Скорая приехала вовремя к деду Ивану. Соседки тетя Глаша пришла к нему с нехитрой едой.
— Все Ванечка, пора к детям ехать, ты тут один, совсем "плохой" стал. Я тоже давлением маюсь и каждый день прибегать не могу.
Иван Васильевич отвернулся к стенке и грустно проговорил:
— Не ждут там меня Глаша. Да звонил я сыну месяц назад.
— И что сказал Сеня? - с интересом спросила тетя Глаша.
— Работают они, некому за мной ухаживать. Скупая слеза покатилась по его небритой щеке.
Ладно Ваня, раз так проживем, как-нибудь.
—Спасибо тебе дорогая.
Тетя Глаша пошла по соседям. Попросила прийти к ней вечером на разговор с чаем и пирожками с малиной.
Почти все женщины пришли. Изба тети Глаши пахла пирогами. Соседушки садились за дубовый, большой стол. Еще ее покойный муж своими руками сделал.
— Ну, что соседушки, как выручать Ваню будем. Дети его не могут к себе забрать. Они заняты. А ему уход нужен. Сегодня скорая приезжала.
Женщины замолчали, вспоминая своих детей. Первой заговорила старшая из них Варвара.
— Да, совсем сдал Ваня, когда еще Верочка жива была. Он как "огурчик" был. И ухоженный и сыт. По дому все сам делал, несмотря на годы. А как ее сердешной не стало, так и он стал болеть.
Соседушки еще долго вспоминали про житье-бытье в молодые годы в деревне. Все они были уже вдовые. Дети разъехались по городам и странам. А они любят свою деревню и куда ехать? Здесь могилы дедов да и жизнь здесь вся прошла.
Договорились ходить к Ване каждый день. Про их сговор ему ни гугу.
Вечером к Ване зашла тетя Маруся. Принесла ему супчика, котлеток паровых.
— Добрый вечер Ваня, как ты? Видела скорая у твоих ворот стояла. Зашла узнать, что случилось.
—Давление замучило Маруся, вот таблетки оставили. пить сказали.
— А ты пил?
— Да одну.
Маруся взяла коробочку с лекарством, одела очки, прочитала рекомендации.
— Ваня здесь написано, что пить до еды три раза в день. Давай выпьем одну и перед сном тоже сам выпьешь. Или мне зайти?
Ваня закивал головой. Понимая, что у Маруси не увильнешь. На утро пришла Глаша, потом Стеша и так каждый день. Варвара принесла свой тонометр. Иван Васильевич был под хорошим контролем и уходом. Через две недели он уже стал выходить из дома. Сидеть на лавочке с мужиками. Курить пришлось правда бросить.
Всей деревней женщины "поставили на ноги" Ивана Васильевича. Тетя Глаша все же не удержалась и позвонила сыну Вани.
— Что же ты засранец такой, своего отца одного оставил больного. Работает он, видишь ли ? Отпуск взял бы. И за отцом ухаживал. А ты помнишь, как ногу сломал, отец тебя на руках в больницу нес почитай 5 км. Эх ты, Сеня, Сеня, совсем совесть потерял. Мы твоего отца всей деревней выходили. Так что на скорое наследство не надейся.
Семен долго молчал, видимо стыдно стало. На утро приехал к отцу.
— Поехали к нам папа, тебе уход нужен.
—Спасибо сынок, уход мне нужен был три недели назад. А сейчас я уже здоров. Меня все женщины на ноги поставили. Если, что они мне помогут. А ты работай сынок, хотя всех денег не заработаешь.
Семен покраснел. Долго еще уговаривал отца. Понял всю бесполезность своих уговоров уехал в город.
Утром Иван Васильевич пришел в дом Глаши.
—Возьми паспорт, в город поедем.
Тетя Глаша не ожидала такого поворота, взяла паспорт, надела лучшее платье. На рейсовом автобусе они доехали до города. Иван Васильевич привел ее к нотариусу.
— Дарственную хочу на тебя Глаша оформить на все что у меня есть. А уже когда случится, ты сама распорядись наследством и женщин не обидь.
Тетя Глаша с удивлением посмотрела на Ваню.
— Ну, раз так решил, отговаривать не стану.
В душе надеясь на другой исход.
Он подписал дарственную и отдал ее Глаше.
— Хоть раз в жизни поступил правильно! — подумал Иван Васильевич.
Читайте: Под лежачий камень вода не течет
А вы, дорогие читатели, когда последний раз навещали своих родителей или пожилых родственников?