Можно печатать евро или доллары, но больше бензина и электричества от этого не станет.

Можно печатать евро или доллары, но больше бензина и электричества от этого не станет.

«Венгрия призвала Евросоюз прекратить вводить санкции против России и начать с ней переговоры»;

«Крупнейшая нефтегазовая компания Венгрии MOL установила лимит на продажу бензина в розницу по фиксированной цене в объёме 50 литров в день на человека»;

«Министр экономики ФРГ заявил, что страна находится в газовом кризисе, потребление газа требуется сократить везде, где возможно».

Есть некоторая ирония судьбы в том, что к переговорам с Россией призывают страны, которые во время Великой Отечественной потерпели поражение от советских войск, а к войне до последнего украинца призывают либо наши бывшие союзники в лице Британии, либо освобождённые поляки. Хотя причина проста: немцы и венгры отлично понимают, что победить Россию невозможно — это раз — и что Россия не несёт угрозы Европе, если Европа перестанет сама угрожать России.

Сейчас к европейцам, да и не только к ним, приходит понимание, что ценность в этом мире имеют только ресурсы и технологии. Сколько ни печатай евро или доллары для помощи европейским странам, страдающим от собственноручно введённых антироссийских санкций, но больше бензина и электричества от этого не появится. Фондовый рынок, криптовалюта, фьючерсы и прочие финансовые инструменты способны существовать только на крепком фундаменте реальной экономики. А именно этот фундамент европейцы сейчас сами активно разрушают, американцы же в этом разрушении их изо всех сил поддерживают.

Россия до сих пор не начала отвечать на санкции — у нас свои задачи и цели в текущем противостоянии, мы не распыляем силы и не пытаемся кого-то наказать, невзирая на последствия для собственной экономики, как это делают США и Евросоюз.

Рано или поздно мы ограничим экспорт наших товаров за евро и доллары. Нефть, газ, удобрения и прочие ресурсы можно будет получить только в обмен на реальные товары и технологии.

Многие задаются вопросом: почему же спокойный (и уже во многом постиндустриальный) мир Центральной Европы внезапно вернулся к реалиям 1944—1945 годов? А ответ очень простой: поддержка нацизма всегда приводит к катастрофе