Белые журавли
(Посвящается лейтенанту Пономаренко Михаилу Терентьевичу, погибшему в боях под Москвой)
Ждала мать сына много лет с войны.
Шли годы и годами были дни.
По-прежнему шла к станции она,
Не отпускала, видно, сына к ней война.
Мать представляла каждый день войны:
Михайло жив! Ей вспоминались сны:
Он бьёт врага! Он сильный! Он солдат!
За Родину! Вперёд! Вперёд, но не назад!
В мороз и зной, в распутицу, в пыли.
…А мимо пролетали журавли.
- Ну как живёте, мама, не болели?
У нас сегодня, странно, передышка.
Врага мы, мама, точно одолеем,
Непрошеному гостю будет крышка.
Такая тишина! И неба просинь.
Берёзок кружит жёлтый лист вдали.
Пришла к нам в гости золотая осень.
Чу! Показались в небе журавли…
Проснулась этим утром мать с улыбкой,
Как наяву: окоп, солдаты, Михаил…
Ей вспомнилось: спал в колыбели зыбкой,
Рос крепким, сильным и как жизнь любил!
И спорт любил. Стремился к высшей цели.
Примером был в округе он для всех.
Мальчишки стать военными хотели,
Но только Михаила ждал успех.
В ту школу всего шесть из ста попало,
А школа называлась Полковою.
Достойных офицеров воспитала,
Перед войной сын оказался под Москвою.
Гордилась мать. Сын Миша - вдохновенье!
В кого пошел? Безграмотна она.
Вернётся – женится, мать даст благословенье,
Но планы все разрушила война.
Ушёл на фронт. Слал письма, переводы.
Потом затишье, - в госпиталь попал.
Для матери дни превратились в годы,
А сын уж под Смоленском воевал.
Не знала мать, что этот бой последний,
С надеждой сына продолжала ждать,
А группа Михаила на передней,
Врага громила снова и опять.
Вдруг пуля подкосила Михаила.
- Прощайте, мама!.. Сколько сил в нём было!
Он распрямился, бросил вдаль гранату,
И тут упал. - Огонь сразил солдата.
В ту ночь был слышен материнский вой...
Сквозь годы мы, родные, пронесли
Любовь и память. Он для нас живой.
…В который раз курлычут журавли!
