...Внезапно у меня всё поплыло перед глазами, и я провалился в темноту. Но, почти сразу же я вынырнул из неё, стало немного больно и ужасно неуютно. Веки открылись против моего желания. Какая-то неопрятная и растрёпанная женщина-бродяжка яростно щипала мои щёки и плевала мне в лицо.
С трудом я узнал в ней Геру. Грязные, взлохмаченные волосы, всё в ссадинах лицо, и вдобавок - синяк под глазом.
- Фу ты, очнулся - вздохнула она и сунула под нос мне фляжку с водой - Пей!
- Как Олег? - я попытался приподняться, получилось, тело начинало слушаться.
- Нормально, спит, я дала ему таблетку. А тебя, наоборот - было не разбудить, они чем-то укололи тебя - ответила Гера.
- Да, я уж понял. Что ещё новенького?
Я огляделся: каменный мешок с железной дверью, в которой угадывалось что-то вроде окошка, откуда падал свет в нашу темницу, приблизительно 4 на 4 квадратных метра.
- Вон в том углу есть ещё дырка в полу и ржавый кран над ней - пояснила Гера - я боюсь туда подходить.
- Боишься провалиться в неё или застрять в ней? - спросил я. И прежде чем она мне что-нибудь успела ответить, я произнёс: "В зеркало видела себя после драки?"
- Да они всё забрали, оставили только еду и лекарство...подожди-ка, а что ты хочешь этим сказать...?
Гера наконец догадалась - о чем я.
- Сволочи, скоты, животные! Она вскочила, и стала тарабанить кулачками в дверь. Та не издала практически ни звука. Тогда Гера высунула одну руку в окошко, и стала, по всей видимости, рыскать ею снаружи, стараясь схватить кого-нибудь за горло, или выцарапать глаза...
Я снова прилёг, пристроив голову на кучу каких-то тряпок, и закрыл глаза.
Множество необъяснимых для меня событий произошло, буквально, за полгода. Хотя, Антон и пытался мне всё объяснить, но это происходило так спонтанно, урывками, от случая к случаю, и пазл в голове у меня так и не складывался. Что происходит в Городе, с нами, в Мире? - спрашивал я себя. Мы уже привыкли к разным нехорошим событиям, творящихся на планете: локальные войны, грозящие вот-вот вспыхнуть очередной мировой, эпидемии, экономические кризисы, экологические катастрофы и прочие масштабные ужасы. Но, то, что происходит со мной, с Городом сейчас - не вписывалось в эти рамки. Странные болезни, говорящие камни, драконы в теле человека, подземные храмы с прихожанами в лице крыс, одетых, как люди, и наконец - жевательная резинка, творящая чудеса. Я подозревал, что скоро могу сойти с ума. Весь Мир, все человечество давно уже сошло с ума, не хватало нам еще мороки с ожившими камнями, городами и самой Луной. Кто еще, интересно? - подумал я - добавит нот в эту симфонию шизофреников...
Я видел столько необъяснимых смертей, чуть не погиб сам, кажется даже что и умер эмоционально, в любом случае стал другим. И не факт, что изменился в лучшую сторону. Одно хорошо, наладились отношения в семье, словно и не было прежних обид, недомолвок и охлаждения. Старый мир покинул нас, или мы вышли из него, и оказались в другом, где необходимо быть вместе, дружить, понимать друг друга, любить. Любить просто так, ни за то, ни за это, любить тех, кто в трудный миг оказался вдруг рядом. Да, эти люди, и рядом, значит родные, именно так. Кто-то пытается разбить этот калейдоскоп? Или наоборот - уже разбил давно, и стеклышкам мозаики пришло время собраться вновь после некоего поворота в круге этой реальности, изменить смысл, вид узора, сложить другую картинку?
Я впал в прострацию, в забытьё, ничего не слышал и не ощущал снаружи, я будто отделился от тела, и душа моя находилась не внутри, а где-то рядом со мной, т.е. моим телом. Я не понимал толком, что и где пульсирует, возможно душа просто уже не помещалась во мне. Всегда представлял её в виде огненной горошины, или искорки, а сейчас ее было слишком много. Будто волны лавы или плазмы выплескивались из меня. "Может быть вылезло астральное тело?" - кажется вслух сказал я. В таких вещах я ничего не понимал, не интересовался раньше, но интуиция подсказывала мне, что очень хорошо, что не успел узнать то, о чем якобы знали другие.
