Борис – внук академика, известного и в нашей стране, и в Европе. Его отец Аркадий, единственный сын академика, пошёл, как и следовало ожидать, по стопам отца. Только к моменту окончания Аркадием аспирантуры прежней страны уже не было, а научно-исследовательский институт закрыли.
Дед чуть раньше вышел на пенсию. И это академик посоветовал Аркадию обратить внимание на совсем другое дело – строить свой бизнес. Когда об этом узнала мама Аркадия, в доме неделю не выветривался запах валерьянки: она представить не могла, что ее талантливый Аркаша забросит науку.
Но время показало, что академик был прав: Аркадий через десять лет стал успешным бизнесменом. Может, единственным в городе бизнесменом, который отказался от бандитской крыши, вёл дела максимально законно, объёмы производства росли, штат тоже. И что для его семьи было важно, никакого криминала.
Конечно, без денег, которые в семье были, и заработал их академик, может, и не состоялся бы бизнес Аркадия. А так – состоялся, расширился, и приемник нашелся – сын Аркадия и внук академика Борис. Образование Борис получил в Германии – немецкий знал отлично. Это бабушка, преподаватель романо-германского факультета учила внука с раннего детства. Поэтому проблем с языком не было. У Бориса всё сразу сложилось в техническом университете Берлина. Он мог остаться там работать. Но уже давно было решено, что именно ему, Борису, принимать эстафету от отца. Да Борис и сам хотел жить и работать дома. А дом был, можно сказать, особенным. Может, были и богаче дома, которые понастроили так называемые новые русские. Но этот дом отличался, если так можно говорить о доме, манерами. Хорошими, интеллигентными манерами, образованными его обитателями, которые разбираются не только в винах и французской кухне. Здесь знали и любили классическую литературу, музыку, живопись. Так в советские времена и жила интеллигенция.
Так и сегодня жили в доме Бориса. Не удивительно, что и о такой же супруге для Бориса мечтало старшее поколение. Они тоже хотели, чтобы спутницей жизни Бори была девушка из их круга. Но под этим кругом состояние ее родителей было далеко не на первом плане.
Хоть и редко родители Бориса были на громких банкетах или на юбилеях знатных горожан, куда их всегда приглашали, но видели, что внешне красивые, как с обложки глянца, девушки были, как мягко говорила мама Бориса, недовоспитанными. А папа, более резкий, называл их «недоначитанными». Ну, они судили со своей колокольни: стань такая девушка их невесткой, о чем можно было бы говорить с ней вечерами в гостиной, куда по традиции приходили после ужина все домочадцы. Боря хоть и не был так категоричен, но и сам понимал, что скука с такой женой, которая признает только шопинг, спа-салон и отдых за три моря, обеспечена.
Опыт общения с девушками у Бориса был. В Германии всё было проще и понятнее: там девушки не только не спешили выйти замуж, а всячески оттягивали создание семьи. Молодые немки превыше всего ставили карьеру. В отношения вступали, даже годами в них состояли, но очень автономно. Не все стремились даже снимать общую квартиру. Еще меньше стремились куховарить-стирать- убирать ее. И не из-за лени: на первом месте была всё та же карьера. А дома Борис узнал других девушек. Эти наоборот ставили цель: выйти удачно замуж и не работать. И если немка даже в мыслях не претендовала на дорогие подарки или оплату её счётов, эти девушки материальную помощь от своего бой-френда выносили на первый план.
Словом, к своим почти тридцати годам Борис состоялся как бизнесмен, и никак не состоялся как муж. Он ни разу даже предложения никому не сделал. А дома уже началась атака. Деликатная и тактичная, но атака. По-другому ежедневные разговоры с мамой и подключающимся отцом на тему: пора заводить семью, он не называл. Можно сказать, что Бориса атаковали и приятели. Иные не скрывали зависть: вот, дескать, ему хорошо! Никто не выносит мозг своими бутиками и салонами, не спрашивает, что надеть в ресторан, намекая, что ну просто нечего, а гардеробная уже трещит от шмоток, никто не переписывается тайком с кем-то, кого никак не удается вычислить. А некоторые откровенно плакались, что готовы провалиться сквозь землю, когда благоверная заводит светскую беседу, не различая, как шутили в университете, Бабеля от Бебеля. Но были ещё и третьи: они попались на удочку искательниц мужа, который бы обеспечивал их по-максимуму, а сами ждали удобного случая, чтобы развестись, оттяпав половину имущества. Ну, Бог с ним, с имуществом. А вот Бабель и Бебель – это для Бориса ножом по сердцу. Что поделать, если вырос он в такой семье, где знали различие. Или как бы он вытерпел трагедию с нарядами, которые уже две недели не обновлялись?
Словом, семью Борис хотел. Детей очень любил. Не зря же два его школьных товарища взяли Бориса в крестные – он в самом деле был очень хорошим крестным. Или, может, это его крестники были очень хорошими? Но в дом к ним Борис приходил охотно. И играл с детьми больше, чем сидел за столом с хозЯевами. За что и от них получал:
— Да когда же и у тебя будут дети?
