Найти в Дзене

Истории бабки Неонилы. Часть 3

История реальна, во всяком случае, так уверяют очевидцы. Фото из открытых источников. Танечка была недовольна. Капризно сжатые пухлые губки, колючий взгляд. Михаил еле слышно вздохнул. Танечка недовольная, родители недовольны и того больше, а отдувается один он. Дом, родной дом, такой уютный прежде, превратился в полигон военных действий. Возвращась и везя с собой беременную невесту, Михаил и подумать не мог, что его такие любящие родители с такой неприязнью воспримут Таню. Ни поспешная, за пару месяцев до родов, но весёлая свадьба, ни рождение единственного внука, очаровательного Лёшеньки, не растопило заледеневших вдруг сердец. Отец Татьяну игнорировал, а мать, будто нарочно, изводила её своими придирками. Едва налаженный титаническими усилиями Михаила хрупкий мир был разрушен рождением сына. Счастливый до замирания сердца, с крохотным свёртком на руках и бледной, осунувшейся, но такой необыкновенно красивой Танечкой, он едва успел переступить порог родного дома, как получил сокруш

История реальна, во всяком случае, так уверяют очевидцы. Фото из открытых источников.

Танечка была недовольна. Капризно сжатые пухлые губки, колючий взгляд. Михаил еле слышно вздохнул. Танечка недовольная, родители недовольны и того больше, а отдувается один он.

Дом, родной дом, такой уютный прежде, превратился в полигон военных действий. Возвращась и везя с собой беременную невесту, Михаил и подумать не мог, что его такие любящие родители с такой неприязнью воспримут Таню. Ни поспешная, за пару месяцев до родов, но весёлая свадьба, ни рождение единственного внука, очаровательного Лёшеньки, не растопило заледеневших вдруг сердец.

Отец Татьяну игнорировал, а мать, будто нарочно, изводила её своими придирками. Едва налаженный титаническими усилиями Михаила хрупкий мир был разрушен рождением сына. Счастливый до замирания сердца, с крохотным свёртком на руках и бледной, осунувшейся, но такой необыкновенно красивой Танечкой, он едва успел переступить порог родного дома, как получил сокрушительный удар.

- Значит так, сын - отцовский голос был словно налит металлом, холодным, но обжигающим. - Ты уже достаточно взрослый, даже слишком, раз без оглядки на мнение родителей приводишь в дом первую попавшуюся шалую девицу и позволяешь ей себя окрутить. Мы мирились с её назойливым и малоприятным присутствием, но мириться с младенцем, который даже не наш, мы не намерены. Я переговорил с Ильёй Петровичем и выбил для тебя, твоей девицы и её приплода комнату в общежитии, вот ключи. Вещи ваши мать собрала, прошу на выход.

Миша был раздавлен.

- Папа, что ты такое говоришь? Почему ты оскорбляешь меня, мою жену? Почему ты так говоришь о моём сыне, своём внуке, папа?! Мама, что происходит?!

Мать усмехнулась и Михаил поёжился.

- Спросил-таки моего мнения, спасибо, сыночек. Я с отцом согласна. Тебя мы по-прежнему рады видеть в своём доме. Но не эту хитро...сделанную девицу с её ребёнком. Как одумаешься, приходи. А я уж поговорю с девочками, Зиночка похлопочет и тебе даже алименты платить не придётся. А вот на обратный билет для вас, Татьяна, мы, так и быть, раскошелимся.

Кружилась голова. Михаил неожиданно вспомнил старые байки об оборотнях, которые любил травить после ужина его сослуживец-бурят. Когда оборотни успели сожрать его любящих родителей, подменив их этими бездушными, жестокими куклами?

Ничего не говоря, Михаил отдал сына жене, нервно кусавшей бледные губы, подхватил собранные матерью чемоданы и вышел из родного дома, казалось, навсегда. Чтобы вернуться в него через пару месяцев, но совсем по иному поводу....