Глава 1 (часть 2)
Корабль «Galactica freedom»
Нойон Фламандия, также известный как «Ромб»
Выйдя из кубического здания Высшего координационного совета, Анна и её спутник дошли до ангара стрингер-транспорта, чья сеть пронизывала весь корабль класса «Ковчег». Они поднялись на площадку стартового терминала и сели в персональный маломестный транспортный модуль (ПМТМ). «Выберите адрес назначения» - мягко прозвучал женский голос навигационного компьютера модуля. «Здание службы безопасности» - произнесла Анна. Проворно ускоряясь, модуль пришёл в движение. Полоски света стали мерно «падать» на лицо Анны, увеличивая частоту – ПМТМ покидал ангар и лампы, освещающие его, яркими штрихами бросали свой свет на транспортный модуль. Транспорт выскочил на открытое пространство и взгляду Анны предстали эстакады и развязки, по которым сновали омнибус, грузовые платформы и маломестные модули. Весь «Ромбы» был буквально испещрён транспортной сеткой стрингерных рельс, и казалось, не было места, куда бы ни заходили её «щупальца». Вскоре её транспорт окончил свой путь в ангаре другого здания походившего на высокую призму. Де’Видок взглянула на циферблат своих древних часов «Rado» и отметила, что в пути она провела 7 минут 12 секунд. Анна и Жак покинули модуль, и подошли к двери. Сканер пискнул, идентифицируя начальника службы безопасности и её телохранителя, и открыл двери, пропуская их из зоны терминала в нутро здания.
Спустя две минуты Де’Видок уже была в своём кабинете и принялась изучать сводки за прошедшее время. Прошло минут тридцать, и в кабинет начальника службы безопасности решительной походкой зашла её заместитель Антония Радке. Анна подняла глаза на свою подчинённую. У Радке был мрачный вид. Анна поднял бровь.
— Šеf! Naša ekspedicija, napovlennaya в Abarea v ramkah dela Х-40023, perestala izhoditi na svyaz.[1]
Антония была выходцем из нойона Москва, а её предками были то ли чехи, то ли словаки. При нейрообучении лингвокурс не смог усвоится ею полноценно. Вероятнее всего причиной этого была патология мозговой области Брока, образовавшаяся как последствие «Аварии». В результате она, хотя и понимала единый язык «Интерлингв», могла говорить только на интрославянском языке «Надсайте», на котором общалась с рождения. Однако Анна прекрасно понимала её, так как нейролингвокурс, который она прошла, позволял ей не только общаться на «Интерлингве», но и понимать речь практически всех обитателей «Ковчега».
— Этого только не хватало, — Де’Видок откинулась в кресле. — я буквально только что докладывала, что у нас наметился прогресс по этому делу.
— Poslědnij raz oni vihodili na svyaz pęt’ časov nazad. Na kontrolni zapros ne otvetili.[2] — отрапортовала Радке.
— Кто был в группе?
— Єrvin, Mohatma i Amal[3].
Анна знала их. Эрвин опытный оперативник, самая старшая из команды, коротко стриженая блондинка с жёстким характером и задатками лидера. Мохатма – хороший боец рукопашник, владеющая «Унифайтом» (боевой системой на основе Армейского рукопашного боя, LINE, MCMAP, самбо, кик-боксинга и крав-мага). И Амаль – темнокожая девушка с дредами, специалист-кибертехник.
Де’Видок хотела что-то ответить Радке, но внезапно на её столе зазвучал противным писком коммуникационный терминал. Она нажала кнопку селектора и услышала голос Милен:
— Анна, ты всё ещё на работе?
Начальник службы безопасности опёрла голову о ладонь и ответила:
— Уже отдаю последние распоряжения и ухожу.
Коммуникационный терминал выключился, и Антония взглянула на своего шефа. Анна перевела на неё взгляд и произнесла:
— Канцлер дала мне добровольно-принудительный выходной...
— Єto pravilno. Vy ne spali uže tri dnya[4]…
— …поэтому Тони (Анна всегда называла её так) сегодня ты за главную. Да, и подготовь мне к завтрашнему началу рабочего дня материалы для совещания по вопросам обеспечения безопасности. Сейчас я перешлю тебе основу доклада и справочный информарий, твоя задача увязать всю статистику с тематикой выступления.
