Наше поколение, родившееся на свет белый вскоре после Второй мировой войны, впитывало с молоком матери воспоминания отцов и матерей о той самой жертвенной войне. В их рассказах, кроме горечи о павших на фронтах близких родственниках и умерших в тылу стариках и детях, звучала неизменная печаль и тоска. Мама моя Магисарвар с потаённой грустью рассказывала о своём погибшем родном брате Зайнетдине - красивом и талантливом парне, также и о том, как её отец, наш дед Муталип во время войны, в летнее время приходил из дальнего села к своей дочери, и, хотя мама моя его кормила тем, что у неё было съестного, стал есть месиво из кормушки для кур во дворе ...
И я до сих пор храню в памяти своей рассказы отца о трагических событиях, которые случались на той самой войне. Помню, как было страшно смотреть на его изуродованную спину, когда он снимал рубашку.
Сейчас опять случилась война. Такая же страшная и ужасная. Со множеством убиенных и искалеченных. Я лично верю в возможность жизни душ умерших людей в небесах. Что же ныне могут испытывать души погибших в окопах Отечественной войны русских и украинцев, когда они вместе сражались с врагом? Их же внуки сегодня убивают друг друга. Печальнее и ужаснее повести иной не может быть на свете. И ещё страшнее от того, что зомбированные телеящиком граждане, миллионы сограждан, не только молчат, ни и одобряют это самое сумасшествие.
Кричи не кричи, что случилось непоправимое, что нужно бы немедленно покончить с этим - но в этой самой пустыне душ тебя не услышат.