В 1911 году победитель национального первенства Японии по марафонскому бегу отправился на международные соревнования в Стокгольм.
Самолеты тогда так далеко не летали и японцу пришлось провести в пути 3 недели: то по морю, то по железной дороге. В результате ряда заминок он прибыл всего за 4 дня до старта. Акклиматизация, отсутствия тренировок на протяжении почти месяца и пищевое отравление местной пищей не позволили ему выступить достойно.
За 10 км до финиша он почувствовал себя плохо и попросил у местных жителей попить воды, но тут же упал в обморок. Проснувшись на следующий день в доме дружелюбных шведов, японец понял, что сошел с дистанции и испытав стыд самурая, понятный только самим японцам, тайком отправился на родину. Пока он был на половине пути домой, в Швеции его объявили пропавшим без вести.
Шли годы, японец жил своей жизнью, принял участие в 2-х Олимпийских играх, развил в Японии марафонское движение, помогал разрабатывать обувь для марафонцев, завел 6 детей и уже начал нянчиться с 10 внуками. Но в 1967 году его нашли журналисты. Они раскопали его историю и предложили закончить забег, ведь по действовавшему в 1911 году протоколу он не считался ни закончившим соревнования, ни сошедшим с дистанции.
76-летний спортсмен начал забег там же, где сошел 55 лет назад. Несмотря на возраст, он без труда пробежал оставшиеся 10 километров и финишировал на стадионе. И только в этот момент марафонский забег 1911 года был официально окончен.
Японца хвали Сидзо Канакури.