— A da nasčёt propavшеy ekspedicii?[5]
— Это дело будет на моём особом контроле. Я приняла решение о задействовании агента Маршал для разрешения этой ситуации. Я лично выдам ей все необходимые инструкции и распоряжения. Сейчас я перешлю тебе необходимые файлы доклада, и… ты свободна. Занимайся своими обязанностями.
Антония кивнула головой и удалилась из кабинета. «Поколдовав» немного над текстом докладом Анна отправила файлы на компьютерный терминал Радке и, поднявшись с кресла, вышла из кабинета. Путь её лежал в блок «Z», где располагались личные помещения агентов и опергрупп. Через несколько подъёмов и спусков на лифте, коридоров, поворотов и лестниц она, наконец, достигла цели и остановилась перед широкой металлической дверью, на которой во всю её высоту красовался номер «013». Де’Видок достала свою карточку электронного пропуска, пискнул сканер, и дверь отъехала в сторону. Анна вошла внутрь. Это было просторное помещение где-то под пятьдесят квадратных метров в холодных тонах с ярким освещением, эргономичные стол и кресла, пару металлических шкафов и закрытый стеллаж. Музыкальный центр «встретил» начальника службы безопасности какой-то цифровой мелодией; Анна бросила взгляд на него и увидела в «окошке» экрана надпись: «OST Drive-Kavinsky-Nightcall(16 Bit Remix Cover Version)». Она перевела взгляд вправо. В помещении спиной к ней стояла фигура, одетая как казалось в тёмный комбинезон с различными композитными и прорезиненными вставками, а также сложной системой креплений, планок и кронштейнов на спине.
— Входите шеф. — поприветствовала её фигура и развернулась (синтетическая ткань её одеяния при этом пошла изломами).
В руках фигуры было оружие похожее на длиннодульный пистолет. Фронт торса закрывали пластины из тёмного материала. Ещё один пистолет располагался в нагрудной кобуре, также на поясе виднелось ещё одно оружейное крепление. Голову покрывал полностью закрытый обтекаемый шлем чёрно-обсидианового цвета, в котором отражалась пространство комнаты и сама Анна.
— Ваш приход был ожидаем. — произнесла синтетическим безликим голосом фигура.
— Тони сказала? — задала вопрос Анна.
— Тони сказала. — кивнула фигура.
Они дружили уже давно. Анна, Антония и Маршал. Анна и Антония познакомились, когда Тони пришла служить под начало Анны (что ушла с поста Канцлера в начальники службы безопасности). Это было 6 лет назад, почти сразу после «Берлинского инцидента». А 3 года назад они нашли Маршал на космической станции «Квинс». Анна вновь вспомнила первые впечатления, когда тело Маршал ввели из криостазиса – это было первое и единственное живое существо которое они встретили с начала своего космического полёта. Ощущение прикосновения к чему-то уникальному и неизведанному охватило тогда её, словно бы контакт с чужим внеземным разумом. И Маршал действительно являлось уникальным существом – высокотехнологичный боевой кибернетический организм ростом почти под 2 метра (который сначала они даже приняли за робота), гибкая композитная броня из неизвестного материала, напоминающая комбинезон, мощное вооружение и… стёртая память. Ноль воспоминаний: она не помнила ничего о том, как и почему оказалась в стазис-камере, как стала тем, кем она стала и кто её создал, а также где сейчас те люди, что были на «Квинсе». При этом в её мозг были вложены знания о системах вооружения, тактике, криминалистике, рукопашном бое и технологиях связанных разведкой, связью и системами наблюдения. «Словно Шерлок, в голове которого только то, что ему нужно» - подумала тогда Анна. Эти данные представляли настолько большой интерес, что мастер-конвергент Антуан Де’Шевалье помешанный на науке и технологиях, хотел чуть ли не оставить Маршал в качестве исследовательского образца в своей лаборатории. Но Маршал включили в состав службы безопасности (благодаря богатым знаниям в этом вопросе) сначала на должность консультанта, а затем и полноценного оперативника. Однако киборг по-прежнему находился под наблюдением Антуана, который благодаря изучению Маршал сильно продвинулся в изучении ряда технологий. Социализация Маршал заняла целый год (это была та ещё история) и в этом большую роль сыграла Антония Радке.
