Валька стоял у окна и смотрел на улицу, где порхали снежинки. На улицу ему нельзя было
– горло болело, а шею ему мама замотала кусучим шарфом, и не разрешила снимать. Валька почесал шею под шарфом, и потоптался на табурете, высматривая маму. Она сказала, что вернется быстро-быстро, как она часто приговаривала «одна нога тут, другая
– там!». Обычно к Вальке приходила посидеть соседка баба Люба, но она на Новый год поехала в гости к бабе Вале, своей сестре. А мама просто выскочила на минуточку в магазин, строго наказав Вальке дверь никому не открывать и в шкоду не лезть. Валька представил, как это, когда одна нога тут, а другая
– в другом месте. Как в мультике, что ли? Валька смотрел недавно мультик про мальчика по имени Джованни, который гулял и терял в разных местах то руку, то ногу. Валька хмыкнул
– это смешно! И слез с табуретки, чтобы включить телевизор
– может там покажут мультики? И прозевал маму. Услышал уже тогда, когда мама вошла в квартиру, разулась и захрустела пакетом из магазина. И елочку принесла! Маленькую, редкую, и ствол был чуть кривенький
– но зато она пахла лесом и Новым годом! А когда мама достала из пакета мандарин, Валька радостно запрыгал на одной ножке, напевая:
– Новый год! Новый год! Настоящий Новый год!!! И почесал шею под шарфом
– там чесалось и кусалось.
– Маааааам. а можно я сниму этот кусучий шарф?
– стал канючить Валька.
– Так. Кто у нас настоящий мужчина?
– мама строго сдвинула брови. Валька вздохнул. Придется ходить в шарфе и терпеть.
– Кто же еще. Я конечно! А у нас игрушков нету для елки.
– Не игрушков, а игрушек.
– поправила мама.
– Зато у нас есть несколько конфет и мандаринок. Ими и украсим елочку! Только чур не слопать все сразу!
– Мааа. ну я же уже не маленький! А еще мы можем сделать обманные конфеты! У меня сохранились золотые фантики!
– Вот видишь… Значит, есть у нас игрушки! Мама поерошила сыну макушку и чмокнула его в нос, как маленького:
– Ну а теперь поиграй, я ужин приготовлю.
– А Новый год когда будем встречать? Сегодня? Валька хитрил, он знал, что Новый год наступит только через четыре дня. Он загнул пальчики: раз, два, три, и четыре. Но так хотелось уже сегодня! Мама понимающе улыбнулась. Маленький хитрец. И повязала передник, отправляясь готовить ужин им с сынишкой. Жила Маня одна в маленькой комнатке в общежитии. Собиралась она замуж за Валика, с которым они сильно любили друг друга, но не сложилось. Его родители совсем не хотели невестку из детского дома. Они были убеждены, что она явно охотится за их квартирой и выгодными свекрами, потому решила во что бы то ни стало охомутать их сыночка. У Валика были родители и перспективы, а у Мани совсем ничего. Кто такая, откуда взялась, голь перекатная? Они и знать ее не хотели, и слышать о ней ничего не хотели. Особенно мама Валика. Родители приложили столько усилий, чтобы их разлучить
– Маню с Валиком. Сначала Валик упрямился, отстаивая свое право самому принимать решения. Наконец, отец поставил сыну ультиматум
– или он оставляет его без поддержки и отказывается от него, бросая на произвол судьбы. или сын заканчивает университет, получает диплом, устраивается на достойную должность, а уж потом принимает решение о женитьбе. Даже на его приблуде Маньке. Но не сейчас! Валику на произвол судьбы не хотелось. Страшно было остаться без папиной помощи. Он согласился, что папины доводы убедительны, и принялся Маню уговаривать подождать. Маня-то подождала бы, но было одно обстоятельство, которое ждать никак не хотело, и скоро стало заметным. Пока Маня решалась, как сказать Валику о беременности
