Стоя перед шлюзом внешнего контура, Алекс рассматривал расположенный возле люка кнопочный пульт управления. Он не понимал, каким образом, введенные в состояние сомнамбулизма космонавты умудрились пройти через шлюз внешнего контура и оказаться снаружи, ведь чтобы совершить подобные действия, нужно знать код доступа.
В наушниках гермошлема послышался голос капитана Мордера:
– Алекс, толкай люк.
– Толкать люк? – не понял Алекс.
– Да. Просто толкай.
– Я думаю, этот способ не сработает. Здесь кодовый замок. Необходимо ввести код доступа.
– Напрасно, ты так думаешь, – ответил капитан Мордер.
– Неужели?! – не веря в то, что шлюз являющийся переходом между внутренним пространством корабля и открытым космосом, можно вот так запросто открыть, элементарно толкнув его.
– Смотри, – сказал Мордер. Пройдя мимо пехотинцев и приблизившись к люку, он с силой надавил на него.
Почувствовалась незначительная вибрация, свидетельствующая о включении автоматики. Люк плавно подался внутрь и открылся, освободив проход во внутренне пространство шлюза.
Эмоции Алекса, в полной мере проявились в интонации его голоса:
– Как?! Как такое может быть?!
– Всё до безобразия просто, – сказал Мордер и обратился к сержанту Дотову, – Борис, у нас ведь все аварийные шлюзы под контролем?
Сержант Дотов включил экран наручного коммуникатора скафандра и сказал:
– Да. Пока мы шли, я посмотрел схему аварийных коммуникаций и выяснил, что оказывается, во время чрезвычайных ситуаций, все шлюзы через которые может производиться аварийная эвакуация, переходят под управление специальных групп.
– Мы как раз и являемся такой группой, – продолжил капитан Мордер, – Это сделано для того, чтобы повысить эффективность действий при проведении спасательных операций.
– Но это ещё не самое интересное, – сказал Дотов.
– Да, да. Читай, – сказал капитан Мордер.
– В примечании написано, – сказал Дотов и стал читать текст, – В случае разгерметизации девятого уровня, аварийные люки шлюзовых камер автоматически переводятся в ручной режим управления.
– Слышал? – сказал капитан Мордер и взглянул на Алекса.
– Тогда всё становится намного проще, – сказал Алекс.
– Согласен, – сказал капитан Мордер.
– Давайте, наконец, найдём наших пропавших сомнамбул, – сказал Алекс и прошел внутрь шлюзовой камеры.
На другой стороне шлюза, люк открылся так же просто. Не прошло и четверти минуты, как группа пехотинцев покинула внутреннее пространство шлюза. Люк за их спинами плавно закрылся, обеспечив герметичность шлюзовой камеры внешнего контура корабля.
Космонавты, выйдя в открытый космос, оказались вблизи импульсных катушек генератора магнитного поля ионного двигателя. Его размеры были огромными и пехотинцы, оказавшись на трапе, огибающем ионный двигатель, попали под впечатление от созерцания гигантских конструкций корабля.
Так прошло ещё несколько секунд, пока капитан Мордер не сказал:
– Алекс, показывай куда идти, ты ведь знаешь, где находятся пропавшие космонавты?
В памяти Алекса всплыла пространственная схема генератора силового поля, ведь где-то там, за ним, если вспомнить пурпурный чертёж, воспроизведённый в его собственном воображении наноагентами Аниида, располагались зелёные точки. Эти точки, по всей видимости, означали присутствие людей.
– Да. Пойдём, – сказал Алекс и направился вдоль трапа, который лежал на фермах жестких конструкций двигателя Апейрона.
Не широкий, всего в пару метров трап, огибая гигантские конструкции двигателя Апейрона, протянулся вдоль панелей, из которых составлялась верхняя часть корпуса сверх проводимых катушек индуктивности. Эти устройства служили для создания мощного магнитного поля. Создаваемое катушками электромагнитное поле формировало в своём фокусе плотное облако положительно заряженных частиц – ионов. Ионизированное облако, обладая массой, являлось реактивным материалом ионного двигателя. Мощное магнитное поле, мгновенно разгоняя ионы до скорости света, передавало на жесткую конструкцию корабля реактивный импульс, который и придавал кораблю ускорение.
