Предисловие. Иногда мне в голову приходят идеи для целых романов, но поскольку над серьёзной книгой нужно долго работать, в том числе поднимать исторические первоисточники или даже изучать новый восточный язык, я начинаю прокастинировать: долго тяну с началом, сомневаюсь, надо ли это кому-то ещё кроме меня, ну и далее по тексту. Мы живём в век, когда печатное слово переживает невиданный доселе кризис. Тем не менее, унынье - не наш метод.
Эти рассказы я буду называть "этюдами" - подобно тому, как художники называют свои тренировочные наброски схожим образом.
***
Это был 2010-й год.
Купейный вагон был совершенно пуст: из четырёх полок всего одна была занята. Девушка, молодая и симпатичная, безразлично глядела то в окно, то в телефон, отправляя бесчисленые смс-сообщения. Вошедшего пассажира она совершенно игнорировала, дежурно ответила на стандартные вопросы "не занято ли здесь", ушла, когда её попутчику нужно было переодеться.
Что ж. Прошли те времена, когда случайные попутчики в поездах дальнего следования весело шутили, знакомились, играли в карты, делились едой - сегодня мы смотрим друг на друга с подозрением, боимся, что нас обидят, предпочитаем живому общению книгу или электронную игру, которая, казалось бы, даёт гораздо больше и уму, и сердцу, нежели новое знакомство.
Поезд следовал из Москвы до Новосибирска. Это было несколько суток нестерпимой скуки. Девушка жалела о том, что не взяла билетов на самолёт: надеясь сэкономить на объёмном багаже, она решила ехать на поезде. Но дешевизна была не единственной причиной её длительного путешествия. И мы к этому ещё вернёмся.
На вторые сутки она, наконец, обратила внимание на своего попутчика, тоже крайне немногословного. Оказалось, что он очень молод, хотя и одет несколько по-стариковски, будто бы рыбак или охотник. Ей бросилось в глаза, как он постоянно, время от времени перебирал какие-то фотокарточки, открытки, загадочно улыбался и снова их прятал в свой рюкзак. Его лицо вдруг наполнялось каким-то блаженством: он закатывал глаза вверх и, медленно их прикрывая, начинал предаваться каким-то мечтам.
Поначалу это пугало девушку. На открытках краем глаза она видела виды неизвестного ей восточного города, фотографии какой-то семьи. Эта семья тоже была весьма необычной: бородатый мужчина, изображенный на ней (по всей видимости - отец семейства) был белокожий, длинноволосый, чем-то напоминающий этакого славянского гусляра из старины, а вот женщина в розовом платке и дети были смуглыми.
Она решилась вдруг спросить молодого человека об этих фотографиях. Что это? Кто это?
Он, будто бы ожидая этого вопроса, рассказал, что вернулся издалека, прилетел в Москву рейсом из Самарканда. Собственно, Самарканд и был изображён на одной из открыток.
Снова повисло в воздухе молчание: молодая женщина будто бы удовлетворилась этим ответом и более не спрашивала своего собеседника ни о чём.
- Я к отцу ездил. - сказал вдруг незнакомец-попутчик. - К отцу...
Он повторил это, кажется, ещё один раз и глаза его становились влажными. При этом лицо озаряла какая-то странная улыбка, вполне добродушная, но пугающая.
- Ты из Самарканда? - спросила она его.
- Нет, я в Красноярске родился.
- У тебя папа оттуда?
- Тоже нет. Он у меня тоже красноярец, сибиряк.
- Хм... а кто на фотографии?
- Это он. Ну ещё мой брат и сестрёнка.
Девушка еще раз присмотрелась к его лицу. Чуть загорелая кожа, славянские черты. Говорил он по-русски без малейшего акцента.
- Понятно. - сказала она, чтобы закончить этот странный разговор.
- Что тебе понятно?
Девушка удивлённо взглянула на своего собеседника, но тут же отвернулась. Но парень продолжил.
- Это его вторая жена. Они с мамой не живут вместе.
- Мне это не интересно, конечно, - отмахнулась было от него девушка. - но, что его занесло в этот Самар... Самарканд?
- Война.
- Какая еще война?
- Афган.
Шёл 2010-й год. И о всяких войнах люди уже давно забыли. Не было повода вспоминать. Девочка поморщила лоб в попытке перевести на русский язык это непонятное "Афган" и не смогла. Быть может, когда-то она слышала подобное слово, но оно ей казалось настолько бесполезным, что никак не хотело задерживаться в её памяти. Не желая попасть в неловкую ситуацию, девушка предпочла отмолчаться.
- Война в Афганистане - продолжал парень. - Мой отец был офицером. Все эти годы я думал... мы все думали, что он погиб. А оказалось, что он - живой.
- Как так вышло?
- Нам пришла похоронка. Мне было лет 7, но я не поверил. Я - единственный был, кто не верил. Всегда носил с собой его часы, капитанские, именные. Мама вышла замуж второй раз, а я всё равно не верил.
- И как же ты узнал, что он жив?
- А я поехал туда. В Афганистан. И нашёл его. Теперь вот еду домой.
- А зачем тебе это всё?
Они недоумённо смотрели друг на друга, как существа из разных вселенных.
- Я вот своего отца никогда не знала - продолжила вдруг девушка. - и как-то не хотела бы его видеть.
- Почему?
- Не знаю. Он бросил нас с мамой, когда я была совсем маленькой. Я его не помню. Мне даже кажется, что его и не было никогда. Мы не общаемся.
- Но у меня-то другое.
- Как знаешь... - вздохнула она и снова посмотрела в сторону, в окно.
- Я проделал большой путь. Очень опасный. Проехал всю Среднюю Азию, чтобы доказать, что он жив. А ты мне говоришь "зачем тебе это"?
- А почему он тебя не искал все эти годы? Ты-то ему был нужен?
- Я? - Парень призадумался. - Да. Нужен. Я верю в это. Он рассказал мне, что попал в плен, и чтобы выбраться оттуда, ему потребовалось много лет. И он даже приезжал назад в Красноярск.
- Да? Так почему же ты так его и не увидел, а?
- Они с мамой решили, что ему лучше оставаться мертвым. Она была замужем за другим человеком. За отчимом. И я ненавижу её за это.
- Кого?
Парень отмалчивался.
- Женщина - сказала девушка. - не обязана никого ждать всю жизнь.
- Кажется, я начинаю понимать, почему твой отец не хочет с тобой знаться.
- Так!
Между парнем и девушкой завязалась жаркая ссора. Они обзывали друг друга последними словами, пока дело чуть было не дошло до рукоприкладства. На крики прибежал проводник полупустого вагона. Он предложил пассажиром переселиться в разные купе, что они и сделали.