– тот уже уехал в другой город. Папа добился его перевода в другой университет. Но там случилось то, чего никто не ожидал. Валик уехал, чтобы не вернуться никогда. Он попал под машину и погиб. Пока Маня ждала звонка от любимого, родители его уже и похоронили, и оплакали, а ей даже никто не сообщил. Ну, правильно, кто она какая им, какая-то приблуда. Наконец Маня, которую как раз уволили с работы, решила сама поехать к Валентину. Найти его, поговорить, сказать, что ждет его ребенка, и может даже остаться с ним там
– теперь ведь ее тут ничего не держало. Но узнать бы его адрес, чтобы не бродить в чужом городе и не искать иголку в стоге сена. Маня пришла к родителям Валентина, поговорить. Но его мать встретила девушку таким скандалом, вспоминать страшно. Она кричала, что эта мерзавка отняла у нее сына! Что все несчастья в их семье из-за Мани. Она на весь подъезд кричала, чтобы эта грязная детдомовка и на пушечный выстрел не приближалась к их дому после всего, что натворила. Что такого она натворила, Маня так и не поняла. Адреса Мане разумеется никто не дал, и почему на нее так кричала Валина мать
– тоже в толк не могла взять. Но пришлось убираться, потому что уже стали открываться соседские двери, разглядывать что происходит. Не удалось Мане ни контакты взять, ни сказать свекрови о ребенке. А та была так занята скандалом, что в просторном Манином пальто даже ничего не разглядела, не заметила. Глотая слезы, Маня собрала свои нехитрые пожитки, освободив комнату в общежитии. Пересчитала оставшиеся деньги, которых осталось ровно на билет в ее поселок, и, не видя другого выхода, решила туда вернуться. Там у нее была маленькая квартирка, которую она получила благодаря хлопотам ее детского дома. Крыша над головой была. Оставалось подумать, где раздобыть кусок хлеба. Устроилась Маня в заводскую столовую: посуду мыла, овощи нарезала, да и перекусить имела возможность. И мечтала, что когда-нибудь закончит кулинарный колледж, и будет сама обеды готовить. Может, и не в заводской столовой, а повезет ей найти работу в кафе или даже в ресторане. Наверное, еще учиться потом было бы нужно, но сначала надо родить, а потом дите чуть поднять, чтобы в сад отдать, а там уж и дальше планы строить. Нарисовался Манин бывший поклонник, который был в нее влюблен еще со школы. Стал набиваться в мужья.
– Так таки и в мужья, Коля?
– А что? Не женихаться же, нам не по шестнадцать! А я тебя всегда любил, и не переставал. Ребенка твоего признаю. Ребенку отец нужен. Маня подумала, и согласилась
– да, нужен ребенку отец. Ну, а то, что Коля выпивает
– так он клялся, что сразу же бросит. Раньше у него не было в жизни цели, мол, потому и пил. А сейчас у него
– семья, любимая жена, ребенок скоро родится. Стала жить Маня с мужем, надеясь строить счастливую семью, а не получилось. Коля так и пил. Стал из дома у Мани таскать то, что можно было продать. А потом и руки распускать стал. Частенько вздыхала Маня, вспоминая как они любили друг друга с Валиком. Но бросил ее и больше не отозвался. А теперь у нее драчун и дебошир Коля, который чуть что, так сразу кричать принимался:
– Я твой муж! Я требую уважения!
– Коль, мы ведь так и живем не расписанные. Какой же ты муж? А потом
– Валику маленькому уже четвёртый годик пошел, заперлись они вдвоем с ним в ванной, потому что папа Коля буянил
– решила Маня что хватит с нее. Терпела, терпела, да терпение все у нее и кончилось. Особенно после того, как Валик сказал, прижимаясь к Мане:
– Мама, а почему у нас такой папка плохой? Злой и дерется?
