Божоле нуво
В некоторых странах всегда идет битва с врагами – внешними, внутренними, за урожай. Лица там у людей напряжены, улыбка вызывает заслуженное подозрение. А есть страны, где люди даже умирают шутя и балагуря. По крайней мере, такое впечатление создаётся при просмотре кинематографических лент вечно солнечной Франции. Променад по Елисейским полям, касуле в ресторане «Максим», пляжи Сен-Тропе. В кадре физически невозможно представить Нонну Мордюкову или Арнольда Шварценеггера – только шарм Мишель Мерсье, элегантность Алена Делона или бестолковость Пьера Ришара. И, конечно, на родине братьев Люмьер снимали исключительно комедии. В этом убежден был каждый советский зритель, который с удовольствием взирал на забугорную лёгкость идеологически невредных картин, закупленных внешкинопрокатом.
Между тем, «Укол зонтиком» был вовсе не так безобиден. Само смертельное орудие скопировано из нашумевшего акта возмездия болгарских спецслужб, за которыми, не без основания считал Запад, торчали уши Советов. Да-да, этакие Петров и Боширов брежневских времен. И, несмотря на цензурные вырезки (а как же иначе), можно здесь увидеть элементы терроризма, харрасмента, организованных преступных группировок. Но на гнилом Западе это допустимо. А эксцентрика создает флёр невзаправдности, понарошку, мол, все это. Тем более, что даже в самых напряженных моментах понижают градус тревожности то ласковые волны Лигурийского моря, то поголовно симпатичные француженки с точеными фигурами, то клоунада Пьера Ришара.
Которого непосредственно в нашей стране любили не меньше, чем на родине. Вечно сорокалетний, вечно растрепанный, он, кажется, и шагу не может ступить, чтобы что-нибудь не опрокинуть, где-нибудь не поскользнуться. И, в отличие от суетливого де Фюнеса или бочкообразного Депардьё, всегда добрый и наивный. Такому сопереживаешь и сочувствуешь, даже не осознавая, как глубоко подсадили тебя на крючок актёрского мастерства. И это, ещё не учитывая дурманящую музыку Владимира Космы с эффектом медленного подогревания – не заметишь, как сваришься полностью.
Где-то бушует коронавирус, где-то надеются поменять плохого президента на хорошего, где-то всегда на небе тучи. А включаешь комедию Жерара Ури (Клода Зиди, Франсиса Вебера, Ива Робера, Жана Жиро…), и теплый воздух парным молоком заволакивает экран. Вечное детство, где даже оружие воспринимается игрушкой. И самое интересное, что, если по французским лекалам снимут, например, в Америке («Беглецы») или в Советском Союзе («Крепкий орешек» с Надеждой Румянцевой) получается не натурально, не органично.
Подпитанный французской романтикой, я в возрасте вечного Пьера Ришара попал, наконец, в страну шампанского и ПСЖ. Был и в Париже, и на Лазурном берегу. И сейчас, пересматривая старые комедии, постоянно внутреннего критика (а критиковать здесь можно многое) душит двойная ностальгия – по временам, когда билетик стоил 20-30 копеек и по легкому отдыху с элементами узнавания Собора Парижской Богоматери (ещё не сожженного гастарбайтарами) и пляжей Французской Ривьеры. Ну почему Ришар не поехал дальше – в Ниццу, в Монте-Карло (я был и там), почему полтора часа проходят так быстро?
Что еще там снимал Жерар Ури с Пьером Ришаром?
#французская комедия #Пьер Ришар #Жерар Ури #спецслужба #теракт