22 августа 1485 года в графстве Лестершир произошла битва, изменившая историю Англии.
Ричард III был достаточно умелым полководцем и не без оснований считался первым рыцарем Англии. В военном деле он разбирался значительно лучше, чем в политике, и на поле боя имел над Генрихом Тюдором неоспоримое преимущество. Войска короля занимали удобную позицию на возвышенности, в то время как путь силам Тюдора преграждало болото. Кроме того, Ричард имел почти двукратное превосходство по численности воинов, да и оснащена его армия была лучше.
Уже в первом столкновении погиб преданный ему герцог Норфолк, командовавший авангардом. Кроме того, король был дважды предан. На сторону Тюдора переметнулся Томас Стэнли, на поддержку которого Ричард рассчитывал. Кроме того, правый фланг королевской армии в начале сражения игнорировал приказы и не вступал в бой. В этих условиях Ричард решил сам покончить с претендентом на трон. Он возглавил атаку на центр противника, но был убит, чем сражение и кончилось.
Что было бы дальше?
Надо понимать, что осторожный Томас Стэнли не просто так перешёл на сторону Тюдоров. Да и другие соратники короля имели свои основания для того, чтобы не исполнять его прямые приказы. Дело в том, что Ричард, довольно авторитетный воин и полководец, оказался плохим политиком. За 2 года своего правления он нажил себе много врагов.
Генрих был слабым претендентом на трон от Ланкастеров. Он состоял с ними в родстве по материнской линии, да и то с оговорками. Его мать происходила из рода Бофортов, основатель которого — Джон Бофорт — был бастардом Джона Гонта, третьего сына английского короля Эдуарда III, отец короля Генриха IV и основатель ланкастерской ветви. Джон Бофорт был рождён от его любовницы Екатерины Суинфорд, которая позже стала женой Гонта. Тем не менее вопрос о том, были ли Бофорты официально признаны как законные потомки Гонта, оставался открытым.
Так как Война Роз на последних этапах приняла для Ланкастеров такой катастрофический оборот, что почти все претенденты на престол погибли, то Генрих Тюдор остался чуть ли не единственным человеком, который мог быть выдвинут в лидеры. Пусть и с натяжкой. Его авторитет среди сторонников Ланкастеров был невысок.
Ричард, однако, нарушил хрупкое равновесие, воцарившееся в Англии при его брате. Далеко не все считали Ричарда легитимным правителем. Многие видели в нём узурпатора. Дело в том, что после смерти Эдуарда IV трон перешёл не к его младшему брату, а к его 12-летнему сыну Эдуарду V. Принцем Уэльским в этих условиях стал 10-летний Ричард — второй сын покойного короля. Что же касается будущего Ричарда III, то он был лишь третьим в очереди.
Наследники были слишком молоды, чтобы править самостоятельно, так что при них был образован регентский совет. Лидирующее положение в нём заняли Вудвиллы — родственники королевы-матери. Против них и восстал Ричард. Он арестовал членов совета и казнил брата королевы-матери Энтони Вудвилла. Несколько позже он точно так же расправился с лордом Уильямом Гастингсом, на помощь которого опирался при свержении Вудвиллов. Король и его брат к тому момент находились фактически под арестом. Вскоре Ричард объявил племянников незаконнорождёнными, сославшись на то, что его брат до свадьбы с Елизаветой Вудвилл тайно женился на другой женщине. После низложения принцы, заключённые в Тауэр, больше не появлялись на публике, как оказалось позже, они были убиты.
Вскоре йоркисты подняли против Ричарда восстание. Тому удалось подавить его, но все уцелевшие встали под знамёна Генриха Тюдора, который жил в Бретани и до поры до времени не заявлял о своих претензиях на престол. Именно неразумная политика Ричарда привела к тому, что вокруг Тюдора сложилась коалиция из бывших непримиримых врагов — Йорков и Ланкастеров. Для закрепления этого союза было решено, что Генрих женится на дочери Эдуарда IV Елизавете.
Апогеем стала ссора короля с Томасом Стэнли, тем самым, который предал его в битве при Босворте. Стэнли был отчимом Генриха Тюдора, но явно раздумывал, чью сторону принять. Король нашёл оригинальный способ привлечь его на свою сторону: он взял в заложники сына Стэнли, пригрозив, что казнит его, если сэр Томас перейдёт к Тюдору.
После победы
Генрихом Тюдором список возможных конкурентов Ричарда не исчерпывался. Во-первых, никто точно не знал, какая судьба постигла Эдуарда V и его младшего брата. Вера в то, что мальчики живы, могла подвигнуть многих недовольных на мятеж против короля под предлогом восстановления на троне его законного хозяина. Во-вторых, за полноценного претендента могла сойти и Елизавета Йоркская, на которой Ричард пытался жениться. Всё же она дочь короля, а в Англии не существовало каких-либо половых ограничений на право наследования. То есть Елизавета запросто могла бы быть объявлена королевой, если бы в том возникла надобность.
В живых оставалось ещё достаточно много непрямых потомков Эдуарда III, и каждого из них при желании можно было бы выдвинуть претендентом на престол. Включая, например, тех же Вудвиллов, которые также состояли в дальнем родстве с Плантагенетами.
Пора восстаний
В этой ситуации победа Ричарда при Босворте не была бы окончательной. Она положила бы начало новой разрушительной гражданской войне. А её итогом совершенно точно были бы хаос, запустение и полное истощение ресурсов государства. И неважно, кто стал бы правителем.
Полувековой упадок привёл бы к тому, что Англия сдала бы позиции на международной арене. Как следствие, во-первых, спокойная жизнь Испании в Новом Свете и Европе с высокой вероятностью сохранения власти в Нидерландах (то есть никаких Нидерландов на карте). Во-вторых, самостоятельная Шотландия, ибо Тюдоры не пришли бы к власти, а за ними не последовали бы Стюарты.