Алекс продолжал идти в ту сторону где, по его предположению находились космонавты. Шаг за шагом он приближался к ним. Конструкция ферм, составляющая скелет корабля, не давала возможности сразу увидеть людей, но вскоре из-за изгиба магнитных систем двигателя, вдалеке, показался первый космонавт.
Алекс прекратил движение. Он остановился в ожидании, когда к нему подтянутся пехотинцы.
Заметив это, капитан Мордер спросил:
– Алекс, что случилось, почему ты остановился?
– Я вижу людей. До них примерно метров двести пятьдесят.
Вскоре капитан Мордер и сержант Дотов оказались рядом с Алексом, за ними шли остальные члены группы сопровождения.
– Вон, – сказал Алекс и показал в том направлении перчаткой скафандра, – Космонавт за изгибом магнитных систем. Видите?
– Да, вон, вижу, – сказал Мордер.
За плавным обводом магнитных систем двигателя, Мордер и Дотов увидели, только одного космонавта. Он стоял неподвижно, выдавая своё местоположение светящимся во тьме открытого космоса, неярким источником света нашлемного фонаря скафандра. Группа пехотинцев продвинулась по трапу ещё на несколько метров вперёд, чтобы в поле зрения пехотинцев попали все остальные космонавты. При этом расстояние оставалось достаточно большим для того, чтобы не потревожить их искусственный сон.
– Похоже, что все здесь, – сказал Мордер.
– Нужно в этом убедиться, – сказал Алекс и начал пересчитывать обнаруженных космонавтов.
– Считай по нашлемным фонарям, – сказал сержант Дотов.
– Я так и делаю.
– Хорошо.
Вскоре Алекс пересчитал людей. Их было девяносто пять человек, что Алекс и озвучил:
– Все на месте, все девяносто пять.
– Отлично. Как будем действовать дальше? – спросил капитан Том Мордер.
– Тревожить их покой, ни в коем случае нельзя, – сказал инженер Алекс Годман.
– Да, уж, это точно, а то разбегутся как в прошлый раз, – предположил сержант Борис Дотов.
– Может быть, провести с кем-нибудь из них эзотерический контакт? – предложил Алекс.
– Что нам это даст?
– Трудно сказать, – ответил Алекс.
– Вот-вот. В прошлый раз, из этого ничего не вышло, – сказал Мордер.
– Тоже верно. А если, как-то отключить наноагенты и освободить людей от их воздействия? – предложил Алекс.
– Неплохая идея, – согласился Мордер.
– Как бы, это сделать? – сказал Дотов.
– Кабы знать, как это сделать? – почему-то сказал Алекс.
– Кабы знать, кабы знать? – заладил Боря Дотов.
– Разве мы не знаем? – озадачился Алекс.
– А как мы тебя, тогда «вылечили»? – сказал капитан Мордер, характерным жестом, обозначив кавычки, когда произносил глагол «вылечили».
– В медицинском центре, – сказал Алекс.
– Да нет. Ну, скажи мне, в этом, как его, в магнитно-резонансном томографе! – капитан Мордер, наконец, произнёс название диагностического устройства.
– Кабы знать, кабы знать, – продолжал твердить сержант Дотов, но теперь, эти слова приобрели форму незатейливой песенки.
– Точно! – подтвердил Алекс.
– Что, точно? – прервав свою песню, спросил Дотов.
– Томограф, – повторил Алекс.
– Выходит, что всех космонавтов инфицированных наноагентами, придётся доставлять на самый верх, на первый уровень корабля, в отделение медицинской диагностики и там их, как бы «размагничивать»? – обобщил капитан Мордер.
– Кабы знать, кабы знать, а мы, что, разве не знаем? – спросил Дотов.
– Должны знать. Надо ещё подумать, – сказал Алекс.
В этот момент, ему вспомнилось то, что происходило на первом уровне корабля, в отделении медицинской диагностики. Когда, поведённый эксперимент дал положительные результаты и позволил сознанию Алекса, после нескольких месяцев пребывания под управлением наноагентов, освободиться от гнетущего влияния и помочь, вновь обрёсти воспоминания и вернуть своё прошлое. В сознании Алекса вспыхнул устойчивый образ Лии, но сейчас её рядом не было, она находилась в аппаратной систем энергообеспечения, в центральном секторе, седьмого уровня Апейрона.
– Так, думай! – сказал сержант Дотов и посмотрел на инженера Годмана, так, как будто он единственный, кто может это делать.
