Я стояла возле гроба мамы и понимала, что провожаю в иной мир самого близкого мне человека. Так, как любила меня мама, жертвенно и всей душой, больше никто и никогда меня не любил и любить не будет. Моё горе подпитывало и ужасное чувство вины, что я не сберегла её, не уследила, не настояла на приёме лекарств от давления, в результате чего и произошёл инсульт, закончившийся через десять дней маминой смертью.
Я стояла и осознавала, что все мои старания соблюсти традиции и обычаи, связанные с похоронами - красивое платье и шарф для мамы, дорогой гроб - являются просто попытками облегчить это самое чувство вины перед родным человеком.
Вот, только маме ничего уже было не нужно.
Словоохотливая и сердобольная соседка тётя Галя посоветовала мне положить в гроб мамин слуховой аппарат, который при жизни мама носила постоянно.
- И запомни, - вразумляла меня соседка. - Не может человек обходиться без своих вещей и в загробном мире тоже!
Надо, так надо. Как сказали, так я и сделала. В тот момент