Алекс не относился к той, достаточно распространенной категории людей, которые предпочитают витать в облаках, а не ходить, как все нормальные люди, по земле. Потому они часто спотыкаются, чертыхаются и возмущаются тому, что мир устроен не так, как им бы хотелось. Они редко бывают чем-нибудь довольны, а их настроение так часто меняется, что они сами не успевают понять: хорошо им сейчас или плохо? Потому выражение их лиц не имеют четко очерченного эмоционального абриса, а туманный, постоянно опущенный взгляд, навевает на окружающих тоску и вызывает сочувствие у тех, кто не побоялся рассмотреть его с близкого расстояния. Алекс был тоже не от мира сего, но обладая хорошим природным интеллектом, глубоко и быстро познавал этот мир, не очень восхищаясь им, но и не ругая его. Потому он с легкостью осваивал школьную программу, параллельно проживал жизнь героев множества романов Бальзака, Стендаля и других классиков мировой литературы, что сформировало его лексикон и стиль, изложение своих мыслей и глубину эмоциональных переживаний. Учителя восхищались им, чего нельзя было сказать об одноклассниках, которые шарахались от него, особенно девочки, которые боялись выглядеть на его фоне круглыми дурами. К тому же он, будучи натурой весьма непосредственной, явно злоупотреблял своей начитанностью, намеренно ставя других в неловкое положение. К тому же он был довольно смазливым мальчиком, что добавляло ему дополнительные преимущества и еще более отдаляло его от сверстников. Но он не был отверженным, некоторые, ничтоже сумняшеся, охотно дружили с ним, получая свои дивиденды в виде списанных уроков и остроумных шуток на все случаи веселой школьной жизни. Но чем дальше в лес, тем больше дров, и его вхождение во взрослую жизнь после предварительной студенческой передышки пошло по понятию упрямого дровосека: лес рубят, щепки летят. Окружающие его мужчины могли быть вполне лояльными, если бы они не ревновали к нему своих жен и не только своих на расстоянии предела видимости и были готовы показать ему «Кузькину мать», но почему-то откладывали это до греческих календ, то есть, далеко и надолго.