Алекс, услышав слова Дотова, не без труда отвлёкся от своих мыслей и найдясь в ситуации, спросил:
– А ты, разве, не в состоянии пораскинуть мозгами и что-нибудь предложить?
– Разумеется, в состоянии, но ведь...
– Понимаешь, в чём дело, Алекс, – не дав завершить Дотову фразу, сказал Мордер, – И я, и сержант Дотов, мы тоже думаем. Но, ведь ты у нас инженер.
– Это похоже на заговор, – подметил Алекс.
– Кабы знать, кабы знать? – продолжил свою песенку сержант Дотов.
Группа пехотинцев оставалась на месте, не решаясь пройти в сторону найденных космонавтов.
– Думай, думай! – сказал сержант и продолжил бормотать свою песенку.
– А если использовать магнитное поле двигателя?! – озвучил свою догадку Алекс, неожиданно всплывшую из глубины подсознания.
– Какого двигателя? – капитан Мордер почувствовал, что в странном предложении Алекса может находиться решение проблемы.
– Двигателя Апейрона, – сказал Алекс.
– Красиво, что тут скажешь, – сказал Том Мордер и стал рассматривать плавно изогнутые обводы магнитных систем двигателя Апейрона.
– В смысле? – не понял Алекс.
– Элегантное решение задачи, – добавил капитан Мордер.
– Кабы знать, кабы знать? – запел сержант Дотов, а потом сказал, – Вот Алекс, наконец-то ты собрался и предложил что-то дельное.
Завершив фразу, Дотов похлопал Алекса по плечу и добавил: – Догада, однако!
Мордер с гордостью посмотрел на Алекса и сказал:
– Благодаря твоей догадке, мы спасли девяносто пять человек.
– Ну, пока ещё не спасли, – возразил Алекс, не в состоянии отвлечься от образа Лии, который продолжал белым, пепельным светом, настойчиво сиять в его сознании.
– Приступаем! – разрезав события на «до» и «после», сказал капитан Мордер и продолжил, – Сержант Дотов, переведите режим связи подразделения на открытый канал связи.
– Есть, – сказал Борис Дотов. Включив коммуникатор на вкладке связь, нажал кнопку с надписью «Сообщения».
Открытый канал связи моментально взорвался потоком сообщений.
– Ого! – произнёс Дотов.
– Что происходит? – спросил Мордер.
– Ого-го-го! – продолжал Дотов.
– Говори уже, – в нетерпении сказал капитан Мордер.
– Довожу сообщения, – сказал Дотов и стал их зачитывать, – Аварийная ситуация на седьмом уровне устранена. Пробоина заделана. Обеспечена герметичность всего седьмого уровня. Восстановлены порталы «7А» и «7Б», и отремонтированы стыковочные палубы на посадочных площадках. Введены в действие шлюзовые ворота вышеперечисленных порталов. Все автоматические шлюзы перекрыты. Производится заполнение уровней дыхательной смесью. Восстанавливается температурный режим.
– Вот это да! – произнёс Мордер, – Это, конечно, всё хорошо, но нам нужно включить двигатель, чтобы воздействием магнитного поля стереть программы наноагентов управляющих космонавтами.
– Выходим на связь с начальником аварийной партии? – спросил сержант Дотов.
– Давай, жми, – сказал Мордер.
Сержант Дотов на коммуникаторе нажал кнопку «Открытый канал связи» и все сразу услышали голос Раяна Стелза:
– Капитан Мордер, капитан Мордер, вы куда пропали? Почему не выходите на связь?!
– На связи, – отозвался Мордер.
– Вы отключились. Я не знаю, что у вас там происходит, немедленно докладывайте! – Стелз кричал так, как будто хотел, чтобы его услышали через вакуум космического пространства.
– Докладываю, – голос Мордера был чётким и громким, – Найдены девяносто пять космонавтов, все живы, но находятся в состоянии сомнамбулизма.
– Что?! Какого сомнамбулизма, – спросил Стелз.
– Обычного сомнамбулизма.
– Так, ага, не понял, – произнёс Стелз, и как бы для себя, находясь в некотором недоумении, повторил вопрос, – Какого ещё сомнамбулизма? Капитан, вы, что там, кино снимаете?
– Нам пока не до кино.
– Давай, что дальше?
– Необходимо развернуть магнитное поле в зоне двигателя Апейрона.
