Перед новым 1968 годом, ходили по магазинам в поисках дефицитных товаров, продаваемых по записи и для проверки, переклички, своей очереди на них. 31 декабря пришли в магазин на Шишкина, и там, при нас вернули холодильник "Бирюса", у него был смят угол, видимо при падении. Покупатель, купивший его в порядке очереди, обнаружил это дома, при распаковке и, решив отказаться, привез обратно. Мы решились спросить, продадут ли его нам без очереди, заведующая магазином согласилась, чем отправлять на завод, но предупредила, что никаких претензий принимать не будет, что отметили в паспорте. Холодильник привезли домой и еще обнаружили, что компрессор висит на одном крючке, у второго обломлен загиб, примотал проволокой, и он прослужил нам до 2002 года, выдержал три переезда, служил бы еще, но захотелось большего объема, обменяли с доплатой.
У Валюши продолжались проблемы с печенью, в больнице, при обследовании, обнаружили песок в желчном пузыре и порекомендовали съездить на курорт, Ессентуки или Трускавец и дали курортную карту. На семейном совете, решили ехать в Трускавец, врач сказал, что там лучше растворяются камни, путевок не было, решили, что на месте купим курсовки. Валюша была экономной хозяйкой, и на отпуск всегда, помаленьку, откладывала, но в этот раз, кроме отпускных, еще оба, взяли денег в кассе взаимопомощи.
Приехали вечером, поезд встречали желающие сдать комнаты, устроились в двухэтажном деревянном доме, хозяйка сдавала всю квартиру, а сама жила в другом месте. Отопление было от печки, типа камина, газом, на кухне и в другой комнате жили еще три мужчины, на другой стороне улицы были санатории, куда нам следовало обратиться за лечением, как объяснила хозяйка.
На другой день пошли в санаторий, платное отделение, оформлять курсовку, стоимость не помню. Ни каких особых лечений не назначили, просто ходить в бювет и пить воду "Нафтуся", расписали по времени приема пищи, по температуре и объему, прикрепили, дали талоны в диетическую столовую "Полонина", на меня тоже купили,
Трускавец, столовая "Полонина".
через каждые три дня, делать тюбаж, "Рапой". Познакомились со столовой и бюветом, обошли город, все оказалось недалеко от жилища, как бы в долине, а кругом невысокие горы, санаториев много, старые, красивые деревянные, и современные, без излишеств. Освоились быстро, столовая была в старом деревянном здании, кормили хорошо, сытно и разнообразно, хотя и по диете. Время проходило однообразно, бювет, столовая, бювет, столовая, местные магазины, прогулки и так далее.
На курорте вымывали камни и песок из желчного пузыря и почек, однажды видел, как мучаются от боли, когда выходят камни. У соседа по жилью и столовой, одна почка была вся изрезана, а камни, во второй, снова росли, и вот после двух недель, стали выходить, для этого, он принимал рюмку коньяка и ударную, 1-1,5 литра, порцию воды.
Наше лечение проходило успешно, пили "Нафтусю", Валя, согласно предписанию, я придерживался его же. Обошли весь Трускавец, красивый, наверное, летом, но этой зимой было все в снегу, холодно.
Съездили на экскурсию в Дрогобыч, на автобусе, он находится всего в 10 км,
Дрогобыч , вокзал.
поезда до Трускавца только ездят, Трускавец, конечная станция. Дрогобыч был раньше областным городом, старинный, западный, небольшой, архитектура красивая, улочки узкие, есть и широкие, и площади.
Дрогобыч, собор.
Решили еще съездить, походить по магазинам, выбрали время и поехали
Трускавец,1968 год, мы.
В магазинах много импорта, особенно трикотажа и парфюмерии, рядом Польша, купили палантин польский, и еще, такого, что Валюшу, как женщину, заинтересовало. Говор местных жителей отличался от крымского, в Крыму говорили, почти как русские, там и хозяйка была русская, а здесь, почти как поляки, хозяйку иногда не понимали, а считается Украина и здесь, еще, много евреев. В одной улочке, скорняжную мастерскую увидели, зашли, поинтересовались, и купили Вале шубку. Оказывается, мастерская частная, мастер, еврей, сам шьет, сам продает.
Стоимость проезда встала около 100 рублей, другие расходы, с шубкой 580 рублей.
