Школьные годы
Его фамилия звучала для меня лучше любой музыки. При ее упоминании сердце мое обрывалось и улетало под облака.
Параллельно со школьными неприятностями у меня была и другая сторона жизни, наполненная, интересная. Связана эта жизнь была со школой-интернатом, где работали родители. Мы с сестрой ходили на танцевальный кружок, который вела мама, на танцы, благо клуб интернатский был от нашего дома в двух шагах. Танцы там, танцы тут.
Неудивительно, что вскоре я влюбилась без памяти в интернатского парнишку Ваську Асташкина. Его фамилия звучала для меня лучше любой музыки. При ее упоминании сердце мое обрывалось и улетало под облака.
Впервые я увидела его зимой на берегу Волги. Мы с Ленкой, моей подружкой, катались на лыжах. Вдруг увидели, что от интерната бегут мальчишки, одетые в одинаковые расстегнутые серые пальто, типа шинелей, зелёные свитера и без шапок. Правда, день стоял солнечный и теплый, несмотря на то, что был ещё февраль. Добежав до нас, один из них упал со смехом на спину прямо к нам под ноги. Ленка расцвела. Это же восьмиклассник Васька, ее любовь! Про него она мне уже все уши прожужжала. Ещё не видя его, я знала, что он самый самый!
Вася был высокий, худой, похожий на Эдиту Пьеху, с большими зелёными глазами, опушенными длинными черными ресницами, прямым носом и красиво очерченным ртом.
Я рассматривала его, пока он смеялся, лёжа на снегу, и отказывался подниматься, если я не пойду сегодня на танцы. Ленка расстроилась, но вида не показала, а продолжала, как обычно, юморить. Второй мальчишка молчал, будто в рот воды набрал, как безмолвный адъютант.
На танцы я, конечно, пошла. Вася пригласил меня на первый же танец. Я положила руку на его худенькую ключицу, вторую он крепко сжал своей обветренной мальчишеской рукой, и танец начался. Танцевал он неумело. Мы двигались, как заведенные, по кругу в одном направлении. От моего кавалера пахло табаком. Ну что поделаешь? Все равно он был самым красивым. Потом он меня ещё пригласил и ещё. С замирающим сердцем, на цыпочках, я танцевала с ним. Он как-то приподнимал партнёршу, т.е. меня, рукой под лопатками. Вот ведь все помню, как будто это было вчера.
Ещё я ходила с Васькой на каток. Специальный костюм соорудила для этого. Куртка, короткая юбочка и берет - прямо фигуристка. Васька был в свитере и в шапке ушанке. Мы носились кругами, взявшись за руки крест накрест. Не было на свете человека счастливее меня!
На Восьмое Марта Вася подарил мне открытку с красивой подписью: В. Асташкин. Я потом долго ее копировала: выписывала красивую, высокую букву А, а потом меленько остальные, в конце сделав росчерк.
По субботам мы с сестрой вместе с интернатскими ходили в кино. Танюша обычно садилась рядом с Олей Л. И вот, однажды ко мне подсел он. Взял мою руку, наклонил лицо ко мне в ладонь. Я почувствовала, как его длиннющие ресницы щекочут ее. А потом моими же пальцами провел по своим губам. И все! Я потеряла покой, пропала. Откуда в этом мальчишке такой талант обольщения? Свел меня с ума. А мы ведь даже не целовались. Я, вообще, ещё ни разу не целовалась. Седьмой класс, все еще успеется.
Потом были весенние каникулы. Васька вместе с младшим братом уехал в Дмитровград к матери. А, когда вернулся, уже охладел ко мне. Его видели на катке с другой девочкой, дочкой моего любимого учителя истории Александра Михайловича, Людой.
Она была очень красивая, ладненькая и умная девочка. Может быть, они просто катались. Но я этого не перенесла, так сильно любила этого Ваську. У меня поднялась температура, я даже бредила, произнося его имя. Мама напугалась, что я могу умереть от такой любви, и послала кого-то за предметом моих грез. А он не пришел. Вместо него явился его адъютант Славка, который промычал что-то, поерзал на стуле напротив кровати, где лежала я, и ушел.
Так печально закончилась моя первая любовь. Больше я на Ваську ни разу не взглянула, вырвала его из сердца с кровью.
Мне сказали, что Василия Асташкина уже давно нет среди живых. Поэтому пишу, не опасаясь, его фамилию. Но, кто знает, может быть, это неправда, и он ещё жив, и все у него хорошо. Дай Бог!