— До сих пор не могу привыкнуть к тому, что не знаю, как к тебе обращаться: как к мужчине или как к женщине. — проговорила Анна.
— А столь ли это важно? — по маске шлема Маршал, которое заменяло лицо нельзя было понять эмоции, но Де’Видок уловила нотки снисхождения – У меня от человеческого остались головной и два сегмента спинного мозга. И если вам угодно я могу говорить так (слова Маршал прозвучала мужским голосом), или так (окончание фразы было сказано уже женщиной). Поэтому шеф, обращайтесь ко мне, как вам будет удобно. Мне без разницы, так как я уже не человек в том смысле, который мы вкладываем в это слово.
— Но есть же самосознание и память о человеческом естестве, самоидентификации. Разве это можно стереть окончательно?
— О, это большой философский вопрос, а может быть и не только философский. Здесь, на «Galactica freedom» вы используете нейрообучение для того, чтобы вложить знание в умы маленьких людей… эээ… детей – слово не то подобрал (из-за маски послышался лёгкий смех). Думаете нельзя переписать сознание человека, используя подобные технологии? Отнюдь, в моих базах данных содержится информация о том, что данная технология применялась моими создателями ранее. Причём использовалась как инструмент, так и как мера наказания для обесчеловечивания.
— Это как-то выше моего понимания. Наверно если бы не музыка, которую ты слушаешь, я бы не воспринимала твоего людского естества.
— Любовь к звукам, вероятно, это то немногое, что осталось от моего докибернетического прошлого.
— Скажи, а ты ощущаешь себя человеком?
— Да — был ответ Маршал — я чувствую себя человеком, но и чем-то другим. Я – это синтез машинных технологий и человеческого естества. Я нечто другое, чем просто человек и я могу абстрагироваться от своей людской природы… Но вы ведь пришли сюда не ради философских бесед?
— Это правда. — Анна приулыбнулась в ответ краешком губ — Итак, у нас пропала одна из экспедиций в зоне Abarea. Связь с ней была потеряна более пяти часов назад. Это экспедиция была послана туда в рамках расследования дела Х-40023.
— Ммм… дело о пропавших людях…
— Именно. Твоя задача найти пропавшую экспедицию. Также я поручаю тебе расследование дела Х-40023. Я даю тебе абсолютный карт-бланш и полный квалитет полномочий для выполнения этой задачи. Докладывай мне каждый день о ходе расследования.
— Слушаюсь шеф. — рука Маршал передёрнула активационную раму пистолета и вложила её в нагрудную кобуру.
***
Корабль «Galactica freedom»
Нойон Махараштра, субнойон Дели
ПМТМ нёс Анну и Жака по широкой стрингер-эстакаде. Перед тем как отправиться домой она решила посетить ещё три места, и одно из них находилось в секторе Дели нойона Махараштра. После «Аварий» людям потребовалось собрать всю свою волю в кулак, чтобы выжить. Для кого-то основой выживания стал сильный характер, а кто-то увидел фундамент своего спасения в вере. Во всех нойнах корабля класса «Ковчег» были свои религиозные здания, которые в полной мере отражали характер народа, населяющего нойон – они и стали прибежищем отчаявшихся людей, ищущих спасение и объяснений причин своих злоключений. В секторе Дели располагался один из самых больших омнииндуистских храмов, который и собиралась посетить Анна.
Сумрак и огонь зажжённых камфорных ламп «встретил» её внутри, запах благовоний ударил в нос, тихие молитвенные распевы коснулись слуха. Анна подошла к алтарю, а Жак встал поодаль. Спустя какое-то время обряд пуджа был окончен, (народ почти «схлынул») и Анна уже собиралась уходить, когда её окликнул старческий голос:
— Я знал, что найду тебя здесь…
— Морай, — обернулась Анна — у меня было предчувствие, что я тебя тут увижу.
— Это место для меня второй дом. — Патриарх Синклита Морай Сингх приблизился к Анне — и я часто здесь бываю. Но ты это и так прекрасно знаешь.