Одно время Борис решил отрезвить родителей: он стал знакомить их со всеми девушками, которые так или иначе знакомились с ним. И действительно, отрезвил. Маме с папой хватало одного ужина, чтобы понять, кто перед ними. И потом, выбирая слова, характеризовать несостоявшуюся невесту: эта слишком меркантильная, а эта безнадежная простушка и никогда не станет чему-то учиться, другая бесцеремонная и с наглецой, и как она будет ребенка воспитывать, ну, а эта…
Словом, мнение и Бориса, и родителей совпадали. Да и знакомил их Борис, чтобы поумерили родители свой натиск. И теперь, когда он говорил распространённое выражение «Я в поиске», родители принимали его ответ. Но сам-то Борис понимал, что семья нужна. Он хотел семью. Поэтому действительно был в поиске, надеясь встретить ту, которая была бы его второй половинкой. При друзьях он так не называл будущую жену, а про себя только так. И тут вмещалось всё, что он хотел. И, похоже, дождался.
Однажды он пришёл с друзьями в один модный дорогой ресторан – был повод, чтобы отметить новое назначение товарища. И забыл свой телефон в кармане куртки. Пошел за ним. И столкнулся с очень красивой и элегантно одетой девушкой, которая тоже что-то забыла в гардеробе. Её лицо показалось ему знакомым. Но где и когда Борис её видел, так и не вспомнил. Хотя, сидя за столом и невнимательно слушая, о чем говорят приятели, всё время пытался понять, откуда он знает эту девушку. В конце концов, Борис пригласил её на танец, а девушка была с подругой, и так сразу и сказал, что уже полчаса пытается вспомнить, откуда он ее знает, и не может. Девушка улыбнулась и ответила, что тоже пытается его вспомнить. И у нее не получается.
— Тогда надо познакомиться, — сказал Борис.
Они познакомились. Алина оказалась не только красавицей, но и отличной собеседницей. Борис почти сразу же подумал, что ее по достоинству могли бы оценить и его родители. Но девушку в гости не позвал. Почувствовал, что тут без конфетно-букетного периода в хорошем смысле не обойтись. И они стали встречаться. Так и узнавали друг друга. Постепенно Борис узнал, что Алина из очень обеспеченной семьи. Училась в Европе, но ей там не нравилась слишком размеренная жизнь, да и будущая профессия вызывала сомнение: Алина училась на юридическом факультете. Но быстро поняла, что ни адвокатом, ни прокурором быть не хочет. Сейчас она, по ее выражению, в свободном полете до следующего учебного года. Потом поступит, но здесь, из страны уезжать не хочет. Ещё не зная, как у них сложатся отношения, Борис снял очень хорошую квартиру, сказав родителям, что хотел бы поближе узнать девушку, которая вот уже два месяца рядом с ним. Родителям его идея не очень понравилась, сами они совсем не так строили свои отношения. Но признавали, что сейчас другое время. Только попросили Бориса познакомить с девушкой.
— О! Это да! На днях познакомлю. Мне самому интересно, совпали ли наши вкусы, — сказал он.
Когда они с Алиной встретились в следующий раз, Борис сказал:
— Как ты смотришь на то, чтобы познакомиться с моими родителями? Ну, и попробовать кухню или угощения моей мамы. Она очень любит готовить. И кормить.
— Я с удовольствием! – ответила Алина. – Только предупреди за день. Хочу соответствовать!
— Так я и предупреждаю – будь готова завтра. Устроит? -Вполне, — приняла предложение Алина.
Когда Борис с Алиной пришли к нему домой, он не заметил, чтобы девушка волновалась. Скорее, волновалась мама. Ну, и папа немного. Но у них сразу завязался разговор. И не только о погоде. Они говорили, как мама потом прокомментировала, на одном уровне. А это была самая настоящая похвала Алине. И не потому, что мама была снОбом – она действительно очень ценила тех, кто был интересным собеседником, что значит и интересным человеком. А вскоре Борис сказал Алине, что снял квартиру:
— Не хочешь испытать себя в роли хозяйки?
— Хочу! – Алина обрадовалась. Борис теперь считал себя почти семейным человеком.
Когда заходил домой, родители всё время говорили о том, как им нравится Алина: и образованная, и воспитанная, и с достоинством. Алина и сама частенько забегала к ним, даже без Бориса, когда он был на работе. И Борис не удивился, что мама стала говорить ей «дочка». А папа оценил еще одно качество Алины: она занималась благотворительностью. И много об этом рассказывала. Борис и сам, и его фирма тоже опекали детский дом. Когда об этом узнала Алина, как-то невзначай сказала, что она бы тоже поехала к этим детям. Но, к сожалению, её финансовый лимит в этом месяце исчерпан. И Борис дал ей крупную сумму, сказав, что она может потратить ее на детей. Пусть поедет и узнает, что сейчас нужнее всего. Ну, а чтобы не с пустыми руками, пусть купит детям фрукты – их никогда много не бывает.
