В последнее время Иннокентию Гавриловичу трудно стало жить на свете.
Раньше они с женой как-то справлялись... Скорее всего это она и тащила всю семью на своих плечах. Готовила, убиралась, планировал, что купить в дом сразу, а что можно взять в кредит. Это по молодости. Иннокентий не вмешивался, хотя вначале семейной жизни хотелось, чтобы с ним посоветовались, спросили, как поступить лучше. Но Марья Гавриловна была еще тем командиром. Причем с младенчества и до самой кончины. Детей у них не было.
Женщина, словно чувствовала, что уйдет первой... Скопила небольшую сумму денег, считая что их должно хватить на то, чтобы проводить в последний путь одного из них. А когда слегла, вдруг решила, что будет стыдно, если соберутся люди в доме для прощания, а здесь беспорядок. И, не советуясь с мужем, вызвала бригаду по ремонту и уплатив за все, выбрала обои. Потом решила поменять двери...
А Иннокентий со страхом следил за всем этим. Он начал бояться...
Что будет, если супруга однажды не проснется утром? Ведь все отложенные средства уже потрачены.
И в один день, то о чем он думал, случилось. Супругу было жалко. И Иннокентий сидел возле нее опустив голову на колени и плакал.
От горя и от безысходности.
Но помогли соседи. И проводили женщину подобающим образом. Не хуже чем других.
Вот с этих пор и стал Иннокентий Гаврилович дрожать. Его одной пенсии ни на что не хватало. Сначала мужчина пытался оплатить все коммунальные услуги и жить на оставшиеся деньги. Но их было так мало, что пришлось голодать.
Потом он решил, что оплатит только за свет и за газ в этом месяце. А в следующем квартплату и отопление. Но и это не сработало. И однажды он вообще забыл заплатить. С трудом, но хватило дожить до следующей пенсии.
А долги росли и росли. Получше чем грибы в лесу. Копились...
И Иннокентию стало так страшно, что он стал дрожать.
Он дрожал от шагов на лестничной клетке. Вдруг это пришли отключить электричество за неуплату?
Он вздрагивал от любого звонка в его квартиру. Поэтому перестал открывать дверь. Даже тогда, когда знал, что это пришла соседка из квартиры напротив. Хотя очень хотелось открыть... Вдруг она пришла угостить его пирожками по старой дружбе?
Устав от страха, он просыпался утром и уходил из дома. Садился в парке на скамейку и здесь немного отпускало. Дрожь проходила, а страх оставался.
Но и на улице он шарахался от каждого человека, вдруг он болен какой-то непонятной болезнью.
Домой являлся, когда стемнеет. Но света не включал. "Эх, поздно додумался... Если бы сразу придумал, может и долг был бы меньше". Без электричества мужчина не страдал. Прямо под его окном светил огромный фонарь. И на кухне было светло.
Перестал готовить пищу, чтобы экономить газ. Пока бродил по городу, нашел много новых друзей, которые привели его туда, где можно один раз в день пообедать бесплатно. Удивительным было то, что эти люди чувствовали себя уверенно.
Они не дрожали. Ничего не боялись. А чего им бояться, если им не за что бояться. Нет жилья.
"Продать квартиру — проблема решена..."
"Нет это никуда не годится" — Иннокентий вспомнил, как они с Марьюшкой ждали эту квартиру, с какой любовью жена наводила в доме уют. Да и новые друзья отговаривали.
Значит, так и дрожать до конца? Или что-то изменить? Но он уже не знал, что. Ему казалось, что он на огромной скорости несется в пучину, которая засасывает.
Так бы и ум ер от страха, если бы новый друг не сказал: "А давай дрожать вместе?" Иннокентий посмотрел на него и согласился. Одна пенсия — это хорошо. А две — лучше. Можно еще и дворниками устроиться. И выплатить долги. И перестать дрожать.
И он улыбнулся. И его лицо разгладилось. Оказалось, что он еще совсем не стар, как и друг, которого нашел.
И в квартире Иннокентия засветилось окно.
Грустно стало. В жизни столько проблем. И мне кажется иногда, что я тоже лечу над пропастью... Извините за эту статью. М. И.