Морай Абдель Сингх де факто являлся «духовным наставником» Анны и она питала к нему чувства похожие на чувства дочери к отцу. Его знания и богатый жизненный опыт часто помогали её сделать правильный выбор или принять неизбежное с достоинством и пониманием. Белёсая седина волос, выцветшие старческие глаза, глубокие морщины – казалось, сама старость стояла у него за спиной.
— Я вижу, ты по-прежнему изматываешь себя работой. — скорее утвердительно произнёс, чем спросил Патриарх Синклита.
— Что так видно? — хмыкнула Анна.
— Знаешь, в былые времена, давно-давно женщины Земли боролись за то чтобы также как и мужчины выполнять тяжёлую работу. — сказал Морай.
— Ну и дуры! — голос Анна гулко прозвучал в стенах храма.
Морай слегка улыбнулся и продолжил:
— Плоды кармы предоставили им этот шанс. В 2167 году с Востока пришла «Белая чума», которую сначала приняли просто за ещё одну азиатскую форму гриппа. Люди отнеслись к ней беспечно и поплатились за это. Очень быстро чума стала прогрессировать и вылилась в масштабную пандемию. Её результатом стало вымирание почти половины мужского населения, а мальчиков стало рождаться меньше.
— Да я помню эту историю, ты рассказывал мне её. Мы до сих пор не оправились от этого удара. Но вторым ударам по мужчинам стала «Авария».
— Так и есть. «Великая Авария» или как мы её называем просто «Авария» стала точкой отсечки, она разделила нашу историю на «до» и «после». «Galactica freedom» был последним кораблём класса «Ковчег» и нашей надеждой на спасение из гибнущей Солнечной системы. Он стартовал в спешке буквально сразу после достройки, полноценной проверки функциональности всего оборудования не было. И тогда случилась она – «Великая Авария».
— Я помню это очень ярко, не смотря на то, что была ребёнком. «Авария» застала меня на обсервационной палубе. В момент транспространственного прыжка «двигатели-искажений экзотической материи» вышли из строя и перестали работать должным образом. Мы покинули Солнечную систему, но разрыв темпорального поля из-за сломанных двигателей исказил время.
— А я в это время был здесь – в храме. Мы «выпали» в «реальное пространство» уже другими. Почти все взрослые погибли… Мне был 21 год и за секунды я постарел до 50. Тебе было шесть, но после «Аварии» стало 18; сознание 6-летней девочки в теле 18-летней девушки… Сейчас тебе 33, но твоему телу уже за 50. Из 600 000 пассажиров и членов экипажа в живых осталось только 150 000, а из этого числа в первый год мы потеряли ещё половину. Кто-то сошёл с ума, кто-кто умер от «темпорального рака», кто-то погиб по причине техногенных аварий. Мужчинам пришлось хуже всего, природа заготовила для них роль первопроходцев и полигона для генетических экспериментов. Генетика женщин более стабильная и призвана закрепить удачные решения эволюции. Хронопузырь в который мы попали, сделал время «рыхлым» это сократило численность мужчин на две трети от популяции их природа и генетика не выдержали этого «эксперимента».
— Это была катастрофа, и это наша головная боль до сих пор. Но мы всё-таки переломили эту негативную тенденцию. Пусть и жёсткими методами, но мы сделали так, что численность населения стала расти и нас уже более 120 000. Хотя соотношение мужчин и женщин по-прежнему 30% на 70%. Увы, но мужчины продолжают быть в дефиците, а женщины вынуждены быть задействованы на большинстве работ и руководящих постах. Позитивная дискриминация… – жизнь мужчин сейчас в приоритете.
— Да это так, хотя и за это было заплачено личными свободами. Гомосексуальные браки, гендерная теория и сексуальные девиации, ряд свобод теперь под запретом. Тяжёлые времена потребовали жестоких решений. Нам нужно было любыми способами восстановить численность людей. Мы принимали страшные решения, тоталитарные решения, нам приходилось жертвовать десятками, чтобы спасти сотни и сотнями, чтобы спасти тысячи. И эта постоянная «Дилемма вагонеток» длилась изо дня в день…
— Мне трудно представить, что испытало «Первое поколение». И я бы не хотела оказаться на их месте. Принимать такие решения…
— Ты их тоже принимала. Думаешь, я не помню какой сегодня день. Думаешь, я не знаю, почему ты тут сейчас. Сегодня «День падения Берлина». День твоего самого тяжёлого в жизни решения.
