Предыдущая часть
Мироустроение в романе
Когда речь заходит о построении художественного пространства в «Доме, в котором», необходимо сразу заметить, что здесь присутствуют два плана, характерных для мифа: сакральный – Изнанка, полуосознанная или неосознанная самими героями, и профанный – реальный Дом, видимый и воспринимаемый всем сообществом (рисунок 1).
Еще не стоит забывать о существующем здесь же мире взрослых, дворе, откуда видна Наружность, и где происходит не пугающий контакт с ней, самой наружности и двух летних «филиалах Дома» - санатории и пустующей лыжной базе, куда детей вывозят на лето.
Очевидно, что пространство выстроено до чрезвычайности сложно, что создает его многомерность и дает простор в плане трактовок.
Между тем влияние Изнанки и ее законов на обитателей Дома очевидно и неоспоримо, потому что даже Фазаны, прямого доступа к Изнанке не имеющие, выпадающие из общего ряда стай, знают, например, что хозяином Дома является Слепой - и знают это непреложно и неоспоримо; никто из них не задается вопросом «почему?».
Что есть Изнанка в мироустроении Дома? Насколько она была создана подсознанием героев, и насколько - открыта ими? Для начала, можно разделить героев на следующие категории (рисунок 2):
1. Те, кому Изнанка недоступна (Черный, Помпей);
2. Те, кто попадает в нее непроизвольно (прыгуны, например, Лорд и Кузнечик. Курильщик тоже относится к прыгунам);
3. Те, кто может осознанно устанавливать с ней контакт (ходоки, например, Слепой и Стервятник);
4. Те, кто постоянно живет в ней (как Толстый и Слон).
Видна некоторая градация того, как взаимодействует сакральное пространство с героями романа. Те, кто совершенно не может контактировать с Изнанкой, отлично приспособлены и организованы в жизни профанной, в реальности. Те, кто живет только на Изнаночном плане, в реальном слое способны только на самое простое взаимодействие. Для них фактически не существует реальности и хоть сколь-нибудь осознанного ее восприятия.
Прыгуны же и ходоки являются самыми сильными фигурами романа, им доступны (в различной степени) способы проникновения в сакральный пласт, но вместе с тем они не теряют способности логически мыслить и осознавать увиденное и услышанное в обоих пластах. Ходоки имеют, кроме того, еще и осознанную способность попадать на Изнанку и выходить из нее, что дает им преимущество над Прыгунами, которые непроизвольно туда попадают и могут застревать там на много лет.
Кроме того, есть напитки, позволяющие открыть эту способность попадания на Изнанку, как, например, «Лунная дорога». И первым прямым упоминанием в диалоге между двумя обитателями Изнанка обязана как раз вышеназванному напитку.
Время в сакральном пространстве течет нелинейно относительно профанного мира; например, Лорд прожил в Изнанке около двух месяцев, тогда как в реальности прошло шести часов.
На наш взгляд, Изнанка начинает создаваться тогда, когда есть некая общность, которая верит в ее существование (так, например, в Интермедиях мы видим, что в нее играют Кузнечик с Седым и Слепой). Чем большее количество героев оказывается вовлечено в эту игру, тем сильнее она захватывает и тем большего количества игроков требует.
Заключение
Если говорить о том, что за мифологизированное сознание ответственно правое полушарие, то мы получаем следующую картину: об Изнанке, как сакральном мире, нельзя говорить прямо, иначе все волшебство будет развеяно, погребено под гнетом логических выкладок. Есть особое время, когда есть возможность выразить миф с помощью сказок и легенд (Самая Длинная Ночь), но не вовлеченный в эту традицию с детского возраста человек не поймет всей ритуальности происходящих действий и правдивости слов.
Если же человек полностью и непосредственно вовлечен в миф, она теряет свою личностную идентность, и не может построить коммуникационные линии со своим окружением, не может освоить чтение и письмо, поскольку абстрактные понятия о замещении звука символом невоспринимаемы правым полушарием, которое у данного типа героев превалирует.
При этом полная невозможность постичь процесс создания и одновременного проживания мифического пространства с помощью только левого полушария, то есть логического осмысления, как пытается это сделать Курильщик, создает опять же непреодолимые трудности в общении с вовлеченным в этот процесс коллективом. Сфинкс говорит ему: «Я вот считаю, что между мной и Черным мало общего. Так мало, что мы практически не в состоянии и общаться. Еще я чувствую, что ты почему-о решил перенять его взгляды на все, что нас окружает. Так что теперь мне трудно общаться и с тобой».
Способность переводить символические и путанные впечатления, получаемые правым полушарием, в достаточно жесткую структуру левого, способность заставить их работать слаженным механизмом, и делает Слепого хозяином Дома. Баланс, который он учился поддерживать и развивал с детства, помогает ему в непрерывном процессе создания, восприятия и проживания как сакрального, так и профанного пространств.
Конец