– Зачем?
– Это необходимо для возвращения людей.
– Так. Не понял, – сказал Стелз, а затем спросил, – Зачем тебе нужно магнитное поле?
– Это необходимо для вывода космонавтов из состояния сомнамбулизма.
– Сомнамбулизма?! – интонация Стелза выражала чувство растерянности и непонимания.
– Да! – ответил капитан Мордер.
– Так, ага, - задумался Стелз.
В эфире возникла тишина. Наконец, капитан Мордер, проявляя терпение и перейдя на повышенный тон, сказал:
– Что же здесь непонятного?! Дайте распоряжение включить первый контур магнитной системы двигателя корабля, и подготовьте три спасательных шлюпа для доставки людей на первый уровень!
– Зачем?
– Что, зачем?
– Три спасательных шлюпа.
– Для эвакуации людей.
– Ясно. Хорошо. Значит, необходимо подключить магнитные системы двигателя?
– Да. Подключите их на пять минут.
– Как скоро присылать челноки?
– Высылай сейчас, пока они прибудут, уже отключат магнитное поле. После этого мы сможем доставить людей на верхние уровни корабля, – сказал Мордер.
– Ждите. До связи, – сказал Стелз.
Пехотинцы стояли на трапе обслуживания магнитных систем корабля и ожидали их подключения. Вдруг почувствовалась сильная вибрация. Трап, на котором находились космонавты, буквально начал уходить из-под ног. Металлические предметы, оказавшиеся в зоне действия магнитного поля, стали притягиваться к магнитным катушкам двигателя. Люди, облачённые в скафандры и боевое снаряжение, имеющее большое количество металлических деталей, почувствовали нарастающую силу, действующую извне. Это было похоже на внезапное появление притяжения. Оно влекло людей не вниз, а в сторону, туда, где по отношению к космонавтам располагались магнитные системы двигателя. Хоть пехотинцы и ждали включения поля, но его воздействие оказалось слишком мощным и нарастало чрезвычайно быстро.
– Что это?! – от неожиданности происходящего выпалил сержант Дотов.
– Электромагнитное поле! – едва успел выкрикнуть капитан Мордер в ответ, как вдруг, он и все те, кто находились на трапе, под воздействием непреодолимой силы, грохнулись на панели корпуса магнитных систем двигателя.
– Все живы? – это был голос капитана Мордера.
– Руки, ноги целы? – спросил сержант Дотов.
– Да, что с нами может случиться в боевом-то скафандре, – сказал рядовой Влад Бреккер. В попытке встать, он оказался в положении «на четвереньках».
Рефлекторно сопротивляясь действию магнитного поля, пехотинцы стали подниматься на ноги. Легко это никому не давалось. Прикладывая значительные усилия, люди, вставали на четвереньки, поднимались на колени, а уж затем, из этого положения, ставя одну из ног подошвой на поверхность и упираясь руками в колено, принимали вертикальное положение.
– Магнитное поле! Спасибо, что просветили, – сказал Коста Читто, пытаясь оторвать от поверхности магнитных систем массивный гранатомёт.
– Вот это метаморфозы! – удивился Гарри Тор, когда, вставая на ноги, сделал несколько шагов по округлой поверхности панелей с целью удержать равновесие.
– Давит сильнее, чем искусственное притяжение, – приглушенно произнесла рядовой Соня Ломова, оценивая силу с которой снаряжение притягивается к магнитам.
– Это точно! – согласился Чау Ван, выравнивая своё положение в магнитном поле, под воздействием которого система видео регистрации, прикреплённая к шлему его скафандра, стала намного тяжелее.
Теперь низ оказался сбоку. Несколько секунд ушло на то, чтобы сориентироваться в изменившейся обстановке. Пехотинцы, стоя на поверхности магнитов, повернулись перпендикулярно по отношению к своему прежнему положению, при этом, хоть и с трудом, но они были способны перемещаться по поверхности панелей закрывающих внутренние системы магнитов.
В этот момент, сержант Дотов, оторвав свой пулемёт от магнитной поверхности, и приняв его в положение навскидку, обратил внимание на то, что находящийся недалеко от него Алекс Годман, не поднимается и не двигается.
– Алекс! Ты как? С тобой всё нормально? – спросил Дотов, но ответа не услышал.