– На самом деле он не твой папка, Валя. А почему дерется. характер у него такой, наверное. Наконец Коля утихомирился и уснул. Маня собрала его вещи в сумку, и когда он проспался, сказала ему, что на этом их семейная жизнь закончена. Коля шумел и возмущался, что он ей муж, но Маня выписала его из своей квартиры и попросила дворника Васильича поменять замки. Несколько раз пришлось вызывать участкового, чтобы он увел от Маниной двери шумевшего Колю, который пугал ребенка и тревожил соседей поздней ночью. Так и стали они жить вдвоем с Валиком
– им стало гораздо спокойнее. Валик ходил в садик, иногда оставался под присмотром соседки бабы Любы, которую Валик называл «баблюба»… Дни рождения они отмечали втроем
– мама, Валик и соседка баб Люба. Иногда приходил к маме участковый, как баб Люба говорила «женихался», но мама не хотела никаких женихов, целовала Вальку в макушку и говорила, что им и вдвоем хорошо! На новый год Маня всегда старалась устроить для сына праздник с елкой и с мандаринами. А на день рождения
– обязательно поехать в райцентр, повести Валика на аттракционы, покатать на колесе обозрения и купить большой ком пушистой сладкой ваты. Они не очень любили слишком сладкую вату, но без этого розового облака праздник казался неполным, словно они чего-то не доделали. И вот приближался очередной Новый год. И даже елочка у них уже была установлена в ведро с песком, осталось ее украсить конфетами и мандаринами. Валя обещал маме, что не слопает все конфеты, и крепился, держал обещание. Вот только на улицу он не мог пойти погулять
– приходилось сидеть дома с больным горлом и чесать шею под шарфом. И смотреть в окно, где уже ходили Деды Морозы с мешками подарков. Валька и свое письмо написал Деду Морозу кривыми печатными буквами «Дедмороз, я хачу виласипет». Полизал конверт, заклеил письмо внутри, а на конверте написал «дедморозу». А потом подумал, и дописал: «От Вали». Положено же и обратный адрес указывать, а то как же Дед Мороз узнает, кому велосипед доставлять? Теперь следовало отправить письмо. Баб Люба приедет еще нескоро
– она на новогодние праздники всегда к сестре уезжает. Мама убежала в аптеку, как она сказала «одна нога тут, другая
– там». Валька подошел к зеркалу в прихожей и посмотрел на свое отражение. Худенький мальчик с большими светлыми глазами. То ли серые, то ли голубые, как кусочки льда. Мама говорит, что у него папины глаза. Валик поколебался, потом разорвал конверт и на письме дописал еще одно желание: «Хочу папу!». Он хотел дописать «хорошего», но это было длинное слово, потому Валя понадеялся, что Дед Мороз и сам догадается, что папа Вале нужен хороший. Плохой у них с мамой уже был. Папа Коля и сейчас иногда приходит к маме проситься обратно, но она больше не хочет такого мужа. Валик заклеил конверт клеем. Оделся. Повесил на шею ключ на шнурке. Старательно затянул шарф, чтобы холодный ветер не пробрался под пальтишко за воротник. Сунул в карман варежки. Снова посмотрел в зеркало и сказал, как мама:
– Я быстро! Одна нога тут, другая
– там! Несмотря на то, что мама строго-настрого наказала из дому ни шагу, Валя шел по лестнице и приговаривал:
– Я только на минуточку! Мама даже не заметит! Только письмо Деду Морозу отправлю, и сразу домой. Валик еще раз пощупал ключ на шнурке, не потерялся ли. На улице был мороз, но ветра не было, и снег весело похрустывал и скрипел под ногами. На ветках прыгали синички, и Валик подумал, что надо будет маме напомнить в кормушку на подоконнике насыпать семечек и пшена. Дом их с мамой стоит почти на самой окраине поселка. До почты и до аптеки идти минут десять по аллейке. А еще мама говорила, что раньше жила в большом городе, и когда-нибудь повезет туда Вальку погулять. Там колесо обозрения огромное! И много разных каруселей. Вот бы поскорее им туда поехать! Валик дошел до почты и достал из кармана письмо. Ящик был прикреплен высоко, ему не дотянуться. И не допрыгнуть. И тут сзади кто-то сказал веселым голосом:
– Ну что, чемпион, мало каши ел? Не дорос?
– Я много каши ел. Просто я еще маленький.
– оглянулся Валька и увидел самого настоящего Деда Мороза. Он был в красной шубе с белым воротником, и в красивой шапке с белым мехом, и на ней были вышиты снежинки. А глаза у него были очень светлые, то ли голубые, то ли серые, как кусочки льда. Как у Вальки. Дед Мороз наклонился, поднял Вальку к почтовому ящику, и сказал:
– Опускай своё письмо, чемпион! Но Валька замотал головой:
– Нет, не надо в ящик. Это
– тебе письмо! Дед Мороз взял конверт, на котором было написано крупными печатными буквами «Дедморозу от Вали». Серьезно кивнул, сунул конверт в карман.
– Ладно. Возьму, раз мне. А где мама твоя?
– Мама в аптеку пошла. Одна нога тут, другая
– там! А я домой пойду.
– Не заблудишься? Или проводить?
