Пою я с детства. Когда училась в музыкальной школе, пела в хоре, которым руководила моя мама. Она до сих пор для меня образец первоклассного хормейстера и учителя. Но она никогда не задумывалась над тем, что у меня могут быть какие-то перспективы на поприще пения. Она мечтала, чтобы я стала скрипачкой. Я ею и стала. Мама рисовала себе картинку, на которой я работаю в филармонии в симфоническом оркестре. Но сценарий пошёл другой. Я работала в оркестре, но не в том, где мама хотела меня видеть. Она немного огорчилась, но этим и закончилось. Моя музыкальная судьба развивалась по нетрадиционному сценарию.
Мне тоже не приходило в голову, что когда-нибудь я стану профессионально заниматься пением. Петь мне нравилось. Всем нравится петь) С подругами мы собирались на квартире и под гитарные переборы слушали песни Визбора, Окуджавы, Дольского, Розенбаума. Я купила гитару, самоучитель и тоже стала перебирать аккорды и петь. У меня получалось.
Но пойти в училище на факультатив по вокалу мне не приходило в голову. Я была помешана на скрипке. Зато наш теоретик настойчиво агитировал меня заняться серьёзно композицией.
Петь я стала намного позже, уже студенткой института. Когда надо было заработать, я устроилась певчей в церковном хоре. Там ведь не обязательно быть певцом, надо просто чисто петь. Но скоро я поняла, что быть певчей трудно. Всё-таки нужны навыки профессионального пения. Рядом стояли студенты вокального факультета и справлялись с партиями, не моргнув глазом.
Пошла я на кафедру педагогической практики к профессору Маргарите Ивановне Червонюк. Она очень быстро вывела меня в третью октаву, я почувствовала вкус к этому делу и стала заниматься. В хоре я уже не пела, надо было готовить выпускную программу по скрипке , но пение оставить не смогла и занятия продолжились.
Потом снова был перерыв, связанный с замужеством и рождением ребёнка, выездом на пмж в Россию ( начало 90-х). Временя были дикие, обыватели вроде меня ничего не понимали и выживали, как могли. Я продолжила работу, имея маленькую дочь, - села в оркестр. Потом узнала, что есть местное училище искусств, пошла туда. Потому что вокальный зуд не давал покоя.
Меня приняли, мне было около тридцати. Закончила экстерном за два года с красным дипломом. На выпуске пела сольный концерт, за который получила 5+. То есть с вокалом я прям подружилась, как говорится, «зашло». Даже поехала на местный конкурс и что-то там получила.
Но что мне было с этим всем делать? Где работать и как развиваться? Был местный камерный театр, но с ним как-то не завязалась дружба. Там нужна была певица для колоратурной партии, а я не колоратура.
Потом жизнь забросила в Москву. Здесь возможностей было побольше. Но сразу встала проблема: возрастной ценз. Уже тогда он был довольно жёстким. Мои попытки попасть в театр ничем не увенчались. Петь приходилось достаточно много, но всё это было не то, чего я хотела. Я стала сама организовывать свои выступления: сольные концерты. Это было не особо денежно, но принесло свой результат: мой уровень вырос, я смогла поступить в РАМ им. Гнесиных и там отучилась.
Я много занималась, выступала, но понимала, что всё это не имеет какого-то организованного порядка: меня раздражает то, что приходится ломать голову над реализацией билетов, рекламой. Просто договариваться, искать площадки. Всё это отнимает кучу времени и энергии. При этом надо ещё на хлеб зарабатывать, - преподавать. А это совершенно изнурительное занятие.
И вот грянул кризис. Всё изменилось. Все побежали в социальные сети, артисты лихорадочно ищут выхода и спроса на своё творчество. А публика такая пресыщенная, что её трудно удивить и привлечь. Да и вскусы у неё, мягко скажем, не те…
Вопрос «что делать?» остаётся в повестке. Весь путь в профессии оказался путём непрерывных отчаянных попыток выжить и уцелеть. Встают и другие насущные вопросы. Искусство невозможно без запаса физической прочности. Приходится и этим заниматься. Кризис валится за кризисом, но последний меня радует.
Я как-то не могу принять проблему «возраста». Я свято верю в то, что у каждого свой час и своё время, своя траектория движения. На своём пути я останавливалась, сворачивала в сторону, но всегда возвращалась снова в своё русло. Я в бесконечном поиске «счастья». От этого внутри ощущение потерянности. Ничего себе….