В "перестроечные" времена достоверная информация далеко не сразу доходила до населения страны, поэтому взрыв на станции Арзамас-1 поначалу не произвёл особого впечатления на жителей Горького и его области. На самом же деле 4 июня 1988 года 177 тонн находившихся в трёх вагонах взрывчатых веществ разрушили сотни домов и забрали жизни у 91 человека. До сих пор нет единой версии, как и отчего мог сдетонировать этот опасный, предназначенный для Казахстана груз.
Некоторые свидетели рассказывали, что вроде бы видели, как что-то похожее на дым поднималось около тех вагонов. Простого поджога не могло быть по определению, так как промышленная взрывчатка упаковывается в контейнеры безо всяких капсулей и прочих вызывающих взрыв устройств. А все применяющиеся для работ вещества, типа, гексогена, аммонита, аммонала, вообще, не могут детонировать от открытого пламени. Они будут мирно гореть, как обычная пластмасса и никакая самая высокая температура не может заставить современные вещества взорваться. Даже знаменитый "тротил" наши сапёры во время Великой Отечественной войны были вынуждены выплавлять из артиллерийских снарядов. Взрывчатки часто не хватало, поэтому им приходилось применять столь рискованный метод.
Другой вопрос – кому понадобилось устраивать диверсию около небольшого города Горьковской области? Возможно, противники хотели помешать передвижению секретного состава, следующего в Арзамас-16. А также есть версия, что злоумышленники, к счастью, ошиблись со временем, а на самом деле всё должно было произойти около нефтебазы, и тогда бы случилась катастрофа совсем иного масштаба.
На мысль о теракте наталкивают две последующие истории. Ровно четыре месяца спустя практически идентичный взрыв произошёл около Свердловска. А 4 июня 1989 года пламя от детонирующей смеси газа и воздуха поглотило сразу два пассажирских поезда "Новосибирск-Адлер" под номерами: 211 и 212. И обстоятельства этой, унёсшей жизни 575 человек, катастрофы, так же до сих пор не выяснены.
Но в начале лета 1988 года жители Горького и области практически ничего не знали о масштабах взрыва. Поэтому никакой паники и особого испуга ни у кого не было. Граждане, заметно меняющейся страны, больше думали об исчезающих с полок магазинов продуктах и о начавшейся полмесяца назад "антиалкогольной кампании". Город продолжал жить своей мирной жизнью, позади уже был "Чернобыль", а впереди — развал Советского союза.