Зима 1099 г. Каток Первого крестового похода наконец выступил из Антиохии и покатился к Иерусалиму. Тут надо сказать, что теперь продвижение давалось христианам куда легче, чем прежде - по морю периодически прибывали корабли с припасами. Плюс, после взятия мощнейшей Антиохии и последующей бойни местного населения, большинство городов на их пути сдавалось без боя. Больше того, владевшие Иерусалимом Фатимиды (шиитская династия), посмотрев, как франки расправились с враждебными им сельджуками (которые сунниты), вообще попытались с крестоносцами договориться, обещая им свободный доступ ко всем святыням. Но крестоносцы пришли не за тем, чтоб договариваться с какими-то там сарацинами.
С другой стороны, на Иерусалим отправились уже не все - тот же Боэмунд Тарентский, например, в какой-то момент передумал и вернулся к себе в Антиохию. В самом деле, зачем идти куда-то еще, когда у тебя уже есть целое княжество? Все оставшиеся продолжали движение, попутно регулярно споря, в каком порядке следует захватывать встречные крепости и стоит ли их трогать вообще.
Поворотным моментом стало прибытие к городу Арка. Пока все настаивали на дальнейшем наступлении на Святой город, Граф Раймунд IV Тулузский (предок Раймунда VI, который уже в XIII в. стал жертвой Альбигойского похода) настаивал, что надо штурмовать Арку (очень хотелось и себе тоже оторвать кусочек земли), и даже попытался провернуть новую мистификацию с привлечением все того же Пьера Бартелеми: якобы тому явился уже лично Господь, и он желает, чтобы крепость была немедленно взята. Но в это никто не поверил. Кроме самого Бартелеми, который так хотел всем что-то доказать, что тут же потребовал устроить себе испытание огнем. С летальным для себя исходом. Последней каплей стало то, что кади (правитель) Триполи прислал крестоносному войску богатые дары и предложение стать их вассалом. Но он просчитался: посмотрев, НАСКОЛЬКО богатые дары им пришли, рыцари тут же вторглись во владения кади и отобрали у него практически все. Но сам Триполи сходу взять не удалось (он будет захвачен наследниками Раймунда уже после крестового похода). Посему дорога на Иерусалим продолжилась.
И вот 7 июня 1099 г. путь был наконец окончен: крестоносцы узрели цель, ради которой три года назад они отправились в этот жуткий поход - святой город Иерусалим. Тут у большинства войска случилась натуральная истерика, ведь для них это был ни много ни мало центр мироздания. Бойцы массово падали на землю, плакали и горячо молились, кое-кто от избытка чувств аж раздевался до исподнего, что было просто верхом неприличия. Надо понимать, что в те времена люди (даже самые суровые и непреклонные) выражали свои эмоции куда более бурно, чем сейчас. Ну а религиозный фанатизм всегда способствовал странному поведению. Да и вообще, многие верили, что стены города просто рухнут при виде крестоносной рати. Но почему-то не рухнули. Поэтому, придя в себя, рать принялась думать, что с этими стенами теперь делать.
Ситуация складывалась непростая: стены были крепки, а гарнизон за ними многочисленен. Из города заранее были изгнаны все христиане. Оставшиеся евреи, уже зная, какая судьба их ждет в случае победы осаждающих, стояли плечом к плечу с мусульманами. До кучи сарацины отравили или засыпали все колодцы вокруг Иерусалима и разогнали всех пастухов со стадами, чтоб франкам было негде пополнить припасы. К тому же первый (уже 13-го июня) штурм ничем хорошим не обернулся. Но голод, жара, болезни и высокие стены - не помеха крестоносцу - этого хочет бог! Вскоре с генуэзскими кораблями прибыли необходимые для осады инструменты и провизия. К тому же был организован подвоз стройматериалов для осадных башен. До кучи в окрестностях совершенно случайно нашлись разобранные камнеметы, которые год назад использовали сами Фатимиды для отъема Иерусалима у сельджуков. А потом просто бросили их, думая, что подобрать будет некому. Оказалось, зря.
