Маленькому Нэю два месяца. У него толстые лапы в палевых носочках, медвежья мордочка. Он восточно-европейская овчарка, и очень скоро станет могучим псом. Но пока – это всего лишь собачий младенец с мутноватым взглядом и розовым пузом. Сегодня Нэя в первый раз вынесли на улицу. Он сделал лужу и заскулил. Конечно, страшно ведь. Мир вокруг такой новый. Откуда-то сверху раздается смех:
- Ой, Нэй, ну ты и дурачок еще!
Нэй уже знает, что это хозяин. Ему становится чуточку спокойнее. Он начинает принюхиваться к запахам вокруг.
Очень интересно!
А вот это что? Или кто? К нему приближается черный пес. Пес размером с Нэя, а его запах чем-то похож на мамин. Братья и сестра тоже пахли также. Наверное, тоже будет с ним играть? Нэй начинает повиливать хвостиком. Но чужая собака хвостом не виляет. Почему-то она лает на Нэя.
«Все-таки хочет поиграть», - решает Нэй и припадает на передние лапки. Но вместо игры следует укус в бок. Нэй визжит от боли и обиды.
- Вы чего, охренели?! Шавку свою заберите! – кричит хозяин.
Он подхватывает Нэя на руки. Осматривает.
- Фу, Нэйка, ничего страшного.
Но Нэй все еще плачет.
- Ничего, - успокаивает его хозяин, - вырастешь, сам его укусишь.
Сам же все никак не может успокоиться:
- Нет, ну таких собак на поводке держать надо!
Слова хозяина оказались пророческими. Маленьких собак Нэй ненавидел люто. У него сразу стекленел взгляд, а хвост превращался в метроном, отсчитывающий секунды до атаки.
- Нэй, нельзя!
И овчар с сожалением провожает взглядом очередную улепетывающую собачку. Нэй очень послушный. К тому же, о том, что маленьких собачек обижать нельзя, прекрасно знает, но каждый раз надеется, что это «нельзя» не прозвучит. Однако хозяин всегда настороже. Пунктик Нэя его очень беспокоит.
- Нэй, ну нельзя же так! – выговаривает он ему.
Нэй преданно виляет хвостом. Он полностью согласен с хозяином. До следующей проходящей мимо собачки.
А потом во дворе появился пудель Симка. Полностью его звали Симон, и имя ему очень подходило. Аккуратная шапочка черной кудрявой шерсти, помпон хвоста, острая мордочка и хитрый взгляд больших карих глаз.
Как он проник в сердце огромного овчара, так и осталось неизвестным. Но каждый вечер, когда набережную оккупировали собачники, можно было видеть картину, как черный пуделек несется навстречу черно-серой овчарке. Уши развеваются от скорости. Самому овчару нестись навстречу несолидно, поэтому он стоит на месте. Только хвост ходит из стороны в сторону. Симке позволялось многое. Когда он совсем уж наглел, и пытался оседлать Нэя сзади, овчар валил его на землю молниеносным движением и почти полностью забирал его мордочку в свою пасть. Симка замирал, но черные глаза все также хитро блестели. Нэй вздыхал и осторожно отпускал мелкого засранца.
Несмотря на благородные имя и внешность Симка любил подраться. Правда, старался делать это недалеко от своего большого друга. Особенно ему нравилось дразнить больших собак. Он вызывал такого простофилю на бой, а потом с визгом от него убегал. Убегал он грамотно – в сторону Нэя. Прятался у того в лапах и улыбался, вывесив розовый язык.
С Нэем связываться дураков не было.
Беда случилась темным августовским вечером. Симку во время прогулки сбила машина. Сбила насмерть, и ничего уже нельзя было поделать. Виноват был и водитель, ехавший без включенных фар, и заболтавшийся хозяин, не уследивший, как Симка рванул на дорогу, и сам Симка, так страстно желающий облаять ежа, что не обращал внимания ни на что вокруг. Конечно, больше всех виноват водитель: нельзя ездить без фар даже там, где – вы уверены! – никого нет. Но Симку уже не вернуть.
Собаки не знают, что такое смерть. Каждый вечер Нэй высматривал черную молнию с развевающимися ушами, которая вот-вот понесется ему навстречу. Но она так и не появлялась. Тогда Нэй вздыхал, тихонько скулил и шел по своим делами. Маленьких собак он ненавидел все также. Только если видел вдалеке собачку черного цвета, начинал радостно вилять хвостом.
Ветер доносил чужой запах, и взгляд овчара привычно стекленел.
Будьте всегда внимательны на прогулке, отслеживайте действия собаки, даже если она самая послушная на свете. Беда всегда случается неожиданно.