– просил Дед Мороз. Валька помотал головой, и показал варежкой:
– Мне все время прямо, по дорожке и прямо к подъезду.
– Ну, держи! С Новым годом!
– улыбнулся Дед Мороз, и протянул Вальке шоколадный батончик. Валька вежливо поблагодарил, положил батончик в карман и пошел домой, похрустывая снежком под сапожками. Но ему захотелось еще заглянуть, как замерзла река. Мама обещала сводить его к реке, но они так и не пошли. А горло у Вальки уже совсем не болит. Он может и сам сходить, быстренько, одна нога тут, другая
– там. Мама и не заметит! Валька подошел к берегу и посмотрел вниз. До льда далеко. А там внизу копошится в снегу и тонко попискивает что-то черное. Валька пытался рассмотреть
– щеночек, что ли? Отсюда не разглядеть, надо спускаться. Но можно сесть на плотный снег и съехать, как с горки, с ветерком! А потом сразу домой. Если это щеночек, то можно его забрать с собой, а потом уговорить маму его оставить. Она добрая, она его не выбросит! Валька умостился на снежной горке и собрался съехать, как услышал окрик:
– Э, малёк, а ну стой! Мы так не договаривались! Но Валька уже съехал вниз. И правда, это был черный щенок. Валька взял его на руки, и тут лед хрустнул, а Валька ухнул по пояс в ледяную воду. И тут же его выхватили сильные руки, восклицая:
– Ах ты, шкодник, а не чемпион! Ты же сказал, что прямо по дорожке и домой! А сам куда полез?! Это оказался тот Дед Мороз, который угостил Вальку батончиком. Он поставил Вальку на снег, быстро сдернул с себя красную шубу и укутал его всего как в одеяло. Валька даже испугаться не успел, и понять, что такое произошло! Только что его обожгло ледяным холодом, как огнем, и тут он уже укутанный в теплую шубу, и несет его Дед Мороз быстрыми широкими шагами, почти бежит. У подъезда они натолкнулись на заплаканную маму, которая закричала:
– Я же тебе дома велела сидеть! Что же ты со мной делаешь?! Увидев Деда Мороза, мама сильно вздрогнула и замерла, будто встретила привидение.
– Ничего, не волнуйтесь, гражданочка! Все же хорошо! Лучше дверь откройте и придержите! Мама пришла в себя, засуетилась, утирая слезы и распахивая дверь в подъезд.
– Какая квартира?
– Четырнадцатая, пятый этаж! Перешагивая сразу через две ступеньки Дед Мороз понес Вальку вверх, а мама едва за ним поспевала, догоняя. Дома Дед Мороз принялся раздевать мальчика и спросил:
– Водка есть? Или коньяк? Его бы растереть хорошенько.
– Нет.
– растерялась Маня.
– У меня в доме нет ничего спиртного.
– Что, совсем ничего? Может, хоть валерьянка найдется? Дед Мороз хорошенько растер ноги и спину Вальке, они в четыре руки переодели его в сухое и закутали в одеяло. И разгоряченный и пахнущий валерьянкой Валька провалился в сон.
– Спасибо Вам! Если бы не Вы.
– всхлипнула Маня.
– Пустяки. Все обошлось. Он даже испугаться не успел! Сапожки вот только в реке утонули. В кухню, смешно ковыляя, вошел черный щенок.
– А это еще кто такой?! Откуда ты взялся?
– удивилась Маня.
– А. так это спасеныш вашего сына. Это он за ним вниз сиганул.
– Сапоги потерял, щенка нашел. Чем же мне тебя теперь кормить?
– присела Маня, а щенок доверчиво ткнулся мордочкой ей в ладонь.
– Молока тебе согрею. А Вам
– чаю.
– Спасибо, не откажусь. Жаль, мешок мой потерял, там еще остались недоставленные подарки. Кстати, меня Михаил зовут. Маня вздохнула, как показалось Михаилу облегченно. Он озадаченно посмотрел на нее, а Маня пожала плечами:
– А я
– Маня. Не обращайте внимания, это я так. Просто Вы так похожи на одного моего давнего знакомого, что я почти обозналась поначалу. Но его звали… иначе. Вдруг тишину прорезал резкий звонок. Маня сняла чайник и пошла открывать. На пороге топтался Коля, как всегда нетрезвый, и с красным мешком на плече.