— Не надо… - произнесла Анна и опустила глаза в пол. — Не надо говорить мне об этом…
— Та история, когда ты приказала сбросить в космическую пустоту целый нойон с ещё живыми людьми не даёт тебе покоя, до сих пор спустя столько лет. Это решение той проблемы было похоже на те, что принимали мы. Но знаешь, что нам помогало не сойти с ума? – Мы отпускали эту ситуацию, мы помнили обо всех трагедиях что были, но они существовали в нашей памяти параллельно, как горький опыт и как память о том какую цену иногда приходится платить, чтобы выжить. У тебя на весах был выбор: спасти людей из нойона или потерять корабль. Ты сделала правильный выбор – так отпусти уже эту историю. Пусть она существует параллельно тебя. Нам — «Первому поколению» людей после «Аварии» пришлось начинать всё с нуля: строить социум, изучать технологии, формировать институты власти, учиться управлять этим кораблём. Но и вам «Второму поколению» досталось многое. «Берлинский инцидент» — привёл к смягчению общего режима власти и пересмотру его модели. Вместо «Пенты» — органа с полностью неограниченной властью был создан Высший Координационный Совет, в котором учитывалось и мнение руководителей нойонов и простых людей. Режим смягчился и это хорошо. Я верю в прогресс, я верю в то, что однажды мы найдём свою новую колыбель, и наше общество станет по настоящему свободным и справедливым. Возможно, это будет уже не при моей жизни, и не при жизни других Патриархов. В конце концов, из Синклита нас остались только пятеро — я, Леонов, Моруа, Вэлл и Кемарре. Из оригинального состава вообще никого не осталось.
— Увы… - потухшим голосом согласилась Анна — Йохим, последний из первого состава Синклита скончался 9 лет назад. Эти люди мои герои. Первый Синклит состоял из тех немногих взрослых, что пережили «Великую Аварию». Именно благодаря им «Ковчег» не погиб сразу после броска в «реальное пространство», именно они смогли реанимировать все сложные механизмы корабля и запустить системы самоподдерживающегося замкнутого цикла, и именно они научили «Первое поколение» остаткам тех технологий, что знали сами и что не были потеряны. Потом уже «Первое поколение» начало пополнять синклит…
— Когда-нибудь и ты станешь его членом, если не будешь «сгорать» на работе.
— Знаешь Морай, иногда мне так не хочется идти домой, что я готова работать и работать.
— Алиса, — тихо проговорил Сингх — ты так и не нашла контакта с дочерью?
— Нет — качнула резко в ответ горловой Анна — После смерти Виктора, она ушла в себя и перестала говорить. Прошли годы — ничего не изменилось. И всё что меня встречает дома это стена тишины и равнодушия. Я чувствую себя «чужой»…
— Это плохо, ты бежишь от проблемы. Тебе нужно найти контакт с Алисой.
— Я пыталась, — с болью в голосе произнесла Анна — всё бесполезно.
— Иногда должно пройти много времени, иногда надо приложить настойчивость, а иногда помогают друзья — старческая улыбка осветила лицо Морая — я попробую встретиться и достучаться до неё. Но самая главная решимость должна исходить от тебя.
— Спасибо тебе. — ответила Де’Видок.
Они попрощались, и Анна в сопровождении Жака Карпантье покинула мандир.
___________________________________________________________________________________
[1] - Шеф. Наша экспедиция, направленная в Abarea в рамках дела Х-40023, перестала выходить на связь.
[2] - Последний раз они выходили на связь пять часов назад. На контрольный запрос не ответили
[3] - Эрвин, Мохатма и Амаль
[4] - Это Правильно. Вы не спали уже три дня.
[5] - А что насчёт пропавшей экспедиции?
#фантастика #фантастическийрассказ #фантастическиерассказы #фантастикакниги #фантастикачитатьонлайн #фантастикачитатьонлайн #роман #литература #книгаонлайн #роман