Дотову это показалось странным. Сержант приблизился к неподвижно лежащему Алексу и посмотрел сквозь стекло гермошлема, в то же миг, увидев серое безжизненное лицо, вскрикнул:
– Капитан! Инженер Годман без сознания.
– Как без сознания?! – не ожидая подобного развития событий, воскликнул капитан Мордер. Он бросился к Алексу, чтобы оценить его самочувствие.
В этот момент Дотов включил коммуникатор на скафандре инженера Годмана и запросил страницу мониторинга жизненных функций.
– Что с ним? – спросил Мордер в одно мгновение, оказавшись рядом.
– Сейчас узнаем. Вот только данные на экран выведу, – ответил Дотов.
– Давай, выводи живее, – поторопил сержанта Мордер.
– Готово! – сказал Дотов, когда на экране коммуникатора появились жизненно-важные показатели значений.
Мордер и Дотов увидели выделенный красным цветом мигающий сигнал тревоги. Напротив данных об артериальном давлении и частоте сердечных сокращений значились цифры, выходящие за параметры допустимых значений.
Пехотинцы собрались вокруг. Они стали свидетелями того факта, что монитор жизненных функций инженера Алекса Годмана выдавал сигнал тревоги. Обратив внимание на остальных космонавтов, пехотинцы увидели, что находящиеся поодаль найденные люди лежали на поверхности магнитных систем. Одной из первых, на это обратила внимание рядовой Соня Ломова. Она, предположив, что с теми людьми может произойти то же самое, что и с инженером Годманом крикнула:
– И остальные космонавты без сознания!
– Проверьте, что с ними, – скомандовал капитан Мордер и отправил туда всю свою группу.
Пехотинцы в темпе двинулись в сторону, где на магнитных системах лежали без движения девяносто пять космонавтов.
Оставшись возле Алекса, Мордер, по радиосвязи стал вызывать начальника аварийно-спасательной партии.
– Стелз, приём! Приём! Стелз, на связь!
– Что у вас происходит?! – встревоженным голосом отозвался Стелз.
– Немедленно отключите магнитное поле! – потребовал Мордер и продолжил, – Приём, приём! Отключите магнитное поле!
– Уже сказал. Ждите! – засуетившись, ответил Стелз.
– Быстрее отключите магнитное поле! – продолжал требовать капитан Мордер.
– Уже, уже отключают, – в ответ выпалил Стелз.
Не прошло и нескольких секунд как зудящая вибрация и магнитное псевдо притяжение, давящее через металлические детали скафандров и снаряжения на тела людей прекратились. Действие магнитного поля завершилось. Возникла напряженная тишина, которую нарушил встревоженный голос начальника аварийно-восстановительной партии Раяна Стелза:
– Капитан, что у вас произошло?
– Найденные космонавты, все девяносто пять человек, и инженер Алекс Годман находятся без сознания.
– Почему?! – вопрос Стелза прозвучал как восклицание.
– Предположительно, из-за воздействия магнитного поля, – ответил Мордер.
– Капитан, как такое могло произойти?
– Видимо, мощность магнитного поля оказалась слишком велика.
– Капитан, как же так?!
После этой фразы в эфире повисла тишина, которую вскоре прервал капитан Мордер:
– Спасательные челноки где? – спросил он.
– Пока ещё на посадочной площадке первого уровня, – ответил Раян Стелз.
– Взлетайте быстрее, людям срочно нужна помощь!
– Через тридцать минут, будем, – сказал Стелз.
– Слишком долго.
– Идём конвоем, если быстрее, рискуем разбить челноки.
– Ясно. Медицинский сектор первого уровня готов для приёма пострадавших космонавтов?
– Разумеется, – ответил Стелз.
– Мы ждём, сказал Мордер.
– Мы скоро прибудем, – подтвердил Стелз.
Капитан Мордер включил наручный коммуникатор скафандра. На вспыхнувшем ярким светом экране под надписью «Группа Альфа», он нажал кнопку «Закрытый канал связи», при этом кнопка «Открытый канал связи» погасла.
Том Мордер, так ужасно себя никогда не ощущал. Он знал, что ответственность за происшедшее полностью лежит на нём. Он не мог предполагать, что поле магнитных систем двигателя Апейрона, обладает мощностью способной нанести какой-либо серьёзный вред людям. Но всё оказалось не так. Мордер понимал, что решение принятое им, было опрометчивым, необдуманным, принятым спонтанно, и это привело к плачевному результату. Он знал, что сейчас самым важным является скорейшее оказание пострадавшим космонавтам всевозможной медицинской помощи.
