Как-то поздно вечером Машка поругалась с родителями, а точнее с отцом. С ее характером это было проще простого и случалось достаточно часто. Разгоряченная, она впопыхах выскочила из подъезда и остановилась, раздумывая, куда бежать. Огляделась по сторонам, притормозив взгляд на окнах своих друзей. Нет, она никого не хочет сейчас видеть, разве только... Геныча. Но в двенадцатом часу ночи вламываться в квартиру, где тот жил вместе с родителями и младшей сестрой, как-то не удобно, да и, убежав от своих предков, не хотелось натыкаться на вопросительные взгляды чужих. Машка запрокинула голову и посмотрела на черное, ярко подмигивающее звездное небо. И ей сразу же захотелось забраться наверх, поближе к нему, что она, поднявшись на крышу, незамедлительно и осуществила. Там было тихо, чуточку тоскливо и как-то неуютно, казалось, что темное безлунное покрывало нависло у нее над самой головой и слегка давит. В раздумьях: слезть или все-таки остаться, девочка добрела до дивана и остолбенела, на нем, развалившись, лежал Генка Французов, мечтательно уставившись на манящий свет далеких планет. Заметив подругу, тот от неожиданности подскочил.
- Маха, ты чего здесь?
- А ты чего?
- А ты думала, что я этот диван сюда для ваших посиделок приволок? - сознался он.
- А я с батей поцапалась.
- Ты это брось! Родители самые близкие нам люди. Заканчивай, Маха, воевать. Ты же девочка, а девочки должны быть добрыми, милыми и покладистыми.
- Как Иваныч?
- Как Иваныч, - словно эхо ответил Генка и обратно улегся на свое ложе, продолжив разглядывать черное южное небо, утыканное бесчисленным количеством малюсеньких, но таких ярких звездочек. - Мне в армию идти, а я тут переживай за вас... - даже не взглянув на подругу, заявил он.
Машке показалось, что момент очень даже подходящий, такого романтического вечера в ее жизни еще не было, и, присев на диван рядом с красавчиком, она, наконец-то собравшись духом и чуточку осмелев, спросила:
- Геныч, а ты бы смог меня поцеловать?
- Чего? - приподнялся тот, уставившись на нее. - Маха, ты чего? Мы же друзья…
- По-дружески, - смутилась она, хорошо, что было темно, а то бы он увидел, как густо при этом покраснело ее лицо.
- Не, - засмеялся Генка, - я не Леонид Брежнев, с друзьями не целуюсь. Только без обид, Маха, - приобнял он ее. - Понимаешь, для меня поцелуй - это... Это как... - пытался подобрать он правильные слова. - Ну, короче, я должен любить этого человека и ни как друга. Понимаешь?
- Понимаю, - чуть слышно ответила просто подруга будущего призывника Геннадия Французова.
- Ну вот и хорошо, - похлопал он ее по плечу. - Ты - настоящий друг, Маха! По домам?
- По домам...
В эту ночь Машка долго не могла заснуть, постоянно ворочалась и вздыхала, в подробностях вспоминая все, что произошло на безлунно-звездной крыше. «Сегодня первый раз была наедине с ним так поздно и так близко. Даже услышала, как стучит его сердце... Стремно получилось с этим поцелуем, да и... пофиг. Все равно он мой! Мой Геныч! Никому его не отдам!» Она тогда еще решила, что будет ждать парня с армии. Но ему об этом, правда, так и не призналась...
Продолжение следует...
Нравится читать? Подписывайтесь! Активничайте! Пишите автору! Нужны активные читатели!