1933 19 Сентября. Мысль о Б[остреме] дает мне такой рассказ: «Женский день». В одной квартире живет художник с женой и тещей и чекист с товарищем. Жена художника и теща ничего не делают: жена учится музыке, хотя ей под 30; художник несет крест и лезет в невыносимое ярмо из-за возможности жене «жить в звуках». Чекисты, возмущенные «бабой», выпороли ее крапивой на глазах художника, приговаривая: не играй, не играй! За это оба друга попали в Соловки за «перегиб». Передать сущность «интеллигентщины». Разговоры, споры об электричестве и проч. разногласиях. Конец: «дали мне за это катушку» – А художник? – Понял, конечно, и вскоре освободился. Не знаю, пишет ли... 9 Ноября. Лада прыгнула на грудь Б[острему], облизала его губы, нос, бороду, а он даже и не вытирался; вероятно, добрейший человек, он был очень растроган этой бурной лаской и говорил мне: – Вот, Михаил Михайлович, у этого животного надо учиться понимать мир как органическое целое. Пришвин М. М. Дневники. 1932-1935 * * * Бострем