Магнитное поле прекратило своё действие и пехотинцы, передвигаясь в условиях невесомости, суетились вокруг потерявших сознание людей и проверяли индивидуальные параметры жизненно-важных показателей.
Мордер взял Алекса на руки и направился вдоль трапа, туда, где на панелях магнитных систем находились остальные космонавты.
Приближаясь к группе пехотинцев, капитан Мордер, обращаясь к ним по радиосвязи, спросил:
– Что показывают медицинские датчики?
– Командир, – Соня Ломова отозвалась первой, – Показатели жизненно-важных функций находятся за пределами нормы.
– Продолжайте проверять, и ещё раз убедитесь, здесь ли все космонавты, – сказал Мордер и обратился к сержанту Дотову, – Борис, назови имя лётчика, который пилотировал челнок СБ-15.
– Его имя Мич Снайкс. Он живая легенда.
– Так уж и легенда.
– Серьёзно. Без шуток.
– Да, знаю я.
– Зачем тебе он понадобился?
– Челноки прибудут через полчаса, а Мич, насколько я знаю, может выполнить рейс намного быстрее, разве не так?
– Так-то оно так, вот только начальник аварийно-спасательной партии будет вне себя от такой самодеятельности.
– Ответственность беру на себя, – сказал Мордер.
– Как знаешь, но лично я считаю, то, что ты задумал, поможет спасти жизнь и здоровье людям.
– Надеюсь на это.
– Тогда, вызывай легендарного Мича Снайкса.
К этому моменту времени капитан Мордер оказался рядом с космонавтами и поместил Алекса, находящегося в бессознательном состоянии, на одну из панелей магнитных систем двигателя. Затем он включил наручный коммуникатор и на вкладке связь нажал кнопку «Открытый канал связи», при этом кнопка «Закрытый канал связи» погасла.
– Вызываю на связь, СБ-15.
За штурвалом спасательного борта СБ-15, по-прежнему находился виртуозный пилот Мич Снайкс. Он был знаменит своими скоростными посадками на различные космические объекты. За это умение, его не единожды хотели отстранить от пилотирования, но каждый раз, всё заканчивалось обычным внушением.
– СБ-15 на связи, – неожиданно скоро отозвался пилот челнока.
– Мич, это ты? – спросил Мордер.
– Да. С кем имею честь..?
– Это Том Мордер, командир группы поддержки.
– Том привет! Чем обязан?
– Нужна помощь.
– Нет проблем.
– Ты, случаем, не хочешь узнать, что нужно делать? – задал вопрос капитан Мордер.
– Нужно быстро переместиться из точки «А» в точку «Б». Угадал?
– Именно так, – подтвердил капитан Мордер.
– Вы где находитесь? – спросил Мич Снайкс.
– На внешнем трапе первого контура ускорителя, прямо на его магнитной системе.
– Номер сектора, – прозвучал голос Мича.
– Три. Третий сектор, – сообщил Мордер.
– Сколько людей нужно перевезти?
– Сто человек!
– Они, что, все ранены?
– Не знаю. Они без сознания.
– Ничего себе! – удивился Мич Снайкс.
– Мич, смогут ли все разместиться на борту челнока?
– Конечно. Всех погрузим.
– Мич, как ты так можешь говорить? Они же все живые люди.
– Разместим, тогда всех разместим. Обязательно.
– Давай не тяни время, мы тебя ждём! – сказал Мордер.
– Всё, давай! Сейчас буду, – ответил пилот.
Мич Снайкс, через фонарь кабины пилота осмотрел площадку, на которой располагался его челнок. Он пристегнулся к креслу ремнём безопасности и увеличил обороты компрессоров реактивных двигателей до режима взлёта. Затем, коснувшись пальцем джойстика курсового движения, кратковременно и энергично нажал на него.
Маневровые двигатели челнока СБ-15 выбросили в космос реактивную порцию пламени. Шлюп моментально оторвался от посадочной площадки первого уровня и стал подниматься над остальными челноками.
Реакция начальника аварийно-восстановительной партии не заставила себя ждать.
– Мич Снайкс, ты, что делаешь?! – в эфире бортовой связи раздался раздраженный голос Раяна Стелза.
