Судебный иск прокуратуры РФ против сотни собственников здравниц на Кавминводах, включая профсоюзы, уже неоднократно обсуждался в СМИ. В этом номере “Солидарности” можно прочитать статью с подробным разбором и историей прокурорской тяжбы. Здесь же приведу сухой остаток из наиболее ярких сюжетов.
2019 год. При обсуждении вопроса детского отдыха председатель СФ РФ Валентина Матвиенко внезапно вспоминает, что во времена, когда она занималась советской пионерией, профсоюзы обеспечивали детский отдых. И вместо помощи сегодняшним профсоюзам - пишет письма в МВД и Генпрокуратуру, чтобы те организовали проверки профсоюзного имущества.
МВД определяет отсутствие оснований для возбуждения уголовного дела. Генпрокуратура через свои региональные структуры подает серию исков, которые получают отказы в арбитражных судах. Прокуроры отстаивают тезис о том, что соглашение 2002 года между ФНПР и правительством России заключалось не в выделении из профсоюзного имущества государственной доли, а наоборот: по их мнению, то, чем десятки лет владели, распоряжались и управляли профсоюзы, что было оформлено документально, на самом деле принадлежало государству. Им в суде доказали, что имущество принадлежало профсоюзам.
Прокуроры пытались доказать, что профсоюзы не могут заниматься предпринимательской деятельностью. Им в суде доказали, что могут.
Прокуроры пытались доказать, что для управления и распоряжения имуществом профсоюзы не могут создавать отдельную стопроцентную “дочку”-холдинг. Им в суде доказали, что могут.
В 2021 году прокурорам было отказано в шести исках в разных судебных инстанциях Ставропольского края.
Тогда в феврале 2022 года Генпрокуратура подает иск в Москве, апеллируя к закону о борьбе с коррупцией и требуя обратить в доход государства 670 объектов недвижимости, которыми владеют или когда-то владели профсоюзы. Примеры коррупции в иске отсутствуют. На просьбу представителей профсоюзов представить факты прокурор на заседании суда 10 марта ответил, что конкретные доказательства коррупции будут представлены в следующих судебных заседаниях. Их так и не представили.
На вопрос представителя ФНПР, почему прокуратура считает возможным обратить в доход государства имущество, которое сейчас принадлежит ФНПР, ставропольским профсоюзам, прокурор пояснил, что это нужно… для предотвращения возможных актов коррупции. Так сказать, обратить в доход чужое имущество превентивно, еще до совершения коррупционных действий.
Там вообще все… интересно. С коррупцией обычно как? Есть информация о фактах, их проверяют. Но не в случае с профсоюзным имуществом. Здесь все наоборот: сначала возбуждается дело, потом изымают часть документов, начинают судорожно искать факты. Не находят. Дело закрывают. Но вскоре возбуждают новое. И уже в новом используют материалы предыдущего. Снова ничего не находят. Тогда изымают еще документы. Буквально - “было бы дело, а факты в конечном счете найдутся”.
Кстати, согласно нормам антикоррупционного закона (не имеющего никакого отношения к данной ситуации, а взятого за основу потому, что в хозяйственных и уголовных делах был уже получен “отлуп”), изъятое имущество выставляется на продажу, а в Пенсионный фонд зачисляется доход от продаж. Даже будучи незаконно изъятыми у профсоюзов, санатории не станут государственными, а просто перейдут по дешевке в другие руки. В чьи? Поищите в интернете. Там уже все написано.
Более того, в случае прокурорского успеха в суде будут ликвидированы юридические лица, которые сейчас управляют профимуществом, а значит, возникнет опасность неисполнения обязательств по уже проданным путевкам. Но когда на неделю приостанавливается их продажа, в суде выступает прокурор с - извините, из песни слов не выкинешь - истерическим заявлением о том, что профсоюзы “паразитируют” на собственности. (Кстати, на мой взгляд, такое заявление - повод для иска о защите деловой репутации.)
И последнее. Сейчас за рубежом у разных российских граждан, от олигархов до относительно состоятельных, отнимают имущество. При этом оперативно принимая законы, чтобы оправдать совершенно беззаконные акты. Внутри России прокуратура действует гораздо проще. Зачем принимать закон об изъятии, если любой закон можно повернуть… как там в старой пословице? Как дышло?
Результат подобного “наезда” непредсказуем. В экономическом смысле. Но ущерб для правовой системы уже понятен.
Александр Шершуков, главный редактор газеты «Солидарность»
Еще больше новостей по социально-трудовой тематике вы найдете на сайте газеты - www.solidarnost.org