После приезда, в скором времени, узнал, что новый состав профкома, стали проверять списки очередности на получение жилья и меня вычеркнули, как уже получившего, и Тухтамышев не смог помочь, семья три человека, площадь 17 метров, почти норма. Посоветовавшись, решили прописать маму, еле ее уговорили, прописали, но в старую очередь нас включать не стали, только включили в конец, как, подавшего заявление, вновь, в связи с новыми обстоятельствами. Я посмотрел списки и увидел, что больше его половины занимают молодые специалисты, из которых многие уже получили, как я и мой сосед, жилье, и их из очереди не убрали, также и его.
Потом, я узнал, что молодые специалисты, направляемые на работу, после окончания учебных заведений, из очереди не исключаются до тех пор, пока они не получат то, что их может удовлетворить. В горячке, от узнанного, ни с кем не посоветовавшись, написал письмо в райком партии, о несправедливом, по моему мнению, распределении жилья, что если их не исключают, то справедливо бы было и других не исключать, все равны. Пригласили в партком и объяснили, что институт еще формируется, специалистов мало, и на них поданы заявки в ВУЗы, с гарантией получения квартиры. По приезду, они считаются, по закону, молодыми специалистами 3 года, вот 3 года их и обеспечивают, институт строился и расширялся, а вас уже обеспечили, согласно договоренности. На работе отношение ко мне не изменилось, посочувствовали,что очередь длинная, а дома строят медленно. К этому времени, изготовили оправку
Дом на Охотников 25, современный снимок.
В квартире потихоньку обустраивались, кухонный шкаф купили, столик и табуретки, простенький гардероб, диван и телевизор "Рекорд", в кредит, их можно стало покупать без очереди. У мамы подошла очередь на ковер, и однажды она, неожиданно, с ним приехала, как она его тащила, ковер был большой, при ее возрасте и здоровье, непостижимо. Они тоже записывались у себя, в Мотовилихе, на товары повышенного спроса: холодильник, ковер, телевизор и вот очередь подошла.
Летом, договорились с Потемкиными, Леонидом и Надей, семьями съездить в Ильинск, в Тихоновшино, к младшей сестре Александра Алексеевича, Анне Алексеевне, пособирать клубнику, она поспела на угорах, а ребята порыбачат. Через Обву переправлялись на пароме, до деревни шли километр. Встретили хорошо, познакомились, прожили два дня, ребята рыбачили днем, а я раз сходил с хозяевами, на ночную рыбалку, бреднем.
Справа семья Телькановых, Павел и Анна, дочь Люба, семья Потемкиных, Леонид и Надя, родственники Истомины, мы.
Осенью приезжал брат Миша, у него возникли проблемы с жильем, они жили в одном доме с сестрой Маши, сестра вышла замуж, и у Миши появился второй ребенок, стало тесно. Миша списался, и его пригласили приехать в совхоз, под Полтавой, пообещали какое-то жилье, совхоз был типа нашего, Верхне Муллинского, и вот он решил уехать и приходил прощаться.
У Валюши возникли новые проблемы со здоровьем, она стала поправляться, а в конце года, гинеколог обнаружила миому, сначала она недолго полежала в больнице, а потом ей предложили ложиться на операцию. Она согласилась, и после операции, ей порекомендовала съездить на курорт в Евпаторию. Жили мы дружно, все делали вместе, прислушивались друг к другу, однажды Валюша сказала, что она устала от Закамска, эти длинные поездки в Мотовилиху и обратно, выматывали, мы ездили к родителям почти каждую неделю, особенно с наступлением весны, и вообще Закамск ей не нравится. И мы стали думать, что делать и как быть дальше, в институте в очереди, нахожусь в конце, и когда она подойдет неизвестно.
Из моей лаборатории, в это время уволились три человека, тоже из-за отсутствия перспектив с жильем, двое уехали в Тольятти, на ВАЗ. Списались и их пригласили, а третий, куда-то на Украину, тоже списался. В то время были газеты, в которых были объявления о приглашении специалистов, в том числе конструкторов, с предоставлением жилья, на предприятия, из разных городов. Я выписал несколько адресов, в некоторые написал, а в Стерлитомак и Тольятти слетал. Стоимость авиабилетов была небольшая, лететь 2 часа, на другой день обратно. В Стерлитамаке предложили три комнаты в коттедже, но они требовали большого ремонта (зимой канализационные и водопроводные трубы замерзли и лопнули, залило весь коттедж) сказал, что подумаю. В Тольятти опоздал, жилье уже обещали только через год-полтора, на письма отвечали тоже не все, и тоже, что уже опоздал . Решили оставить все как есть до отпуска, и решать, что делать, после него, ехать куда-то и жить на квартире мы были не готовы.