Насте М. Я слышу тебя, говори, говори. Про самое страшное или живое, Про то, что небесная цифра есть три, А вот на земле основание - двое, Про то, что камыш шелестит на ветру, На зимнем ветру под неласковым небом, Про то, что нас вбросили в эту игру И не рассказали ни кто мы, ни где мы. Я слышу тебя, повтори, повтори, Что жизнь не очерчена лесом и полем, Что дом, он всегда поначалу внутри, И степень живья поверяется болью. И степень зашкалит за крайний смычок, Сорвется на крик, и на плач и на кашель, На грубом снегу зачернеет грачом, Вопросом грача обмороженной пашне, Я тоже тогда расхрабрюсь и спрошу, Возможно ли все это бросить, оставить - Весь этот нестройный ущерб, этот шум, И градус тоски, обналиченный явью, Возможна ли жизнь без простуды в груди, Соринки в глазу, одуванчика в грядке, Без глупой надежды на март впереди, И даже апрель. Ты ответишь - навряд ли. Я слышу тебя, говори, говори Про то, что судьба ожиданьям не кратна, Н