В 1700 году был объявлен указ Петра I «О ношении платья на манер Венгерского». То есть царь потребовал сменить русскую одежду на европейскую. Помнится, во многих советских фильмах и мультфильмах с юмором обыгрывались неудобства старинной русской одежды. В боярском кафтане и ферязи невозможно работать, быстро ходить. И почему-то никто из авторов этих картин не брал в рассуждение тот факт, что боярская одежда вовсе и не предполагала того, что в ней будут колоть дрова. Представьте себе балерину в пачке на уборке картофеля в деревне. Не можете? Смешно? А в люксовом пиджаке от Brioni колоть дрова – не смешно? Кстати, такие же небылицы и про лапотное крестьянство. Лапти – это повседневная обувь крестьянина. Дешево и сердито. Но когда надо было ехать, например, в город, то большинство селян надевали сапоги. Каждый работящий крестьянин мог себе позволить сапоги. И чтоб со скрипом! Это в XIX веке считалось высшим шиком – скрипящие блестящие сапоги с точеным каблуком. А лапти – это рабочая, повседневная обувь. На современный лад – кроссовки. Правда, сейчас в кроссовках чуть ли не женятся и по театрам ходят...
Зачем Петру I нужно было насильно переодевать русских? Говорят, что это был один из элементов европеизации России. Возможно. Но все-таки стоит отметить, что с этой европеизацией царь наделал много глупостей и много дров наломал. В 1698 году он, например, самолично отрезал бороды нескольким боярам, установил налог на ношение бороды. Был даже сделан специальный жетон, чтоб власти не сомневались, что обладатель этого знака заплатил сполна за то, что придерживается отеческих традиций. Ведь до Петра бритье бороды считалось грехом.
Еще было вменено в обязанность посещение петровских ассамблей. Спаивание женщин – это тоже европеизация? Придворная дама Олсуфьева, находясь на последнем месяце беременности, принуждена была по воле Петра посещать ассамблеи. Она умоляла царя, чтобы он разрешил ей не пить спиртное. Но царь был неумолим, и ночью у Олсуфьевой случился выкидыш. Но даже этот печальный факт Пётр I решил использовать, чтобы показать свою прогрессивность: мёртвый младенец был заспиртован в банке и выставлен на всеобщее обозрение в Кунсткамере...
А еще был придуман налог на бани. А они-то тут причем? Без них ведь и завшиветь недолго. В тогдашней Европе мылись больше не для очистки тела, а для успокоения совести. И духи изначально были придуманы именно для того, чтобы не так был явственен запах немытого тела. А на карточном столике «короля-солнце» Людовика XIV во время игры стояло специальное блюдце. Для чего? А чтобы удобнее было давить вшей и блох... Особенно эта живность любила пышные парики...
Но я бы не хотел, чтобы кому-то показалось, что я идеализирую допетровскую Русь. Я говорю совсем о другом. Передовые достижения Европы нужно было перенимать. Россия нуждалась в техническом перевооружении. Но с учетом существующих реалий, и главное – традиций. Думаете, до Петра все цари были ретроградами? Реорганизация армии – переход от милиционной системы к регулярной – начался еще при Иоанне Грозном. Полки так называемого "нового строя", то есть полки регулярной армии, составляли к 1681 году свыше 50 процентов от общего числа воинских соединений. Артиллерия еще в допетровские времена считалась экспертами, причем иностранными, одной из лучших в Европе. Приглашение иностранных специалистов для поднятия русской промышленности тоже началось задолго до Петра. Иначе он никак не мог бы ездить ни в какую Немецкую слободу. Ее попросту и в заводе бы не было...
Да и первый ВУЗ тоже появился до Петра – Славяно-греко-латинская академия. Историки считают, что она бы развилась в мощный научный центр, если бы царь-революционер последовательно проводил образовательную реформу...
Многие говорят, что главный итог петровских реформ – это разделение русского общества на две четких категории: дворяне и все остальные. В допетровскую эпоху общество было едино. Да, были богатые и знатные, были бедные. Но они ходили в одни и те же церкви, молились одному и тому же Богу, читали одни и те же книги. Еда и вообще быт тоже были одинаковы. Разница лишь в том, что у знатного все это было побогаче.
А с Петра началось жесткое разделение русского мира. Вскоре даже русский язык стал языком черни. Дворянство с детства говорило в основном то на немецком, то на французском...
Сто лет спустя после петровских реформ. Открываем роман «Война и мир» Толстого. С чего он начинается? Анна Павловна Шерер по-французски рассуждает о Генуе и Лукке. Всё правильно! О чем же еще? Разве будет фрейлина двора говорить о нуждах русского мужика или развитии народного образования? Нет, это низко, недостойно ее. Это – моветон. А ведь таких Анн Павловн среди дворянства было подавляющее большинство! И стоит ли удивляться, что еще через сто лет дворянство почти полностью выродится и духовно, и физически. И навсегда уйдет с исторической сцены России...
Так что, в определенном смысле, можно утверждать, что логическим следствием реформ Петра стала революция 1917 года...