– Мааааня! А я к вам с подарками! Гляди, чего я нашел! Тут куча конфет малому! С наступающим! Пустишь?
– Михаил, тут кажется Ваш мешок нашелся.
– позвала Маня.
– Э, а ты кто такой?! Я тебя не приглашал!
– возмутился Николай.
– Похоже, тебя тоже сюда никто не приглашал, приятель.
– ответил Михаил.
– Это моя жена! Я ее муж! А всяких подозрительных субъектов мы сюда не приглашали! Попрошу покинуть помещение! Михаил вопросительно посмотрел на Маню. Она помотала головой.
– Никакой ты мне не муж, Коля. Два года уже не живем вместе, а ты все никак не забудешь сюда дорогу! Михаил тем временем обулся, надел свою карнавальную красную шубу и шапку в снежинках, забросил мешок на плечо, перед этим достав из него и положив на комод шоколадку.
– Спасибо, хозяюшка, за чай, но пожалуй мы пойдем!
– он свободной рукой приобнял Николая, увлекая из квартиры. Тот упирался и возмущался:
– Попрошу не толкаться! Я к жене пришел! С наступающим поздравить!
– Пойдем, приятель. Похоже, ты уж напоздравлялся. Всего доброго, хозяюшка! Когда за ними закрылась дверь, Маня приуныла. Ей стало жаль, что неожиданный гость ушел, даже чаю не попили. Рядом с ним было так спокойно, словно они знали друг друга сто лет. Словно вернулся ее Валентин через несколько лет, будто и не было разлуки. Маня присела на обувную полку и задумалась. Притопал и взгромоздился ей на тапки щенок, зевая и помахивая куцым хвостиком. Маня наклонилась и взяла его в руки, а малыш тут же приготовился дремать.
– Эх, ты, ребенок. Угораздило тебя потеряться. Щенок зевнул и ничего не ответил. Похоже, он даже не против был потеряться, чтобы найтись у Мани с Валькой, где есть теплые руки и теплое молоко. Маня понесла щенка в спальню, положила в кресло, и проверила Вальку, подоткнув одеяло. Сын мирно посапывал во сне, и даже температуры у него не было. Похоже, прав был Михаил, все обошлось. Снова раздался резкий звонок в дверь. Маня встрепенулась и торопливо пошла открывать, надеясь, что это вернулся Михаил. Но у двери стоял участковый, довольно улыбаясь.
– Привет! С наступающим! Чаем напоишь?
– Здравствуй. Проходи, только не шуми
– сын спит. Иван стал шумно разуваться, разматывать свой серый шарф, на ходу прихватил оставленную Михаилом шоколадку.
– Пацан должен спать крепко, так что из пушки не разбудишь!
– Он в реке искупался сегодня. Слава Богу, что все обошлось!
– А это ты виновата! Плохо за ним смотришь! А у меня еще бы и ремня схлопотал, чтобы в реку не попадал!!! Маня вздохнула
– горазд Иван чужим детям ремнем грозить. Только и разговоров, что ремня всыпать. Наверное, самого в детстве часто пороли. Она разливала чай, а Иван хрустел оберткой, доедая шоколадку. Маня вздохнула: хотела угостить ею Вальку, но не успела спрятать. А сама в этом месяце уже ему такую не купит
– не укладывается в бюджет, еще вон сапожки покупать взамен потерянных! Не до шоколадок. Иван поднялся и обнял Маню за плечи. Она мягко высвободилась, а тот вдруг разозлился:
– Сколько ты будешь меня динамить?! Как пацан за тобой бегаю, а ты все ломаешься! Принцесса выискалась! Маня повернулась и удивленно уставилась на своего ухажера, а тот продолжал:
– Ну что, я не то говорю? Мать-одиночка, с довеском, думаешь, так за тобой и очередь выстроилась?! Скажи спасибо, что такой видный завидный жених за тобой ухлестывает! Было бы за кем! Да за мной любая вприпрыжку побежит!
– Знаешь что?
– резко ответила Маня, покраснев:
– А я не просила тебя за мной ухлёстывать! Займись лучше другими! Без довесков! Иван стал раздраженно хватать ее за плечи, а Маня взяла да влепила ему пощечину. И сама же испугалась
– участкового по физиономии съездила! А ну как решит отомстить?! Иван и правда покраснел, надулся, даже замахнулся на нее. Маня зажмурилась от неожиданности, но потом сняла с вешалки его куртку, швырнула ему, а следом шарф бросила.