Ну и в целях повысить шансы на божественное вмешательство был еще и устроен крестный ход вокруг города. Во главе с Петром Пустынником, ага. Причем, идея вообще принадлежала некоему монаху, которому якобы было видение, что на девятый день после этого хода штурм будет успешным. И вот 14 июля, после месяца подготовки христиане наконец отправились на приступ. Но и тут сходу войти в святой город не удалось - стены упорно не рушились под обстрелом, а продвижению осадных башен мешал ров, который все никак не могли закопать. К тому же некоторые башни были уничтожены усилиями гарнизона. Но уверенные в божьей помощи европейцы не останавливались. В течении последующих суток ров постепенно засыпали, а башни одну за другой вплотную подтянули к стенам. И вот тут, примерно в 3 часа дня 15-го июля, когда франки полезли на стены со всех своих башен, защитники не выдержали и моментально бросили посты. Вскоре были открыты ворота, и началась совершенно инфернальная резня. Наконец-то святое воинство могло отыграться за все те страдания, что оно перенесло за долгих три года.
Крестоносцы убивали всех без разбору (не забывая благодарить бога за победу) - как утверждали очевидцы, местами крови было по щиколотку, а трупов столько, что их потом складывали в штабеля высотой с дом. Нет, справедливости ради, когда герцог Готфрид Бульонский вместе с Танкредом Тарентским (племянником известного нам Боэмунда) нашли на крыше мечети Аль-Аксы (которая на месте Храма Соломона стоит) толпу местных жителей, то убивать их не стали, а объявили своими пленными. Но потом явились другие вояки и просто посбрасывали пленных с крыши. От избытка чувств, надо думать. Но одними убийствами ограничиваться было бы глупо, т.ч. руководствуясь принципом "кто успел, тот и съел", христиане носились по домам и тащили из них любые ценности. Входя в здание, воин вешал на входе свой щит или знамя, и после этого все, что находилось внутри, считалось его собственностью.
А когда бойня закончилась (еще через пару дней), божьи воины отоспались, умылись, переоделись в чистое и отправились молиться ко Гробу Господню. А потом встал вопрос, кто же будет теперь королем Иерусалима. Выбирать, на самом деле, особо было не из кого: это должен был быть самый влиятельный сеньор из участников похода, и таковым являлся Раймунд Тулузский. Но у Тулузца были серьезные проблемы с репутацией после всех тех муток, что он мутил ранее. Поэтому он сам снял свою кандидатуру, и выбор пал на Готфрида Бульонского, который также от королевского титула отказался, заявив, что не может принять корону там, где Спаситель принял терновый венец... но власть все-таки взял, специально выдумав себе титул Защитника Гроба Господня. Последующие правители новообразованного Иерусалимского королевства уже так не заморачивались и спокойно титуловались королями.
Тем не менее, это был еще не конец похода - из Египта на выручку гарнизону (уже, правда, покойному) шла большая фатимидская армия. Помня антиохийский опыт, европейцы не стали ждать пока их осадят на руинах и выступили мусульманам навстречу. Противники встретились
12 августа у Аскалона. И вот уже в который раз мавры не устояли перед тяжелой рыцарской конницей. Причем тех, кто не успел отступить в город, натурально утопили в море. Сам Аскалон, правда, штурмануть уже сил не хватило, но и без того получилось очень неплохо. Так и закончился самый эпический поход рыцарства Европы на Восток. На завоеванных землях сложилась система феодальных государств во главе с Королевством Иерусалимским, которая просуществовала еще две сотни лет. Через некоторое время сарацины оправились от поражений, и для борьбы с их угрозой снаряжалось еще множество экспедиций. Но ни одна из них по своему масштабу и успеху не могла сравниться с Первым крестовым походом.
Больше о крестовых походах можно почитать по ссылке.
Либо можно на карту ВТБ: 5368 2902 5087 3082