Я думаю, что уже очень скоро возникнет вполне мейнстримный вопрос: «И что дальше?», касающийся конфликта между Россией и Украиной. Возможно, его не будут задавать вслух, но тем не менее он станет основным вопросом для всех групп общества.
Вопрос непраздный, так как уже сейчас можно с крайне высокой долей уверенности зафиксировать минимум два промежуточных итога «спец-операции». Первый — никакого военного разгрома ВСУ и Украины в целом не предвидится. Скорее, наоборот: пока кадровая армия воюет на передовой, в тылу активно готовится второй эшелон, собранный в ходе идущей мобилизации, и для вооружения которого сегодня идёт достаточно полноводный поток вооружений со всего Запада. Второй итог вытекает из первого: никакого третьего Минска (Стамбула или чего еще) не предвидится. Мирного соглашения не будет. Первый и второй Минск были заключены на фоне несомненного и не вызывающего двузначных толкований военного разгрома Украины, а потому при всей их корявости и неоднозначности они стали хоть каким-то, но якорем устойчивого положения вещей в конфликте.
Сегодня не выполнено ни одно из базовых условий для заключения не то что мира, но даже перемирия. Что именно попытается продать Путин для внутреннего пользователя, обсуждать нет никакого смысла, так как проблема выглядит вполне очевидной: если ты уже не в состоянии наступать, то наступать будет твой противник.
Я не берусь оценивать соотношения сил и средств после того, как наступательный порыв российской армии подойдет к концу и она вынужденно перейдет к обороне. Однако ясно, что Киев в такой ситуации неизбежно будет обязан (ну просто по логике вещей) начинать свою собственную наступательную операцию, целью которой станет не столько освобождение территорий, сколько военный разгром российской группировки. Что позволит после этого либо подписывать мирное соглашение, но уже на условиях Киева, либо продолжать наступление, ставя перед ним новые цели и задачи. Риск применения оружия массового поражения в этом случае я тоже обсуждать не стану, однако понятно, что он вырастет до неприемлемых величин, после чего конфликт с очень высокой долей вероятности интернационализируется.
В общем, вопрос «Что дальше» возникнет уже очень скоро, однако я думаю, что Кремль привычно проигнорирует его и постарается либо не замечать его вообще, либо как обычно, нам расскажут что-то про червячков, как размножаются ёжики и про зловредный Запад. То есть, ни о чем.
В любом случае продолжение следует, и нужно понимать, что тень войны 1905 года буквально встанет над страной.
Теоретически у режима есть вариант объявить состояние войны и начать мобилизацию, но тогда это все повторится в более расширенном варианте, и в конечном итоге примерно к концу этого года-началу следующего мы подойдем к финалу уже не с тенью 1905 года, а со вполне очевидным 1917. С массой озлобленного вооруженного народа, полным развалом фронта и тыла и катастрофой в верхах. Подозреваю, что как раз такой сценарий и сдерживает режим от объявления мобилизации больше, чем любая иная причина.
Сам по себе вопрос «Что дальше?» это ничуть не отменяет. И рано или поздно, но его начнут задавать все громче и чаще.
Мирного договора с Россией не может быть, возможна только капитуляция РФ, заявил секретарь СНБО Украины Алексей Данилов в эфире телемарафона.
Это уже вполне сформировавшаяся точка зрения Киева, подкрепленная результатами военной фазы конфликта. Киев перестал заниматься мирными переговорами (и, кстати, в Кремле по этому поводу как-то тоже помалкивают и даже не выдвигают никаких претензий в адрес «партнеров»).
В Киеве оценивают складывающуюся обстановку, как благоприятную. На данном этапе киевский режим сумел удержать ситуацию и прошел стадию риска военного поражения. Теперь у него появляется надежда не просто на ничейный результат, а на преимущество в этом конфликте. Каким оно может быть, сейчас, конечно, гадать нет смысла. Пока всё решается на поле боя. Но определенный резон в надеждах Киева проглядывает.
К концу мая можно будет однозначно констатировать, что «блицкриг» провален, и теперь речь может идти только о затяжном конфликте, в котором преимущество получает более организованный и более ресурсно обеспеченный. Украина в этом смысле выглядит вполне уверенно, так как ее накачивают оружием почти 40 стран мира. Россия может похвастать только своими собственными складами стратегического резерва. Весовые категории, скажем осторожно, не слишком сопоставимы. Союзников в этом конфликте у Кремля нет. В случае, если военная необходимость расширит конфликт за счет других государств (та же Молдавия) число нейтральных наблюдателей (в первую очередь из числа формальных союзников по ОДКБ) может резко уменьшиться. Вопрос встанет уже о существовании ОДКБ как такового.
В общем, пока все в порядке. Падаем.
136 подписчиков