Люди постарше наверняка помнят очень популярный в CCCР 80-х польский препарат Бисептол. Огромные таблетки (сейчас аспириновые и витаминные «шипучки» такого размера) назначались участковыми при любом «чихе», при ангинах, бронхитах, даже пиелонефрите.
Би – как известно, значит два. Так и есть, содержал он два активных вещества – ко-тримоксазол (сульфаметоксазол), из группы сульфаниламидов, и триметоприм. Сейчас эта группа «полуантибиотиков» практически забыта ввиду своей неэффективности, а когда-то, в допенициллиновыую эпоху – была просто чудо-средством, мощним и губительным для многих инфекций. К сожалению, и у этого класса препаратов есть своё «кладбище», да ещё с сотнями детских крестов… Причём сами сульфаниламиды в этом не виноваты, людская жадность тому виной. Вспомним и эту грустную историю.
Ещё в 20-х годах немецкий бактериолог Рихард Домагк обнаруживает антибактериальные свойства производного парааминобензойной кислоты – красного красителя prontozylum rubrum. Точнее бактериостатические. Есть средства, способные останавливать рост бактерий (бактериостатики), а затем сам организм «добивает» невидимого врага. Для них, микробов, – постоянное размножение и рост – залог выживаемости. А есть и более мощные – бактерицидные - препараты. Эти не приводят к «стазису», а сами уничтожают бактерию (отсюда латинское окончание –цид). Большинство современных антибиотиков именно такие.
Домагк вводит красный стрептоцид (так этот препарат был назван, так как «угнетал» прежде всего стрептококк) инфицированным мышам, и те поправляются, в отличие от «менее удачливых коллег» из контрольной группы. Но испытывать препарат на людях учёный не решается – есть побочные эффекты, а просто пересчитывать дозу с мышей на массу человека уже тогда считалось не научно. Препараты этой группы ещё уникальны тем, что не действуют in vitro – в пробирке (в «стекле», если дословно), а только in vivo – «в живом». Поэтому рассчитать «порцию» на бумаге тоже не получится.
И тут беда – у дочери Домагка после случайного укола швейной иглой развивается тяжёлое гнойное воспаление руки. Сам бактериолог служил санитаром на фронте ещё в Первую мировую и знал, к чему это может привести - насмотрелся. Ампутации, иначе - сепсис (заражение крови) и смерть.
И он решается дать дочери новый, недостаточно (от слова «совсем») изученный на людях препарат. Других антибиотиков просто нет. И ребёнок идёт на поправку! Пронтозил (под таким названием он был запатентован) объявляется чудо-лекарством, а его создателя ждёт нобелевская премия!
Нобелевку учёному присуждают в 1939 году, но он её не получает… Вызов в гестапо, где ему объясняют, что ввиду сложных отношений с Нобелевским комитетом (те осмелились накануне присвоить её какому-то антифашисту), ехать за ней «нежелательно». Такие «рекомендации» в нацистской Германии не обсуждались. Золотая медаль и диплом вручаются Домагку только в 1947 году, а деньги (размер зависил от ежегодных прибылей фонда – тогда от 20 до 70 тысяч долларов)… не положены ввиду истечения сроков выплат! Как Вам?
1935 году после серии клинических испытаний красный (а затем и белый, очищенный) стрептоцид поступает в массовое производство. В 1936 году американским аналогом пронтозила – Принтилином – излечивают «септическую ангину» (дословно) сыну президента Рузвельта.
Препарат активно применялся и Советском союзе. Миллионы бойцов Красной, а затем Советской армии были спасены им в ходе Великой Отечественной войны. Главный хирургом армии Н.Н. Бурденко даже применялся внутриартериальный метод доставки к очагу – гнойной ране. В 1942 году А.В. Вишневский добавляет стрептоцид в собственную мазь, для повышения её антибактериальных свойств.
Даже сейчас в качестве присыпок стрептоцид применяют в дерматологии. Популярен он и в ветеринарии, у любого фермера или заводчика домашних питомцев он есть в ветаптечке. Но, как обычно есть большое НО.
Всем был хорош препарат на том этапе медицины: доступен, недорог, относительно прост в производстве.
И, главное, - бактерии к нему ещё не привыкли. Но больно таблетки огромные, не каждый взрослый проглотит. А дети тоже болеют инфекциями, да ещё и чаще. А пожилые? А больные с нарушением глотания? Они, как ни странно кому-то, тоже хотят жить.
В чём проблема? – молодые «гении» тут как тут. – Дайте порошок или растворите в воде! Вот же предки были тупые! Да уж, во многом умнее и мудрее нас.
Препарат горький, и эта горечь не перебивалась «тогдашними» вкусовыми добавками. И плохо, очень плохо растворим в воде!
Всего-то и делов-то! Надо найти другой растворитель, вон их в магазинах бытовой химии сколько! – так и подумали химики американской компании SE Massengill Co. Что у нас там позабористей и подешевле? Может, химиками эти люди были и не плохими. Но их начальство слишком любило деньги и не хотело их тратить на всякие там испытания и экспертизы. К тому же американские законы того времени позволяли этого не делать. Это вам не кровавый совок с его комиссиями и комитетами – Свободный рынок и «руки-прочь-от-бизнеса»!
В качестве растворителя взяли ни много ни мало – антифриз! По совместительству тормозную жидкость. Этиленгликоль – выбор «мастеров». Отличный растворитель, в том числе и человеческих почек! Крайне токсичен для человека – 1 миллилитра на кг веса достаточно, чтобы вызвать острую почечную недостаточность и смерть! Сколько понадобится ребёнку – одна столовая ложка, две? Именно для них и планировалось выпустить этот «сиропчик». Даже назвали его «эликсир», дети и их мамашки любят всё такое сказочное.