— Фрукты? – переспросила Алина. – Значит, надо с десяток ящиков.
— Да, не меньше, — согласился Борис. – Но тут 500 долларов. Тебе хватит.
А потом это как-то вошло в привычку: Борис каждую неделю давал Алине приличную сумму, и она потом рассказывала, что дети получили и яблоки, и апельсины. Алина никогда не проходила мимо нищих – обязательно давала им деньги. Борис до сих пор неловко себя чувствовал, у него так легко не получалось опустить купюру в банку или миску, с которой сидели в переходе нищие. Но глядя на Алину, перешагнул через эту свою неловкость.
Их отношения были ровными в хорошем смысле: вдвоем они не скучали, вместе смотрели фильмы, могли поспорить, какой именно будут смотреть. А потом находили компромисс: шли в ночной клуб или в ресторан. Но был один нюанс, который не понимал Борис: Алина могла уехать на несколько дней. Даже в Европу. И не предупреждала его. Потом, уже из этой Европы, ставила перед фактом. Звонила и говорила, что так получилось, поехала с подругой, которую надо поддержать – та поссорилась со своим молодым человеком. Правда, ни с одной подругой Алины он до сих пор не познакомился.
А вот с родителями он, наконец, познакомился. Но не у них дома – их пригласили в ресторан. Честно говоря, Борис хотел бы посмотреть на дом Алины – ее комната, например, могла бы многое рассказать, какой Алина была в детстве. Ну, выбрали родители такое место для знакомства, так выбрали. Только очень уж они скромно себя вели. В том смысле, что разговор не начинали, отвечали на вопросы. Хотя очень коротко, однозначно. Борис хотел подробнее узнать о бизнесе, который у папы Алины, но тот коротко ответил, что это грузоперевозки. И не стал распространяться. Алина пыталась рассказать больше, но видно было, что тоже мало знает. Это были какие-то нестыковочки или, как говорил друг Бориса в таких случаях, непонятки. Потом случилась еще одна непонятка, которая занозой засела в Борисе. В выходной они собрАлись на обед к его родителям. Сели в машину, и тут Борис заметил, что забыл портмоне.
— Я сейчас, — сказал он Алине.
Только вошёл в подъезд, как портмоне сразу же обнаружил – просто не в том кармане. Борис вернулся. И стал свидетелем такой сцены. К Алине, которая сидела в машине с открытой дверью, подошел нищий и попросил у нее денег на булочку. И вдруг Алина грубо крикнула:
— Пошёл вон отсюда!
А когда увидела подходящего к ней Бориса, тут же переиграла все. Она уже другим тоном сказала нищему:
— Вы меня напугали! Подкрались и напугали. Вот, возьмите!
И она вынула из кошелька несколько купюр. Нищий растерянно смотрел то на Алину, то на деньги. Потом побрел в сторону магазина. Борис не стал комментировать. Но и объяснить поведение Алины не мог: ведь при нем она всегда давала деньги нищим. Еще и его подталкивала, А сейчас что это было? Об этом Борис думал и на работе. А тут еще его заместитель принес информацию к размышлению. Он утром завозил в детский дом канцтовары и по просьбе Бориса узнал у заведующей, может, стоит вместо ящиков с фруктами, которые уже отходят, завозить детям натуральные соки? Ящики с фруктами имелись в виду те, которые покупала Алина на деньги, выдаваемые Борисом. Заведующая удивилась, сказала, что никто им фрукты, тем более ящиками, не привозил. Так и получилось, что сцена с нищим и никаких фруктов в детский дом стали рядышком. Борис тут же позвонил Алине. Она разволновалась и сказала, что, похоже, она невнимательно Бориса слушала и фрукты привозила не в детский дом, а в детский сад. Вот только номер детского сада не помнит…
И тогда Борис вспомнил, как его учил любимый дед-академик: проведи исследование. И это он научил Бориса делить простой лист бумаги вертикальной линией. С одной стороны ставить вопросы – с другой ответы или предположения. А потом думать. Рассуждать. Не бояться предполагать самое невероятное. Борис так и сделал. Получалось, что ответов почти нет.
Есть гипотеза. Предположение. Всего одно: Алина не та, за кого себя выдает. И как это доказать или опровергнуть? Идея пришла почти бредовая. Но Борис ухватился за нее. Он скажет Алине, что срочно выезжает с проверкой в филиал фирмы, в другой, за шесть сотен километров город. Пробудет там дня два. Ну, а Алина пусть не забывает кормить рыбок и поливать цветы. Борис ещё раз звонит Алине и говорит об отъезде. Алина отвечает, что будет скучать без него. Но рыбок покормит, цветы польет и спать будет на его подушке. Вот теперь можно приступать к задуманному плану. И Борис идет в театр, где гримером работает его одноклассница. Она мастерски гримирует Бориса: теперь он бомж. И не только по истрепанной одежде, которая нашлась в костюмерной. У него совсем другое лицо. Растрепанные волосы и борода. Борис, посмотрев в зеркало, сам себя не узнал.
И пошёл к своему дому.