В почте редакции порой встречаются письма, авторы которых рассказывают необычные истории из собственной жизни. В них – и смекалка, и пример выхода из непростой ситуации, и добрый юмор. Пишите такие письма чаще, друзья!
А сегодня наш постоянный подписчик, ветеран труда, делится эпизодом из своего безотцовского военного детства.
«Родом я из Мордовии, вырос в селе Вертелим. В 1942 году – я только пошел в первый класс – мы получили похоронку на отца. На учебе моей был поставлен крест – ни обуви, ни одежды, ни еды, ни дров не было. Нужно было работать, помогать матери – нас, ребятишек, у нее было трое. Научился плести лапти, другую деревенскую работу понемногу освоил.
После того, как выпал снег, мне поручили ездить за бардой – отходами спиртзавода. Завод находился за 20 километров от нашего села. Ездил я туда на быке. Мне наполняли бочку, бык потихоньку тянул сани с бочкой к дому. Дорога от села шла через открытое поле, ледяной ветер насквозь пронизывал мою скудную одежку – телогрейку да лапти. Поземка, мороз все сильнее. Вдруг упрямый бык лег на дорогу. Ничем его не сдвинешь. Промерзаю до костей, не знаю, что делать, и посоветовать некому.
Мимо в кибитке промчались председатели колхоза и сельсовета из нашего села. Одеты в полушубки, в меховых шапках, ноги укутаны тулупом. Крикнули только: «Двигайся, Ваня, иначе замерзнешь! Мороз нынче – 44 градуса!». А как мне двигаться, если бык лежит, никак его не поднять. Может, он подыхает? Они хоть бы спросили: что с быком, почему лежит? Нет, умчались в кибитке…
Я решил: пробегу 200-300 метров вперед. Может, встанет бык и пойдет за мной? Да и сам хоть немного согреюсь от бега. Но нужного результата не получил. Бык по-прежнему лежит, снег его засыпает, уже сугроб начал над ним расти. Что мне делать дальше? Бросить все и идти домой? А утром корову-кормилицу отвести взамен быка на колхозную ферму? Это будет гибель всей семье. Или лечь рядом с быком? Утром раскопают нас из-под снега и скажут маме: «Закрыл Ванюшка свои карие очи»…
Почему-то вдруг всплыли в памяти слова директора школы, который нередко говорил нам: «Кто плохо учится, будет всю жизнь быкам хвосты крутить». О! Эта идея меня обрадовала, решил попробовать.
Снова подошел к быку, тот лежит, не шевелясь, на меня поглядывая. А как крутить быку хвост, чтобы он встал? Я не знаю. Решил согнуть хвост, как рукоятку для запуска машины. Только начал загибать – бык мой вскочил и побежал. Я еле успел зацепиться за бочку. Так мы бежали с полкилометра. Я немного согрелся. Сел на сани, а руки не могу оторвать от бочки – пальцы замерзли, не шевелятся. Слезы побежали из глаз. Пока катились по холодным щекам, превращались в ледяные шарики. А если мне ампутируют кисти рук? Как парнишке жить дальше?
Тут вспомнил: когда наливали барду в бочку, от нее шел пар, значит, она теплая. Еле-еле сдвинул крышку и погрузил руки в теплую жижу. Прошло несколько минут – пальцы по-прежнему ничего не чувствуют. Снова тревога, слезы. Но через какое-то время все-таки стал ощущать ломоту в пальцах, они начали немного шевелиться. Потом ломота перешла в сильную боль. Тут уже слезы градом потекли, и все же я радовался, что чувствительность появилась.
Когда снова стал замерзать, слез с саней. И только взялся за хвост быка, как он сразу побежал. Так мы и добрались до дома раньше обычного, живыми и невредимыми».
Иван Атмайкин, г. Нижний Тагил