Проводить какие-либо исследования – даже на мышах – никто, включая самого мистера Массенгила (доктор – рука не поднимается написать), и не подумал. Конкуренты дышат в затылок, в голове не формулы, а зелёные портреты с президентами… Срочно в продажу! И не в одну аптеку (на "пробу" - хоть какое-то подобие исследования), а сразу по всей стране – в аптеки, на оптовые склады, а оттуда и педиатрам, терапевтам. Если закон не запрещает – значит, разрешает. 240 галлонов (908 литров!) расходятся по штатам менее, чем за месяц.
Немного хронологии тех событий.
Июнь 1937 менеджеры по продажам отмечают частые запросы потребителей (аптеки и врачи) на жидкую форму сульфаниламида.
Сентябрь 1937 (спустя всего 3 месяца!) – эликсир начинает распространяться по США.
Октябрь 1937 – в АМА (Американская медицинская ассоциация) начинают поступать сообщения о внезапных смертях детей, принимавших лекарство.
Это 30-е, интернета, соцсетей и электронных СМИ нет даже в США (кто бы мог подумать!). Даже всемогущая FDA в то время – всего лишь отдел министерства сельского хозяйства.
Напомним, что Food and Drug administration – Управление по контролю за пищевыми и лекарственными продуктами. Это сейчас FDA – всемогущая «контора» с десятками тысяч сотрудников, 223 отделениями и 13 лабораториями. От Пуэрто-Рико до Виргинских островов. Плюс сотрудники по всему миру, включая Европу и Китай. Контролирует не только продукты питания и лекарства – косметику, медоборудование, витамины, БАДы, ветпрепараты, вакцины и многие другие товары на общую сумму более 1 трлн. в год! Полномочий – не меньше, чем у ФБР. Головной офис – на 53 га (White Oak Federal Research Center, Silver Spring, Maryland). Любой препарат, потенциально предназначенный для продаж в США, исследуется под контролем FDA и по его правилам (более жёстким, чем международные правила качественной клинической практики.
Если исследование проходит под грифом IND (Investigational New Drug), то инспекторы управления могут провести проверку в любой стране и больнице, участвующей в этом испытании. Но это сейчас.
Тогда же, этот «подотдел очистки» при минсельхозе состоял из пары сотен полевых агентов, главной задачей которых была борьба с контрабандой именно продуктов питания. То есть ловить и штрафовать ковбоев (на служебном Форде-Т, с кольтом, а то и с Томпсоном), незаконно перегонявших стада внутри страны (напомним, state – это прежде всего государство, а потом уже штат). Привез бычка из Канзаса в Оклахому без документов и пошлины – контрабандист.
И вот, практически всех этих «шерифов» правительство бросает на поиск и изъятие флаконов с отравой, разосланных по всей стране. Конечно, 238 сотрудников (в командировки отправили даже химиков и «офисный планктон») ничего бы не смогли сделать в огромной стране. А сообщения продолжают поступать: Нью-Йорк – 14 случаев, Канзас-сити – 8…
Подключаются местные власти, органы здравоохранения, печатная пресса, facebo радио. С одним призывом – эликсир сульфаниламида от «Мессенгил и Ко» – яд! не принимать! И сообщить.
Такие же телеграммы заставляют дать всем своим «оптовикам» и саму компанию, причём, неоднократно.
Инспекторы поднимают транспортную документацию в головном офисе и отделениях (Нью-Йорк, Сан-Франциско, Канзас). Ниточки ведут на оптовые склады и аптеки и… обрываются! Ищутся и опрашиваются уже розничные продавцы – адская, напряжённая работа. Но она оказалась оправдана. Из 240 галлонов удалось изъять (некоторые продавцы называли своих покупателей только за решёткой!) 234 галлона и 1 пинту. Более 20 литров были «реализованы». В итоге более ста детей приняли свой последний эликсир в жизни… Даже один взрослый, попытавшийся вылечить жидким стрептоцидом… гонорею.
Автор, давай фотки с места публичных казней этих дельцов от фарминдустрии! – воскликнет читатель в праведном гневе. Их нет. Ни фоток, ни казней.
Зато есть заявление владельца компании Сэмуэля Эванса Мессенгилла.
«Мы с моими химиками глубоко сожалеем о фатальных результатах, но ошибок в изготовлении продукта не было…Я не чувствую, что с нашей стороны лежит какая-то ответственность».
Один из химиков компании оказался более честным и порядочным. Гарольд Уоткинс покончил жизнь самоубийством после того, как узнал о последствиях своей последней смеси.
Но компанию хотя бы засудили и в итоге закрыли? Как бы ни так. Семейное «фармацевтическое предприятие» существовало до 1971 года, затем было приобретено Beecham plc. (SmithKline Beecham с 1989 и GlaxoSmithKline с 2000). А в 2011 Massengill продается компании Prestige Brands за 660 миллионов долларов. Так что, с деньгами у них до сих пор всё в порядке… Уверен, и с совестью.
Вот такая грустная история из рубрики «Их нравы» получилась.
Обещаю в следующей статье что-то более оптимистичное.
А пока – будьте здоровы!
***
Спасибо, что дочитали статью до конца.
Автор этого канала – дипломированный врач с более чем тридцатилетним стажем, из них 20 – в области клинических исследований. Понравилось? Тогда поделитесь в соцсетях, лайкните и подпишитесь, впереди много занимательного и удивительного!