Зарине 25 лет, она живет в Казани и работает продавцом в магазине. Ее родная мать оставила Зарину в родильном доме, где она прожила до трех лет.
Затем ее перевели в детский дом в Чистополе, а в возрасте семи лет - в школу-интернат в городе Мензелинске (Республика Татарстан).
Зарина живет одна с 16 лет и мечтает найти своих родителей. Сейчас ей 25 лет, она работает продавцом в одном из магазинов Казани.
Она также размещает видео с сиротами в социальных сетях, чтобы помочь детям и подросткам найти своих родителей.
Зарина рассказала нам, как жила в детском доме, как ждала встречи с мамой, о чем писала свои письма и о чем мечтает сейчас.
- Зарина, знаешь ли ты что-нибудь о своих кровных родственниках?
- Мои родители - балканцы. Я узнала об этом из медицинской карты родильного дома. Время от времени я пытаюсь найти их, но безуспешно.
У меня нет их адреса или какой-либо другой информации. Я даже не уверен, живут ли они сейчас в Кабардино-Балкарии. Я не собираюсь искать их специально, я просто хочу увидеть республику, мою малую родину.
Почему вы хотите его увидеть? Наверное, из любопытства. Интересно посмотреть на людей, которые являются моими биологическими родителями.
Я думаю, одной встречи достаточно, чтобы удовлетворить интерес. Я по натуре человек закрытый, и вряд ли я буду звонить родителям каждый день.
- Что бы вы сказали своим родителям при встрече? У вас есть на них зуб?
- Не обижайтесь, я так делал в детстве. Я хотел найти свою мать, чтобы отомстить ей.
Но с годами я понял, что ненависть разрушает человека. Вы должны уметь прощать, забывать даже горькие раны прошлого.
И если бы я мог встретиться со своей матерью, я бы сказал ей: "Мама, мы с тобой сдвинули такие горы, о которых никто не мог даже мечтать.
Почему мама оставила меня в детском доме? Этому есть объяснение. Когда я родилась (я была первым ребенком), врачи поставили мне диагноз церебральный паралич и сказали моей маме.
Возможно, они сказали ей, она испугалась и решила отказаться.
Я ничего не знаю о родителях, поэтому это единственный способ объяснить решение оставить ребенка в родильном отделении.
- Предлагали ли вам перейти из детского дома в приемную семью?
- У меня не было возможности попасть в приемную семью. Но я бы не согласилась. Скажу вам, я по натуре замкнутый человек, и я не смогла бы жить с незнакомцами.
Одна из учительниц, которую я до сих пор очень хорошо помню, часто приглашала меня к себе в гости и знакомила со своей семьей.
В возрасте 7 лет она стала моей учительницей. Я называла ее мамой, и до сих пор называю. Почему она это сделала? Ей удалось найти подход. Мы довольно часто созваниваемся. Как я уже говорил, она одна из немногих близких мне людей. Я зову ее мамой.
- Что именно она сделала для вас?
- В детстве я была замкнутой, плаксивой, всего боялась. Она научила меня быть спокойной и уверенной в себе.
Я очень благодарна ей за заботу, внимание и поддержку. Это, пожалуй, одни из немногих приятных воспоминаний, которые у меня остались о жизни в учреждении.
- Были ли у вас друзья?
- В детском доме не осталось ни друзей, ни теплых чувств. Да, нас кормили, одевали, обучали. Был и недостаток: нас били дети постарше. Иногда нас били вполне прилично, если можно так выразиться.
- Можете ли вы рассказать нам о том, что произошло в детском доме? Почему младшие дети были избиты старшими? Разве учителя не пытались остановить их?
- Старшие дети вымещали свой гнев на младших.
Обычно это происходило ночью, когда в школе оставались только дежурные учителя. С их молчаливого согласия все и произошло.
Учителя могли накричать на пожилых людей, закрыть дверь и уйти. А старшие продолжали бесчинствовать.
Недавно я прочитал блог Платона на сайте фонда "Измени одну жизнь", и автор рассказывает о том, как молодые люди были избиты старшими. И я сразу вспомнила, как они нас победили, и жаловаться было абсолютно некому, мы просто плакали и терпели...
У меня почти нет друзей. В интернате я мало с кем общался. У меня есть одна подруга, ее зовут Карина, и мы вместе с рождения. Вот и все.
Мне трудно доверять людям. Влияние ли это интерната или врожденное, трудно сказать.
- Когда вы покинули школу-интернат, что вы чувствовали?
- Я покинул школу-интернат с чувством радости. Наконец-то свобода! Наконец-то независимость! Эпоха "это можно, это нельзя" закончилась.