Кое-как я всё же соединился с телом, океан неясной природы - энергии - утих, руки и ноги стали повиноваться мне, я успокоился. От радости стал шарить ладонями вокруг себя по каменному полу. Поверхность его была шершавой и цельной, что-то типа цементной заливки, в отличие от булыжников в коридорах. Внезапно я нащупал какое-то колечко, да, небольшое, диаметром около трёх сантиметров. Попытался взять его, но оторвать от пола не вышло, кольцо крепилось еще к чему-то. Я стал подковыривать ногтем это место, так и есть; крепилось к чему-то еще одним широким кольцом или скобой.
Вдруг Гера отпрянула от двери, а источник света кто-то или что-то закрыло, появившись на той стороне. Заскрипели и загремели засовы и замки снаружи, дверь стала со стоном открываться, света стало больше. Они встали в проёме, один большой, человек, и возле него три крысы на задних лапах. Гера хотела было что-то высказать большому, сделав шаг в его сторону, но он отшвырнул ее, как куклу в тот самый угол, в который она боялась сунуться. Гера без звука рухнула там. Вместе с тревогой за нее у меня промелькнула мысль, что я так и не успел посетить ту ужасную дыру в полу. Силуэт человека указал на меня пальцем, и глухим голосом произнес: "Ты!"
Я тяжело встал, чувствуя слабость, спокойно подошёл к Гере, убедился, что она в сознании, испугана. Увидев меня, она тут же захлюпала носом. Я обнял ее, взял на руки, и отнес поближе к Олегу. "Сиди тихо, и закрой глаза" - сказал я ей шёпотом. После этого я невозмутимо пообщался с дырой, и только потом повернулся к нашим тюремщикам: "Пойдем?"
Большой всё это время терпеливо наблюдал за всеми моими телодвижениями, а услышав мой голос и увидев мою готовность следовать за ним, резко схватил меня за шиворот и выбросил из камеры в коридор. Однако я не упал, пробежался немного по инерции, и упёрся руками в стену коридора. Я обернулся, здоровяк был уже возле меня, и тут я увидел его физиономию. Неудивительно, что лицо человека оказалось серого цвета, а выражение - крысиным. Каким-то каменным, только глаза-бусинки были живыми. Крысеныши тут же вскочили мне на плечи, накинули какую-то металлическую удавку на шею, и взяв концы ее с двух сторон, недвусмысленно показали мне своим видом, что при случае натянут их до предела. Третий крыс в черной робе запрыгнул на плечо человека, а он сам тычками и толчками в спину, указывал моему телу - дорогу.
Продолжалось это, может десять минут, а возможно и все полчаса. В этом подземелье я уже потерял чувство времени. Мы шли вниз, вверх, вправо и влево. Электрическое освещение по пути оказалось вполне сносным. И вот наконец передо мной возникла дверь. Вернее, не просто дверь, а двустворчатые врата из незнакомого мне дерева, украшенные золотом, серебром и медью, с изящными ручками из нефрита.
Большой открыл двери сильным толчком - внутрь. Я увидел зал, освещенный свечами, потолок помещения уходил, сужался кверху, будто превращаясь в трубу. И там в вышине ясно были видны звёзды, увеличенные чем-то, вроде огромной линзы, расположенной под потолком. Сам зал делился колоннами из разного природного материала: гранит, мрамор, базальт, горный хрусталь и ещё, которых я и не знал. Пол и стены украшали узоры из малахитовой крошки разных цветов. Спереди, в полумраке виднелись кварцевые ступени и цилиндрический выступ. Меня подвели уже довольно интеллигентно к нему, без пинков, крысы с проволокой соскочили. Я обернулся, осмотрелся, вокруг никого не было. Потрескивали то ли свечи, то ли тени от их отблесков. Тени, шевелящиеся на стенах, словно души умерших давно гигантов. Вдруг цилиндр стал поворачиваться, и вот, с другой стороны появился он - Немой. Я сразу узнал его, учуял его мощь, его неизмеримую силу.
- Ну, здорово! Сколько лет, сколько зим! - сказал я первое, что пришло на ум...