– Взлетаю.
– Зачем?! Я не давал таких указаний.
– Нельзя терять времени. Ухожу к первому контуру ускорителя!
– Что минуту подождать не в состоянии? Мы, ведь, тоже сейчас взлетаем и отправляемся туда же!
– Извини Раян! Передвижение челноков группой ограничивает манёвренность, поэтому я в одиночку прошвырнусь туда и доставлю людей к порталу медицинского сектора.
Тишина продолжалась недолго, пока капитан третьего ранта, начальник аварийной партии Раян Стелз, не сказал:
– Мич! Давай! Пока ты маневрируешь, мы тебе мешать не будем, все остальные челноки останутся на посадочных площадках.
– Отлично.
– Давай! Если, что скажешь, я разрешил.
– Есть. Выполняю манёвр!
К этому времени челнок СБ-15 отдалился от края посадочной площадки первого уровня со стороны третьего сектора на расстояние, достаточное для безопасного выполнения скоростного манёвра с максимальной перегрузкой.
Мич Снайкс, развернул летательный аппарат СБ-15 по курсу движения, затем увеличив обороты топливного компрессора до режима форсажа, плавно, и глубоко, нажал на кнопку включения маршевых двигателей.
– Мир вашему дому! – едва успел произнести Мич Снайкс слова из известной песни, как…
Выброс плазмы осветил яркой вспышкой всю посадочную площадку первого уровня, а сам челнок СБ-15 упруго набирая скорость, как будто обрушившись вниз, мгновенно покинул свое местоположение, скрывшись за краем посадочной площадки портала первого уровня Апейрона.
Как только был произведён старт, пилот челнока СБ-15 Мич Снайкс подвергся невероятным перегрузкам. Борясь с оттоком крови от головного мозга и возникших в связи с этим зрительных искажений и слуховых галлюцинаций, он контролировал полёт аппарата. Спустя несколько секунд после старта, управляя джойстиком позиционирования борта, пилот Снайкс, запустил маневровые двигатели, которые начали закручивать челнок по часовой стрелке в плоскости «горизонта».
Мич Снайкс отслеживал угол поворота челнока по монитору навигации. Он выждал некоторое время и когда челнок развернулся на сто восемьдесят градусов, продолжая движение маршевыми двигателями вперёд, коротким нажатием кнопки запустил систему экстренной стабилизации в пространстве относительно главного объекта, которым в данном, конкретном случае являлся межзвёздный корабль поколений Апейрон. Включились сразу несколько двигателей. Из их сопел начали извергаться струи реактивных выхлопов. В какой-то момент маршевые двигатели челнока выдали в пространство огромную порцию плазмы. Резко замедляясь, челнок «припарковался» в нескольких десятках метров напротив того места, где на магнитной системе первого контура ускорителя в ожидании помощи находились космонавты. Движение челнока прекратилось, сменившись болтанкой паразитных колебаний, которую надёжно погасила совместная работа маневровых двигателей системы стабилизации.
– Ого! – только и смог сказать сержант Борис Дотов, когда прямо перед ним, как будто обрушившись с небес, внезапно появился спасательный борт.
С энергией, извергая из себя плазму короткими вспышками маневровых двигателей, челнок завис напротив ожидавших его людей. В кромешной темноте открытого космоса, Спасательный борт СБ-15 торжественно расцвеченный габаритными огнями и множеством иллюминаторов, плавно приближался к трапу, где находились космонавты.
– Мич, твой челнок похож на извергающего пламя дракона, – глядя на СБ-15, сказал капитан Мордер.
– Как неожиданно. Спасибо! Это всего лишь спасательный борт, – произнёс Мич Снайкс, всё ещё испытывая последствия перегрузок.
СБ-15 плавно приблизился к трапу магнитного контура двигателя Апейрона. Как только борт СБ-15 неподвижно завис в нескольких сантиметрах от края трапа, открылся боковой люк челнока.
– Том, люди готовы к перемещению на борт? – голос пилота, как всегда был бодрым.
– Разумеется, Мич.
– Хорошо. Размещайте людей.
– Отлично, приступаем.
Пехотинцы стали перемещать обездвиженных космонавтов на спасательный шлюп. Вскоре, когда на его борту были размещены все люди, челнок направился на первый уровень Апейрона к внешнему порталу медицинского сектора.