у меня разыгралось бы ночью в поезде. Грибы мы конечно выбросили, хотя знаток-Мариванна выдала некий рецепт их обезвреживания.
Таких грибов у метро было еще два ведра. Ко всем ли успела Мариванна?
Ночью в поезде был такой сон. Мясник, разрубивший огромную кровавую тушу, все время забирал, забирал к себе окровавленное мясо… То самое, которое предназначалось мне.
Сентябрь 2022