– Будьте добры покинуть мой дом, товарищ участковый! Я Вас не вызывала!
– Ах, так?! Да пожалуйста! Кому ты нужна?! Иван нахлобучил форменную шапку и вышел, грохнув дверью.
– Мааа! Что случилось?
– раздалось сонное Валькино. Конечно, такой грохот его не мог не разбудить!
– Ничего, маленький! Все в порядке. Как ты себя чувствуешь? Горлышко не болит? Валька старательно сглотнул, прислушиваясь, и помотал головой:
– Не, не болит! Я есть хочу! Маня целовала его и плакала от радости. А Валька прижимал щенка, который только терпеливо покряхтывал. Все обошлось, как и обещал Михаил. Жаль, что он так быстро ушел, и они даже не поговорили. И она его не пригласила заходить еще. И он теперь никогда больше не придет. Жалко. Но как сказал Иван, мать-одиночка с довеском
– кому она нужна? И Маня грустно вздохнула и стала варить сыну кашу. Михаил и правда пропал. Маня уже и ждать его перестала. Смирилась. Приехала от сестры баб Люба, и принялась Маню за участкового ругать, что такого жениха проворонила.
– Вот же дура девка! Такой был мужик. Непьющий, уважаемый, при должности! Была бы за ним как за каменной стеной! Стоило тебя без присмотра на неделю оставить
– и вот пожалуйста! Тот в реку упал, ты без жениха осталась! Еще и пса завели. Чем кормить-то его думаешь?!
– ворчала баб Люба.
– Не знаю.
– пожала плечами Маня.
– Как-нибудь прокормимся, никто от голода не умрет! Маня звонко поцеловала баб Любу в щеку и сказала:
– Ну их, этих женихов! Хорошо, что Вы приехали! А мне в магазин съездить надо. Вальке сапожки купить, а то так всю зиму в комнате и просидит, по снегу не погуляет! И тут в дверь позвонили. Маня вздрогнула. Она с некоторых пор и ждала звонков, и боялась их. А ну как снова Николая нелегкая принесла? Да еще опять нетрезвого! Теперь и Ивана-то на помощь не позовешь, он не перестал на нее обижаться, что дала ему отворот поворот. За дверью стоял и улыбался Михаил. Маня посмотрела в его светлые льдистые глаза и тоже улыбнулась. Как же она за ними скучала! Как же они похожи на Валькины! Подмышкой Михаил зажимал коробку.
– Привет, чемпион! Надеюсь, я не опоздал! Иди, примеряй! Михаил достал из коробки кожаные сапожки с мягким мехом внутри.
– Ой, это же дорого.
– пролепетала Маня.
– У него же нога быстро растет!
– Спокойно, гражданочка! Это подарок от Деда Мороза! А подарки от него, как известно, не обсуждаются! Валька скакал по коридору в новых сапожках, как жеребенок.
– Ура, ура! Можно идти гулять в новых теплых сапожках! А мой велосипед?
– Валька, не наглей! Какой такой твой велосипед?
– всплеснула руками Маня.
– А Валин заказ Деду Морозу. Потерпи, велосипед пока не нужен на снег. А потеплеет
– и будет у тебя велосипед! Как раз посылка доедет из Лапландии!
– Какая посылка из Лапландии?
– опять не поняла Маня.
– С велосипедом!
– засмеялся Михаил.
– Заказ, говорю же. Валентин Деду Морозу письмо написал. И вручил лично в руки. Так что его волшебный заказ не может не сбыться! Михаил пока промолчал, что там в письме было еще одно желание. «Хочу папу». Маня, счастливо улыбаясь, пригласила всех пить чай. А Михаил ласково поерошил макушку Вальке, который тащил в обнимку щенка, и улыбнулся. Хороший пацан растет! Толковый. Вон, желание толково загадал. Будет у него скоро его велосипед. И папа
– тоже будет. Михаил улыбнулся Мане, а та покраснела. И он покраснел тоже. Баб Люба спрятала хитрую улыбку в уголках губ, сразу все углядев. Да, будет у Вальки папа. Скоро. Главное, правильно загадать желание!