Мус бежал по раскалённому полуденным солнцем песку, быстро-быстро переставляя лапы. Мягкие подушечки чувствовали острую боль. Хотелось найти ближайшую тень и растянуться, подставив тощий живот хоть какому-то ветерку. Но останавливаться Мус даже не собирался. Больше, чем песок, жгла мысль: «Где сейчас Миу?» Он с головой ушёл в воспоминания, в то время, как лапы продолжали по инерции отмерять шаги.
Как мы с вами уже знаем, Мус – самый обычный кот, которых в Африке (как, наверное, и везде) множество. Разве что более крупный, чуть шире и выше своих сородичей. Последние, к слову, считали его странным, потому что, вопреки кошачьей традиции, Мус совсем не интересовался кошками. Над ним смеялись, но высказать презрение в глаза не решались: наш герой был, пожалуй, лучшим охотником и главным силачом в округе.
Так бы и жил кот сам по себе - без врагов, но и без друзей, а главное, без подруги сердца, – если бы не встретил её, Миу.
При мысли о Миу сердце застучало быстрее. (Где же она всё-таки?) Эта маленькая изящная кошечка с характером тигрицы, заставляла трепетать даже нашего охотника! (А уж он-то многое повидал на своём веку! Вы мне поверьте).
Они встретились случайно на улице. Миу пробегала мимо, когда до Муса донёсся шёпот кошек, собравшихся в стайку неподалёку: «Смотрите-ка! Снова эта недотрога. Столько котов за ней ухаживают, а ей ни один не подходит. Гордячка!»
Мус улыбнулся своей кошачьей улыбкой: нечто подобное говорили и о нём. И с этого дня стал присматриваться к дикарке, а она, казалось, заинтересовалась котом-одиночкой. И всё же немало дней прошло, прежде чем Мус смог завоевать доверие и любовь Миу. Другой бы, наверное, уже сдался, но наш герой не желал сдаваться и был наконец вознаграждён, обретя преданную жену. Может быть, когда-нибудь и вы узнаете эту историю любви.
И всё было бы замечательно, если бы не одна проблема: вопреки всем сложившимся стереотипам о кошках, Миу никак не могла подарить Мусу котёнка. А ведь столько раз они мечтали о сыночке, смелом, как папа, или о крохотной дочке – красотке и мышеловке, как мама…
И вот Миу уже пару недель как пропала. Её не видели ни в заброшенном саду, где они с Мусом любили прятаться от солнца, ни на старом кладбище, ни у пекарни, где водились самые жирные в Дакаре мыши. Сперва Мус не волновался. Миу хоть и была его женой и подругой, но так уж заведено в их кошачьем сообществе: кошка уходит побыть в одиночестве, когда ей это необходимо, и возвращается, когда захочет. Миу всегда возвращалась. Но в этот раз солнце взошло и опустилось за горизонт уже много раз, а её всё не было. И когда волнение достигло своего предела, Мус стал искать любимую. Рано утром он ловил крысу пожирнее и раз за разом обходил дозором квартал. Мысль, что Миу может быть больна, а значит, не может охотиться, не давала покоя.
Мус бежал по горячему песку с очередной добычей в зубах. Сколько раз он вот так патрулировал улицы? Пять? Десять? Силы почти покинули его, а солнце заметно потеряло свою мощь, когда до кота донёсся тоненький писк. «Не хватало ещё схлопотать солнечный удар!» Но лапы уже несли Муса в направлении заброшенной школы. Так, вдоль забора. Теперь налево. Гибкое серое тело скользнуло в проём между бетонными стенами. Писк усилился. Мус прибавил шаг. Дверь в здание. Длинный коридор с чередой дверей по обеим сторонам. Вперёд, вперёд! Дверь кладовки в конце коридора под лестницей закрыта на замок, но в самом низу термиты проточили дерево, и оно рассыпалось, оставив дыру, куда вполне мог протиснуться кот.
С замирающим от волнения сердцем, Мус ринулся в образовавшийся лаз. Сразу послышался тоненький писк и разъярённое шипение. Кот остановился и уставился в темноту коморки. Но кошачьи глаза, как вы знаете, почти сразу привыкают к темноте. Он выронил крысу от удивления и радости: перед ним, ощетинившись и выгнув спину, стояла Миу, а за её спиной беспомощно тыкались носиками друг в друга два крошечных серых котёнка.
На этом предлагаю оставить молодую семью в покое и дать им возможность насладиться их долгожданным счастьем.