— Для нас в этом мире больше никогда не будет по-прежнему,— с решительно-серьезным видом сказал я Мишке.
— Представляешь, я об этом только подумал, и ты первый это говоришь! Я согласен! — громко воскликнул он.
Это могло означать только одно, что мы покидаем эту планету. Возможно, что даже навсегда. И ведь у меня от этой мысли совсем не возникло сожаления. Только одно волнение, по поводу перехода через портал. Но покинуть этот мир у них с Мишкой была весомая причина, а значит, сам переход был только маленькой деталью в их невероятном путешествии в другие миры.
— Делать только что будем? Я не знаю, на какую грань жать, они все одинаковые, — озабоченно произнес я.
— А что тут сложного?— спросил Мишка.
— Так если портал нас поглотит раньше, чем мы освободим остальных, то этот мир перестанет существовать, — объяснил я Мишке, удивляясь, как он порой находит решения в сложных ситуациях, а тут так несообразителен.
На что Мишка спокойным голосом, как всезнающий учитель нерадивому ученику, ответил мне:
— Так все три и надо нажать одновременно.
Вот так просто и сразу Мишкой был найден выход из ситуации, в которой я рисовал в своем воображении трагедию конца мира. Мишка — светлая голова!
— Только давай ты это сделаешь, — попросил я.— У меня руки трясутся. Наверное, это от того, что долго были связаны, — соврал я.
Нет, не готов был я отвечать за весь мир. Хватит с меня и того, что я мог его изменить настолько, что он вообще может перестать существовать, — решил я. Мишка предпочитал долго не думать. Он в плотную подошел ко мне и взялся двумя руками за талисман, висевший на моей шее. Я не знал, получилось ли у него нажать все три грани одновременно или нет, но мы внезапно погрузились в полную темноту.
— Так, ребята, собачек попрошу убрать, — раздался чей-то голос из темноты.
Я ухватился на ощупь за талисман и, опустив на него глаза, сразу понял по оранжевому свету единственной грани, что надо сделать, чтобы вернуть Ротвейлеров туда, где они были до того, как были призваны. Собачки не кинулись на того, кто был в темноте, но из опасения я все же не спешил их отзывать.
— Они нас охраняют, откуда нам знать, что вы не злой..и тут у меня чуть не вырвалось «карлик».
Огонь от чиркнутой существом спички выхватил большую часть его лица и верхнюю часть его тела. Я увидел того, кто на человека похож внешне не был вовсе. Но, как ни странно, это нас с Мишкой совсем не испугало. Существо внешне было безобидно, решил я, потому что оно не имело ни зубастой пасти, ни страшных когтей. К тому же Ротвейлеры вели себя слишком спокойно, не принимая того за опасность. Значит и нам не стоило волноваться.
— Я — Странник. То есть я тот, кто распахивает двери в избранном направлении, — представилось существо.
— Я слышал о вас. А почему мы оказались в этом месте, в котором нет даже света, а не в одном из миров? — спросил я Странника, заставив собак исчезнуть.
— Вы оказались здесь, потому что миров, о которых вы мечтали, попросту не существует. Иначе бы предмет на твоей шее это сделал бы и без моей помощи, правильно читая твои желания. Все, кто перемещается между мирами, хорошо знают куда им надо попасть. А я лишь открываю им двери туда за плату, — уточнил Странник.
— А как нам попасть в мир который нужен нам? И чем мы должны заплатить, если вы нам поможете в этом? — растеряно спросил я у Странника.
— Ты можешь создать здесь свой собственный, из пустого пространства. А плату теперь я беру иную, чем было раньше и для каждого — разную. Ваша будет заключаться в том, что вы больше не будете помнить прошлого. Вы вместе с другом создадите тот мир, который будет пронизан только вашими мыслями и согрет только тем светом, что есть в вас самих. Ну что, Алеша, решение за тобой, — сказал Странник.
В непроницаемом блеске его черных глаз при этом отражалось только пламя от неугасающей спички. Я почувствовал каждой клеточкой своего тела, как напрягается тьма в ожидании моего ответа, и как нелегко и шумно втягивает воздух рядом со мной Мишка.
— Я согласен, — безрадостно, но твердо сказал я.
— Спрашивать согласия твоего друга я не стану, так как ваш новый мир существовать без каждого из вас не будет, — сказал нам обоим Странник, но, помолчав, добавил: — Тебе, Миша, придется теперь согревать своей энергией все то, что создадите вы с Алешей вместе. На новый мир нужна очень большая энергия.
Странник явно что-то не договаривал насчет Мишки. Может что-то такое, на что Мишка бы не согласился, знай он правду? — подумал я.
— И я согласен, — сказал Мишка так, словно он шагнул в пропасть.
*****
Я не помнил, кто я и откуда. За то, что я наделял предметы определенными свойствами, Время подарило мне беспечность, но при этом обрекло на одиночество. И сколько бы я не был одинок, так не будет продолжатся вечно. Но только не в том случае, когда твое одиночество — это не твое предназначение и удел. Раскачиваясь на гамаке в необъятном космическом пространстве, среди мириады звездных скоплений в созданной мною Галактике, и внешне являющийся подобием Творца, я навечно застрял внутренне в своем детском мире. Иначе бы этих миров и быть не могло. Но все мои усилия были бы тщетны, не будь еще этой всеобъемлющей и неиссякаемой энергии Солнца, которое я не создавал, а словно получил его благодатную энергию в помощь для создания своих планет. Мой талисман теперь был всегда полон солнечной энергии. А я, взирая на пронзающий холодное межзвездное пространство, ослепляющий солнечный луч от ближайшей ко мне звезды, в который раз обрекаю себя на слезы. Как будто раньше у меня могла быть совсем иная жизнь…