При советской власти мы представляли Ленина как отца социалистической революции, путь к которой, судя по гимну СССР, «великий Ленин озарил».
Что же нужно было от жизни самому Ленину? Вот что сказал о нём известный русский общественный и политический деятель — философ Пётр Струве:
«Ленин — это не более, чем мыслящая гильотина». «Друзей и соратников у него не было — ему нужны были только соучастники, а не соратники и друзья» — так говорили о нём революционные деятели российского социалистического движения, активные члены партии большевиков. «Верность для него означала абсолютную уверенность в том, что человек выполнит все его приказы, даже те, которые находятся в противоречии с человеческой совестью. Завистливый до исступления, он не мог допустить, чтобы кто-нибудь кроме него остался победителем».
Что же нужно было ему для полного счастья? Сам он громогласно заявил об этом в апреле 1917 года с броневика: «Да здравствует мировая социалистическая революция!» Речь Ленина с броневика Плеханов назвал «бредовой», и это не только его мнение. Ленин мечтал о революции, которая даст неслыханную ранее власть именно ему. Как сказал об этом писатель Куприн: «Ради власти совершались самые ужасные преступления… Вот приманка, достойная Ленина».
«Дело не в России, на неё, господа хорошие, мне наплевать — это только этап, через который мы приходим к мировой революции!» — в этой фразе весь Ленин.
Республики, из которых Ленин составил Советский Союз, получили право на отсоединение в отдельные государства. Когда же Сталин в Горках предупреждал его: «Случись что, и Россия погибнет!» (как, впрочем, и вышло в действительности — погибла та Россия, что была при царе, а нынешняя Россия — это по территории всего лишь РСФСР). На это Ленин опять же ответил ему: «Мне плевать на Россию, лишь бы победила мировая революция!» Вот и отсоединились республики, а Украина(Малороссия!) стала даже враждебным государством…
Во время общих прений Ленин никого не слушал, часто уходил и приходил. А к концу прений, в которых он фактически не участвовал, он коротко заявлял: «Стало быть, товарищи, я полагаю, что этот вопрос надо решать так...». Вот «так» и решались эти вопросы, и свободы мнений в Совнаркоме у Ленина было не больше, чем в совете министров у Муссолини или Гитлера. (Хочу предупредить читателя, что упаси Бог вам подумать, что всё это мои слова. Всё о чём здесь сказано взято из статьи Евгения Гуслярова: «Владимир Ленин: Дело не в России, на неё, господа хорошие, мне наплевать!». Так что — чур меня, чур меня…).
Завершаю я словами одного из критиков Ленина: «Великая драма Ленина заключается в том, что он, достигший почти всего, не смог, не успел этим воспользоваться. Его жестокая неудача заключается в том, что он в единый момент выронил из рук всё, что с великим упорством и тяжкими страданиями собирал долгие годы». Посмотрите на его последнюю фотографию и вам всё станет ясно. Есть всё-таки Бог на свете!
Вот, господа, какой человек до сих пор лежит в Мавзолее! А вы говорите...