В Казанском университете я получил два диплома: переплетчика и формовщика. Но я не выбирала свою профессию, я работаю продавцом.
Я подписываюсь на аккаунты благотворительных фондов, размещаю профили детей. Хотя у меня никогда не было желания создать семью, я уверена, что каждому ребенку нужна семья.
Нет ничего лучше в мире, чем любящая семья. Какими бы ни были условия в детском доме, никто не может любить мать так, как она его любит.
Кстати, идея видеоанкеты очень хороша. Шансы на то, что ребенок найдет семью, гораздо выше.
О чем может рассказать фотография? Ничего. Видеоанкета - это совсем другое дело.
- Зарина, как вы решаете, кому давать видеоанкеты?
- Я бы хотел помочь всем, но, к сожалению, их слишком много.
Я просто беру видеоанкеты, которые фонд "Измени жизнь" и другие фонды размещают на своих счетах, и очень надеюсь, что это поможет детям найти свои семьи.
Я всегда счастлива, когда слышу, что ребенок нашел родителей. Это значит, что наш труд не напрасен.
- В нашем фонде активно действует проект "Ангелы-хранители", участники которого также занимают видеопрофили. Как вы думаете, кто является ангелом-хранителем сироты? Какова их роль?
- Ангел-хранитель может быть не только приемным родителем, но и волонтером или наставником.
Я считаю себя верующим человеком и убежден, что все, что ни делается, - к лучшему. Бог помогает ребенку, посылает человека, который по-своему тоже является ангелом-хранителем.
Я считаю своего педагога таковым. Она многое для меня сделала.
- Трудно ли быть "виртуальным волонтером"?
- Быть волонтером эмоционально сложно, потому что ты переживаешь за каждого ребенка. Я была в детском доме и могу представить, каково сейчас ребенку, который находится там, в стенах учреждения.
- Как система "ломает" ребенка?
- Система ломает людей: жестокое обращение, отсутствие защиты, несправедливость вокруг них, унижение их личности. Старшие нас били, мы не могли никому пожаловаться.
Возможно ли остаться человеком после того, через что вы прошли? Это зависит от вашего характера. Если ваш характер силен, вас не сломить. Слабым людям трудно справиться с этим. Думаю, я вышел из системы невредимым.
Я общаюсь с людьми (хотя и с некоторым недоверием), я живу, я работаю.
- Многие считают, что детский дом - это отличный вариант для сирот, потому что государство дает детям еду, одежду и игрушки. Как вы думаете, чего лишает детей детский дом?
- Ни игрушки, ни еда не могут заменить любовь матери. Я думаю, что могла бы жить в хижине с мамой.
Cуществуют детские дома, которые спонсоры в буквальном смысле заваливают подарками. Ну и что? Без семьи жизнь представляется какой-то скудной.
— Была ли у вас возможность выбраться из системы? Опекуны, усыновители приезжали в детский дом?
— Не знаю, почему, но ко мне семейные пары не приезжали. Зато двух моих одноклассниц забрали в семьи.
Правда, обе со своими приемными мама не общаются и вспоминают тот период с неохотой. В семье их не обижали, но и не любили. Они жили на правах гостей.
Обе девушки не звонят своим приемным мамам, не вспоминают о них. Опасение оказаться в подобной ситуации было, поэтому я и не стремилась в семью.
— А спонсоры приезжали? Как распределялись подарки?
— Спонсоры часто приезжали, привозили подарки, в том числе и дорогие. Например, какая-то брендовая одежда. Но половина подарков до детей не доходила, а где-то оседала.
Смартфоны нам точно не дарили, поскольку администрация интерната запрещала нам пользоваться телефонами.
Каких-то памятный вещей с тех времен у меня не сохранилось.
Зато я до сих пор вспоминаю Магдалену Николаевну, молодую девушку-волонтера. Она часто приходила в наш детдом, приносила подарки, но дело не в них, а в том, что она излучила тепло, доброту, заботу.
Она умеет находить общий язык с детьми. Я всегда ждала ее прихода, с ней можно было поговорить на множество тем.
— Были ли моменты, когда терялся смысл жизни, когда вы, может быть, задавались вопросом, зачем жить в таком месте, что дальше? Как выбирались из таких тяжелых состояний?
— Таких моментов было масса: не видишь перспектив, все вокруг серое и тусклое. Сидишь в комнате и рассказать некому о том, как плохо на душе.
Я писала письма маме, изводя целые тетради. С помощью этого мысленного диалога мне становилось легче.
Пишу, перечитываю, рву письма. Становилось легче, как будто к психологу ходила.
— А что вы ей писали, о чем хотели поговорить с ней?
— «Привет, мама.(то что я написала подвергло всех в дикий ужас)